Цивилизация
В понедельник главный переговорщик по вступлению России в ВТО, заместитель министра экономического развития и торговли Максим Медведков отчитался о нулевых результатах, которых удалось достичь российской делегации под его руководством на переговорах, состоявшихся на прошлой неделе в Женеве.
Если резюмировать рассказ замминистра, выходит, что и на этот раз в рамках заседания Рабочей группы по присоединению России к ВТО – уже 23-го по счету – переговоры свелись к тому, что стороны просто озвучили свои позиции, но не сблизили их ни на йоту.
И тем не менее, отвечая на ставший уже традиционным вопрос, когда же Россия присоединится к ВТО,
замминистра Медведков заявил, что основные переговоры по присоединению России к ВТО будут завершены уже в этом году.
По его оценке, уже осенью текущего года может быть подготовлена окончательная версия доклада рабочей группы, на основании которой Россия сможет присоединиться к ВТО в части системных обязательств.
К этому времени будут завершены переговоры и подписаны протоколы о присоединении к ВТО со многими странами в двустороннем порядке. Медведков сообщил, что в ближайшие дни – «на этой или на следующей неделе» — будут подписаны протоколы о присоединении РФ к ВТО с четырьмя странами Восточной Европы.
Правда, назвать эти страны замминистра отказался, из чего следует, что вероятность подписания не такая уж стопроцентная. Тем более что
в ВТО на переговорах практикуется подход «ничто не согласовано, пока не согласовано все» — то есть отказываться от достигнутых ранее договоренностей, пока переговорный процесс в целом не завершен, зазорным не считается.
Этим правом в ходе прошедших переговоров воспользовалась, например, Болгария. По словам Максима Медведева, болгарские коллеги «отошли от достигнутых договоренностей и вернулись на позиции двухлетней давности». На сегодня Россия подписала протокол о присоединении к ВТО с Киргизией, Новой Зеландией, Израилем, Молдавией, Бразилией и Словенией.
Максим Медведков не решился назвать сроки вступления России в ВТО. Прогноз замминистра был более чем осторожен: «В качестве консервативного варианта сценарных условий могу сказать, что Россия вступит в ВТО до моей пенсии».
Сейчас заместителю министра 47 лет, но даже если Медведков покинет госслужбу сразу по наступлении пенсионного возраста, вступление России в ВТО – дело не ближайшей перспективы. Замминистра подчеркнул, что, хотя по некоторым вопросам взаимоприемлемое решение находится, «по другим мы просто стоим на месте и не продвигаемся в течение долгого времени».
К числу таких «вечных» вопросов, по которым Россия и Европа бодаются уже не один год, относятся тарифы на энергоносители, субсидии сельскому хозяйству, поддержка авиа- и автопрома. Максим Медведков сообщил, что пока ни по одному из этих вопросов компромисс не найден. По мнению замминистра, «расчисткой этих завалов мы займемся весной следующего года». Значит, в 2004 году в ВТО точно не вступаем.
Самой острой по-прежнему остается дискуссия относительно тарифов на газ и электроэнергию. Сам Максим Медведков считает, что «разговор о разнице в ценах на газ для стран СНГ и для стран, входящих в Европейский Союз — не более чем политический пинг-понг». Европейцы требуют от России повысить внутренние цены на эту продукцию до общемировых, Россия отказывается, так как это
не то что экономически нецелесообразно – это просто экономически суицидально.
По оценкам экспертов, дав согласие на выполнение данного требования, Россия будет ежегодно терять 20–30% ВВП. И в Европе этого не могут не понимать. Именно поэтому, как это и подтвердил в понедельник Максим Медведков, позиция России по этому вопросу остается неизменной.
Замминистра отметил, что цена на газ — это «вопрос, который имеет ярко выраженный региональный оттенок». Поэтому, подчеркнул он, «это не вопрос ВТО, это вопрос двусторонних отношений между Россией и ЕС».
«Посмотрите на карту: Россия – крупнейший поставщик газа, Европа – крупнейший потребитель. Мы не сможем друг без друга», — сказал Максим Медведков.
Россия не должна брать на себя дополнительные обязательства по цене на газ и электричество: государство не субсидирует эти отрасли – действующие сегодня цены сложились рыночным путем. По словам Медведкова, повышение тарифов не отразится на конкурентоспособности тех отраслей, засилья которых опасается сегодня Европа, – черной и цветной металлургии, производстве удобрений, химической промышленности.
А вот для самих этих отраслей повышение тарифов не пройдет незамеченным. Ведущий специалист Института комплексных стратегических исследований Евгений Погребняк считает, что при повышении цен на электроэнергию и газ на внутреннем рынке не произойдет пропорционального увеличения цен производителей, которые также занижены по сравнению с мировыми. Это, подчеркнул специалист, нанесет удар по прибыльности обрабатывающего сектора.
Согласно последним исследованиям, сообщил Евгений Погребняк, уровень справедливой цены, обеспечивающей простое воспроизводство фондов газовой отрасли, составляет $20–30 на внутреннем рынке за тыс. куб. м; это значительно меньше переговорных требований Евросоюза в $50–60. Требование же Европы к России повысить внутренние цены на энергоносители – это протекционистская мера Евросоюза и фактор усиления его переговорной позиции. С его помощью европейцы решают задачу защиты своих производителей энергоемких товаров. Кроме того, «упертая» позиция по энергоносителям может быть использована, чтобы получить уступки по другим вопросам переговоров — например, по сельскому хозяйству и по доступу на рынок услуг.
Неизменной остается позиция России по другому принципиальному вопросу – поддержке российского авиапрома. В рамках ВТО действуют соглашения по торговле гражданской авиатехникой, которые предусматривают отказ от субсидий и снижение до нуля импортных пошлин на гражданские самолеты. «Мы не присоединимся к этому соглашению. Это вопрос дальнего и неопределенного будущего», — отрезал Медведков и добавил, что «эта позиция не в полной мере поддерживается партнерами России».
И дело того стоит, считает замдиректора Российского института стратегических исследований Юрий Хромов. Он отмечает ряд кризисных явлений в отрасли — многократный спад производства, низкий уровень загрузки гражданских мощностей. Аналитик убежден, что
после присоединения страны к ВТО развитие отечественного производства авиационной техники столкнется с новыми проблемами как с точки зрения экспорта, так и в контексте внутреннего рынка. Окончательное умирание отрасли гражданского самолетостроения в России остановят только меры государственной поддержки.
Если замминистра заявляет, что по обоим этим острым вопросам позиция России остается неизменной, и в тоже время утверждает, что переговоры завершатся успехом, значит в Москве рассчиывают, что Европа уступит. Остается только гадать, что взамен на эту уступчивость предложит Россия. Некоторые скептики поговаривают, что это может быть большая покладистость в злосчастном калининградском вопросе.
