Моногорода — источник взрыва

В промышленных моногородах уже в первом квартале 2009 года могут начаться народные волнения

Reuters
Если прямо сейчас не начать выделение денег на социальные нужды в промышленных моногородах, то уже в первом квартале следующего года там могут начаться народные волнения. Таков вывод исследования Института региональной политики. Всего-то нужно 300 млрд рублей.

Нерадостные выводы сделали аналитики Института региональной политики (ИРП) по итогам проведенного ими исследования «Моногорода России: как пережить кризис?». Это города с одним направлением специализации и одним или несколькими градообразующими предприятиями. В России таких населенных пунктов, по данным за 2008 год, насчитывается 460,

это 40% от всех городов страны. Здесь проживает 25% населения и производится порядка 40% ВВП страны.

Многие из таких городов, например Норильск, Старый Оскол, Сургут, что называется, «на слуху», а о некоторых из них, например Верхней Салде или Селенгинске, мало кто знает. Доля поступлений от градообразующих предприятий в местный бюджет таких населенных пунктов порой превышает 50%, а, например, в городе Выкса — 80%. К тому же крупные холдинги, которым принадлежат градообразующие предприятия, долгие годы спонсировали социальную, медицинскую, транспортную и ряд других сфер их жизнедеятельности. Еще недавно сумма расходов на поддержку города доходила до 13–15% от чистой прибыли таких предприятий, что в 10 раз превышает средние показатели аналогичных расходов зарубежного бизнеса.

Специфический феномен моногородов состоит в том, что они могут моментально из профицитных, обеспеченных социально мест превратиться в убыточные и кризисные.

Они не имели возможности копить деньги «на черный день», отдавая все наверх, поэтому их жизнь зависит от текущего состояния дел их «хозяев». «Неприятнее всего будет городам, завязанным на металлургии», — утверждает директор ИРП Булат Столяров. Так, города промышленного пояса, включающего в первую очередь регионы Урала (Краснотурьинск, Каменск-Уральский, Верхняя Салда, Верхняя Пышма в Свердловской области, Миасс, Магнитогорск в Челябинской области, Белорецк в Башкортостане) и юга Сибири (Междуреченск, Черногорск в Кемеровской области, Шелехов в Иркутской области, Саяногороск в Республике Хакасии и др.), уже «проели» в убыточном четвертом квартале все средства, накопленные за первые три квартала 2008 года, подчеркивает он. «У нефтяников кризис немного «опоздает», а к газовым моногородам он придет только через полгода», — считает эксперт.

Первой и самой заметной мерой, предпринятой большинством компаний в ответ на финансовый кризис, стало сокращение расходов на персонал. По данным Федеральной службы по труду и занятости (Роструд) на ноябрь 2008 года, российские предприятия уже заявили об увольнении 45–46 тыс. человек. Но в действительности сокращение рабочих мест было гораздо более значительным, с учетом увольнений «по собственному желанию», неоплачиваемых или частично оплачиваемых отпусков и проч. Массовые сокращения намечены на Магнитогорском металлургическом комбинате (3 тыс. работников), Первоуральском новотрубном заводе (2,7 тыс.), Челябинском трубопрокатном заводе (2,2 тыс.), на КамАЗе (1,5 тыс.), ТагАЗе (3 тыс.), ГАЗе (1,2 тыс.). В моногородах проблема безработицы будет чувствоваться острее, чем где бы то ни было. Например, в городе Верхний Уфалей (Челябинская область) градообразующее предприятие «Уфалейникель» заявило об увольнении с начала 2009 года каждого шестого сотрудника, а еще почти половина работающих отправлена в частично оплачиваемые отпуска. Фактически без работы останется 1,3 тыс. человек из 3,6 тыс. населения города.

В условиях кризиса поддержка социальной сферы также станет неприемлемым балластом для предприятий. Однако

есть наиболее «взрывоопасные» статьи, сокращение которых может привести к максимально негативным последствиям: это закупка медикаментов, материальная помощь ветеранам и пенсионерам, финансирование задолженности по коммунальным услугам и предоставление транспортных услуг.

Относительно безболезненно можно пожертвовать финансированием творческих инициатив детей, физкультуры и спорта, поддержки общественных и религиозных организаций. Но это в условиях избытка свободного времени приведет к развитию таких явлений, как наркомания и алкоголизм, росту преступности. При этом общее снижение доверия к государству и бизнесу значительно осложнит борьбу с ними.

Оптимальный сценарий выхода из сложившийся ситуации — вновь передать региональным властям сферы ответственности, формально закрепленные за государством, но фактически отнесенные к корпорациям,

полагает ИРП. «Проблема не только и не столько в городах. Города входят в регионы. А вот регионы уже получают финансовую помощь. И в регионах, в отличие от городов, экономика более диверсифицированна. Как бы ни было плохо городу, регион остается на плаву, получает помощь из федерального бюджета», — соглашается эксперт Центра фискальной политики Александр Дерюгин. Только упор на регионы позволит избежать социальных бунтов.

Для этого могут быть использованы субвенции, дотации муниципального образования, финансирование в рамках федеральных и региональных целевых программ. Всего, по оценке специалистов из ИРП, чтобы покрыть социальные расходы всех моногородов, нужно выделить в региональные бюджеты из федерального около 300 млрд рублей.

«На Западе существует огромный опыт перепрофилирования моногородов, но сейчас время прямого финансирования. Предлагать перепрофилирование моногородам в современных катастрофических условиях — это пытаться лечить лечебным голоданием человека, который и так умирает от голода», — резюмирует директор ИРП.