«Многие еще не поняли объем бедствия»

Виталий Мутко о подготовке России к проведению ЧМ-2018

Виталий Мутко рассказал о подготовке к ЧМ-2018 ИТАР-ТАСС
Виталий Мутко рассказал о подготовке к ЧМ-2018

Министр спорта Виталий Мутко рассказал «Газете.Ru», по какой причине Краснодар и Ярославль остались без чемпионата мира. По словам Мутко, тюрьму неподалеку от арены в Екатеринбурге «необходимо расселить», а в регионах еще не понимают «объем бедствия», которое их ждет во время подготовки к ЧМ.

Министр спорта РФ Виталий Мутко подробно рассказал «Газете.Ru» о выборах городов-организаторов чемпионата мира-2018.

Реклама

«Это не наше решение, — подчеркнул министр. — Это решение исполкома ФИФА. Он два дня назад утвердил перечень городов. ФИФА проводит чемпионат мира. И я хочу, чтобы это все понимали. Да, мне приходится данное решение объяснять. Потому что ФИФА, как правило, подобные решения не объясняет. И есть города, кандидатуры которых даже не обсуждались. Это Москва, Санкт-Петербург, Казань, Сочи. Они (представители ФИФА) сразу сказали, что в этих городах хотят проводить Кубок конфедераций. У ФИФА не было желания обидеть какой-либо город.

ФИФА выбирала города так же, как и страну-организатора чемпионата мира. Я состою в исполнительном комитете ФИФА. Я изучал концепции всех заявок.

И Испанию с Португалией, и Бельгию с Нидерландами, и США, и Англию. В итоге принял решение, исходя из многих факторов. В том числе из того, что чемпионат мира должен развивать футбол».

— То есть это ФИФА проявила инициативу утвердить окончательный список городов раньше положенного срока?
— Нет, это была наша просьба. Нам нужно ускорить темпы, ведь мы живем в непростое время. Мировая экономика непредсказуема. Нам хочется иметь больше времени, раньше стартовать. К тому же, мы уже начали некоторые программы. Например, в Саранске. Сейчас там возводится стадион. Он мог быть построен либо на 30 тысяч, либо на 44, с демонтажом после ЧМ-2018 до тридцати. Чтобы определиться, нам нужно было принять решение как можно быстрее. А в Ярославле мы начали реконструкцию арены, но потом остановили, потому что проект не совсем соответствовал уровню чемпионата мира. До конца года нам необходимо провести еще раз анализ концепций каждого из городов. Созвать наблюдательный совет, возможно, с участием президента страны.

— Вы сказали, что вскоре начнут проектироваться стадионы в четырех городах. Назвали Ростов, Нижний Новгород и Волгоград. Получается, будете выбирать между Самарой и Калининградом?
— У Самары очень высокая степень готовности, решены все земельные вопросы. Проектирование стадионов будет производиться на принципах софинансирования из федерального и регионального бюджетов. Его процент будет зависеть от бюджетной обеспеченности региона. Где-то 60 на 40, где-то – 70 на 30.

Мы рассчитываем, что проектирование должно обходиться не дороже 600-800 миллионов рублей.

И исходим из того, что строительство стадиона должно вестись из расчета не более 5 тысяч евро за одно посадочное место. Может, даже экономичнее. Для нас ориентиром является стадион в Казани, стоимость которого на сегодня приблизительно составляет 11,5 миллиардов рублей. Хотели бы и в дальнейшем укладываться в эту ценовую гамму.

— Удивило высказывание губернатора Калининградской области Николая Цуканова, что «последнее слово – за президентом России»…
— У него часто подобные высказывания бывают. Политики… Вы у него спросите, а он ответил, что так не говорил… Люди немножко опережают события. И нет необходимости объяснить механизм выбора городов-организаторов. Приехала оценочная комиссия ФИФА. Сделала свою пятибалльную систему, процент вероятности. Были абсолютные лидеры – четыре города, которые я назвал – Санкт-Петербург, Москва, Сочи и Казань, которые сейчас находятся в высочайшей степени готовности. А у остальных расхождения были минимальные.
Но согласно концепции, из-за больших размеров страны, а у нас 83 субъекта федерации, нельзя было выбрать два города из одного региона.

— В таком случае, почему Краснодар оказался в заявочной книге?
— А Бразилия изначально заявляла вообще 17 городов. Мы хотели показать многообразие страны, ее возможности. Во время заявочной кампании ты всегда показываешь больше. А они уже приезжают и делают выбор. Одно дело – программа развития страны, другое – проведение чемпионата мира. Посмотрите, как генеральный секретарь ФИФА Жером Вальке осторожно оценивает бразильский опыт. Ведь немножко поднамучились там. И не хочется повторять это в России. Они нас ценят, но процесс только начинается. Какие суперусилия мы прилагаем, чтобы в Сочи всё вовремя успеть. В Казани чуть полегче, но там мы у Универсиады строим 64 спортивных объекта. И, конечно, ФИФА нужны определенные гарантии.

Вы даже не представляете, насколько уже готова концепция чемпионата мира.

Мы уже знаем, где будет жить «футбольная семья», где будут проводиться жеребьевки, где будут размещаться информационный и вещательный центры… И никому не нужно обижаться. Вот вы говорите, что город с двумя клубами премьер-лиги без чемпионата мира – это трагедия. Но Сочи от Краснодара всего-то в 200-300 километрах!

— Но болельщикам было бы удобнее перемещаться между городами…
— А в чем удобнее?

— Расстояние небольшое...
— 50 процентов болельщиков – это будут иностранцы. Миллион человек со всего мира! Взгляните на свою страну по-другому. Вы, как человек, который хотел бы показать свою страну, как желали бы это сделать?

— Например, показать старинный Ярославль…
— А единственный наш курорт на Черном море? Смысл проведения Олимпийских игр – создать международный курорт, открыть его, показать. Не нужно показывать его? Или не нужно показывать Калининград? Исходя из концепции, пока он по инфраструктуре на нуле. Но он – наш форпост на Балтике. А в Саранске, в Мордовии живут финно-угорские народности. И ФИФА эти факторы хорошо понимает. Ярославль? Да, он от Москвы рядом совсем! И обязательно будет включен в культурную программу для гостей чемпионата. Я не вижу никаких проблем. И то, что нужно для развития Ярославля, мы будем делать. Но есть объективные вещи – то же расположение стадиона в центре города. Это проблема. В ФИФА есть советник, который сел и по каждой арене всё прописал: это реалистично, а это – нет.

Или вот Екатеринбург. Мы вчера его назвали, а у него рядом со стадионом и тюрьма, и прочее. Это же всё надо расселять!

Они сегодня заверяют, а нужно уже не заверять, а делать. Внутри ФИФА такие дискуссии профессиональные идут, до молекул всё разбирают. В том же Ярославле был вариант построить стадион на другом берегу Волги, с новым мостом. В ФИФА посчитали – это весь бюджет, который я вам назвал, надо потратить.

— Стадион в Екатеринбурге, кстати, заново будут перестраивать?
— Конечно. Там есть концепция. Но по нему есть два вопроса. Первый – сначала арена должна стать собственностью субъекта федерации. Второй – что делать с прилегающей территорией. Он зажат в центре города, все расселить вокруг, все подвинуть, закрыть и переселить тюрьму. Предстоит большая работа. Многие вчера обещали и заверяли, но они еще не понимают объём «бедствия», которое их ждет. В хорошем смысле слова, конечно (улыбается).