Цивилизация
В субботу вечером в Москве сотрудники полиции задержали более 200 болельщиков красно-синих, в том числе руководителя отдела ПФК ЦСКА по работе с болельщиками Ивана Уланова, который наблюдал за фанатами армейцев, празднующих победу в чемпионате России по футболу. После задержания он был доставлен в ОВД «Басманное» и помещен в КПЗ, где находится до сих пор.
«Группа поклонников ЦСКА — около 70 человек — собралась у Никитского переулка. Там оказалось много прохожих и автомобилей, и армейцы решили перебраться на другую сторону Тверской — на площадь к памятнику Юрию Долгорукому. Справедливости ради, никто не отрицает, что переходили улицу через проезжую часть, — приводит слова Уланова «СЭ». — И в этот момент к концу колонны подъехали два или три полицейских автобуса. По словам находившихся в хвосте, сотрудники тут же начали производить задержания, причем без веских на то причин. В ответ в полицейских полетело несколько бутылок. Лично я все это видел с расстояния 80-100 метров, так как находился уже у памятника, где некоторое время и оставался с группой товарищей — к тому моменту болельщики разделились. Когда же мы двинулись в обратном направлении, рядом вновь возникла полиция и начала всех без разбора запихивать автобус. Лично я никому не успел даже слова сказать. Единственное, что удалось — поинтересоваться, где мой брат. После этого меня увидел полковник ОМОН, который в курсе, что я официальный представитель фан-клуба ЦСКА, более того знал, что являюсь сотрудником ПФК, отвечающим за работу с болельщиками. Словом, неоднократно пересекались с этим чином в Лужниках — он не редко руководил штабом полиции во время футбольных матчей. Насколько я понял именно из-за того, что офицер меня узнал ситуация и получила развитие. Возможно, сверху спустили соответствующее распоряжение. Сначала мне инкриминировали нарушение правил ПДД, но позже услышал, как один полицейский спрашивает другого, мол, на кого писать протокол, а в ответ звучит моя фамилия. Естественно, захотелось понять, о чем идет речь в документе. Получил ответ — вы ругались нецензурными словами. Но конкретно где и когда это произошло, кто это слышал, никто уточнить не мог. В общем, объяснения оказались крайне невнятными. Но полиция сделала свое дело — и теперь я под стражей».
