Слушать новости
Телеграм: @gazetaru
У резни в Сургуте появился приквел

ИГ опубликовало видеообращение террориста, устроившего резню в Сургуте

,
__is_photorep_included10838174: 1
ИГ обнародовало видеообращение, на котором, как предполагается, устроивший резню в Сургуте Артур Гаджиев приносит присягу на верность лидеру этой террористической группировке. СК, взявший дело на контроль, пока официально не признал это нападение терактом. Как выяснила «Газета.Ru», из-за этого ФСБ лишена возможности расширить меры по разработке подозреваемых и привлечь дополнительные ресурсы.

Вечером 21 августа запрещенная в России террористическая группировка «Исламское государство» (ИГ) опубликовала видеообращение, которое якобы записал 19-летний Артур Гаджиев, предположительно устроивший в минувшую субботу резню в Сургуте и впоследствии застреленный полицией. Видео опубликовало издание Al Furat Media — специализированный медиаресурс ИГ, выпускающий пропагандистскую продукцию на русском языке.

В начале видеозаписи показан вооруженный ножом ребенок с открытым лицом, которого Al Furat называет Хаттабом ар-Руси. Перед ним сидит черноволосый мужчина в оранжевой робе. Ребенок, говорящий на русском языке с акцентом, обращается к «народу России» с угрозами: «Неужели, объявив войну против халифата, вы думали, что будете в безопасности? Мы скоро будем резать и убивать вас в ваших же домах». После этого ребенок перерезает горло сидящему перед ним мужчине. Все это сопровождается музыкальной композицией «Скоро, очень скоро».

После этой сцены закадровый голос говорит, что резню в Сургуте устроил «муджахид ИГ, который ответил на призыв атаковать подопечных стран международной коалиции». Далее следует само обращение нападавшего, который в видеозаписи называется «Мосудом Сургутским, который провел атаку в городе Сургут».

Вместе с тем, по видеозаписи непонятно, действительно ли на ней показан Гаджиев. Лицо мужчины закрыто черной маской. Он сидит на фоне белой стены, на которой висит флаг ИГ. К стене приставлен топор.

В начале видеообращения мужчина присягает на верность лидеру ИГ Абу Бакру аль-Багдади.

Скорее всего, на опубликованной ИГ видеозаписи действительно показан Гаджиев, считает директор программ Европейского центра стратегических исследований и безопасности (ESISC) Евгения Гвоздева. Она отметила, что одежда и маска на мужчине на видео аналогичны тем, которые видно на видео нейтрализации нападавшего в Сургуте. «На 100% говорить сложно, но до настоящего момента не было прецедентов изготовления фейков со стороны Al Furat Media», — сказала собеседница «Газеты.Ru».

Теракт или резня

Мужчина с муляжом «пояса смертника» напал с ножом на прохожих в центре Сургута утром 19 августа. Он успел ранить семь человек, после чего его застрелил полицейский. В Следственном комитете сообщили, что его личность установлена. Им оказался житель Сургута 1998 года рождения. Вместе с тем имя нападавшего официально не называлось. О том, что это был 19-летний Артур Гаджиев, сообщают в соцсетях.

ИГ взяло на себя ответственность за нападение в Сургуте буквально через несколько часов после происшествия. Соответствующее заявление опубликовало подконтрольное террористам агентство Amaq. Эксперты центра ESISC, которые занимаются мониторингом деятельности террористов и их онлайн-пропаганды, считают, что более официального заявления ИГ о причастности к нападению «просто не бывает».

«То, что ИГ взяло на себя ответственность так быстро, говорит о том, что у них был непосредственный контакт с нападавшим (что, кстати, подтверждается фактом видео). Далеко не во всех случаях ИГ, беря на себя ответственность за теракт, располагает таким количеством данных (оперативная информация о теракте, видео, снятое нападавшим)», — объясняет Гвоздева.

Так или иначе федеральный центр до сих пор не назвал произошедшее в Сургуте терактом.

Через час после нападения в пресс-службе управления МВД по Ханты-Мансийскому автономному округу заявили, что «версия о том, что нападение является терактом, не является основной» и что в полиции проверяют данные о психических заболеваниях нападавшего.

По факту произошедшего было возбуждено уголовное дело о покушении на убийство двух и более лиц, глава СК Александр Бастрыкин взял его под свой личный контроль. В пресс-релизе ведомства сообщалось, что следствие рассматривает все возможные версии совершенного преступления.

Рамки для ФСБ

В управлении ФСБ по борьбе с терроризмом, впрочем, такая позиция СК вызывает вопросы, рассказал «Газете.Ru» источник, знакомый с ситуацией.

Как пояснил собеседник «Газеты.Ru», не признавая резню в Сургуте терактом, спецслужбу лишают повода для снятия ограничений на проведение оперативно-разыскных мероприятий, разработку групп подозреваемых, а также для запроса увеличения штата и других ресурсов для работы.

Ранее сообщалось в СМИ, что отец нападавшего — Ламетулах Гаджиев — состоит на учете спецслужб как экстремист и последователь радикальных религиозных течений. Источник «Газеты.Ru», знакомый с работой спецслужб, рассказывает, что сейчас на таком учете в России стоят сотни человек, однако на их разработку просто не хватает сотрудников.

На учет обычно ставят посетителей салафитских мечетей и знакомых ликвидированных бандгрупп, пояснил источник. «Обычно это все вместе: ходил в мечеть, помогал бандгруппе, экстремистская литература. Это группа риска. Потом уже разрабатывается фактура, обычно у них всегда находятся пересечения с другими ваххабитами», — рассказал он.

Собеседник «Газеты.Ru» отметил, что у российских спецслужб очень высокая эффективность в борьбе с терроризмом, но не все ее результаты рассекречиваются для общественности. Но количество предполагаемых экстремистов, которых нужно разрабатывать, сильно превышает число силовиков, готовых это делать. «Например, в отделе по борьбе с терроризмом в Дагестане около сотни сотрудников, а отслеживать экстремистов могут только 30 оперативников из отдела, остальные – это обеспечение, юридический отдел, технический отдел, спецназ и т.д. То есть на одного оперативника может приходиться по 100 человек», — объяснил он.

Как защититься

Как показывает практика, в случае если разведданные о готовящейся атаке отсутствовали и злоумышленник выходит на улицу, вооруженный ножом, последствия такой атаки остаются делом случая, говорит Гвоздева.

«Иногда быстрая реакция полиции, военных или же бдительных граждан, находящихся неподалеку от места происшествия, позволяет быстро обезвредить террориста. В противном случае количество жертв может быть весьма значительным. Подобные теракты практически не требуют подготовки и какой-либо квалификации, а оружие (нож, мачете, топор и т.п.) — легкодоступно. С учетом того, что ИГ предлагает своим сторонникам широкий спектр целей и полную свободу действий в выборе места и времени теракта, предсказать подобное нападение весьма затруднительно», — отметила она.

Оказавшись рядом с вооруженным ножом преступником, важно выйти из парадигмы жертвы, объясняет другой собеседник «Газеты.Ru», участвовавший в контртеррористических операциях.

«Самое главное — это закрыться руками, порезы рук лучше смерти. Нужно перехватить инициативу, бросить сумку, кричать. Бежать от него, закрывать руками шею и живот. Обычно люди просто теряются. Вы – сила, начните бросать в него вещи, повалите на землю», — говорит он.

Специалист по Ближнему Востоку Антон Несмиян считает, что к борьбе с терроризмом необходимо привлекать само население, обучать людей поведению в таких ситуациях. «Пока полицию дождешься, он может уже многих убить или покалечить, что мы и видим. Единственный способ противостоять — вооруженный и обученный народ. Это вопрос к властям. Они должны не бояться такого народа — с этим у нас не все хорошо», — сказал он.

Собеседник «Газеты.Ru» также привел в пример ситуацию в Израиле, где участившиеся в конце 2015 года нападения вооруженных ножами боевиков на израильтян даже получили неофициальное название «интифады ножей».

«Израильтяне такого рода теракты пресекли в течение года. У них тоже нападали с ножами, давили машинами. Там люди военнообязанные, они проходили военную службу, обучены обращению с оружием и имеют право на свободное его обращение. Зачастую такого террориста-энтузиаста могут нейтрализовать сами граждане. Они имеют навыки обращения с оружием и основ самоорганизации. В России ситуация принципиально отличается, и мы совершенно беззащитны. Люди не знают, как реагировать на такие ситуации, они паникуют, хаотично разбегаются. Все это создает обстановку, в которой террористу легко совершать теракты», — отметил Несмиян.

Впрочем, как пояснил «Газете.Ru» полицейский из Лос-Анджелеса Василий Пономаренко, тотальное вооружение людей не всегда благотворно влияет на ситуацию с преступностью. «С одной стороны, да, тот факт, что в большинстве американских штатов люди могут свободно носить оружие, служит некоторым предостережением для нападавшего. Особенно жестко закон действует на стороне защищающегося в том случае, если злоумышленник лезет к нему в жилище. По крайней мере, так в Калифорнии. С другой стороны, большое количество оружия у населения приводит к тому, что злоумышленники его у этого населения и воруют. Человек держит два-три пистолета, револьвера или дробовика дома, а также патроны. И все это у него забирают квартирные воры. Потом все это попадает на черный рынок и стреляет в том числе и в полицию», — считает правоохранитель.