Чудо в перьях: что случилось на красной дорожке ММКФ

Лучшие и худшие наряды церемонии открытия ММКФ

В Москве стартовал 41-й ежегодный международный кинофестиваль. Уже второй год подряд звезды были вынуждены передвигаться по ковровой дорожке быстрее положенного — в 2018 году летнее мероприятие перенесли на апрель из-за чемпионата мира по футболу, и организаторы решили, что весна подходит для этого мероприятия куда лучше, чем лето. «Газета.Ru» рассказывает о лучших и худших модных решениях гостей ММКФ.

Каждый год ММКФ все больше напоминает нелюбимого младшего брата Берлинского кинофестиваля — местными звездами и посредственными нарядами в безопасной цветовой гамме. Правда, в отличие от немцев, у нас есть хотя бы Владимир Жириновский.

На открытии фестиваля традиционно ждали клан Михалковых, однако президент ММКФ не смог прийти из-за больного бедра — недавно режиссер перенес операцию и заявил на пресс-конференции, что вынужден пропустить фестиваль.

Тем не менее фотографам позировала Татьяна Михалкова в неизменном черном обруче с бархатным бантом, непримечательном платье угольного цвета и желтом шифоновом шарфе.

В этом году не все гостьи Московского кинофестиваля решили выйти в платьях — многие дамы в соответствии с западными тенденциями выбрали более практичные и теплые брючные костюмы. Среди них оказалась актриса Марина Александрова в черных брюках и жакете, инкрустированном цветными искусственными камнями. Она стала одной из немногих, кто решился на гладкий низкий хвост, и не стал делать «укладку выпускницы» — к сожалению, звездам отечественного шоу-бизнеса сложно объяснить, что уложенные локоны уже вовсю отдают моветоном.

Дорожку и последовавший за ней показ фильма режиссера Жана-Франсуа Рише «Император Парижа» посетила фэшн-директор ЦУМа Алла Вебер, которая решила надеть светлый пиджак, темный низ и летящую накидку.

Количество черного цвета на 41-й церемонии открытия побило все установленные ранее рекорды, что на несколько минут заставляет задуматься о невероятном — о пришедшей к нам с классическим опозданием моде на политические высказывания с помощью одежды. Но вспоминать прошлогодний случай, когда на церемонию вручения «Золотого глобуса» практически все голливудские актрисы пришли в черном в знак протеста против харассмента, не стоит. Никаких заявлений или условий для участников и гостей ММКФ выдвинуто не было, поэтому, скорее всего, 18 апреля звезды решили «не мудрить».

На общем фоне черных ансамблей с перьями и оборками однозначно, но неудачно выделилась дизайнер Белла Потемкина в неоново-зеленом платье в пол. Девушка традиционно появляется на мероприятиях в одежде своего бренда, но едва ли нечто, столь откровенно напоминающее жилет для дорожных работ с черным воротничком, может увеличить продажи дорогостоящей синтетики.

Актриса Кристина Асмус выбрала лаконичный образ и не прогадала — белые облегающие платья с вырезом на спине и круглым подолом создаются специально для красных ковровых дорожек. И все же звезде стоило более придирчиво относиться к крою изделия.

Ее наряд напоминает не перевернутый цветок каллы, а тканевую салфетку для украшения стола: виной всему, вероятно, два вертикальных шва, которые создатели решили сделать прямо на лицевой части наряда.

На красной дорожке выделилась и китайская певица Ян Гэ, успевшая прославиться в России благодаря участию в различных телевизионных проектах. Правда, сейчас куда больше внимания публики привлекает не ее голос, а ее персональный стиль. Каждый раз при взгляде на очередной наряд исполнительницы сложно сказать, удался образ или нет. Платье российского бренда Bella Akhmadulina, которое певица надела на открытие ММКФ все же, кажется, не предназначено для того чтобы радовать глаз.

Основу наряда составляет подкладка телесного цвета, на которой задрапирован лиловый тюль. Скорее всего, задумка дизайнера состояла в том, чтобы сделать клиентку похожей на сказочную принцессу, но детали в виде золотых и зеленых вензелей на поясе и линии декольте не выдержали схватки с параметрами человеческого тела. Не менее спорным моментом здесь казались атласные перчатки в тон, которые, в отличие от диснеевских мультиков, значительно утяжеляют весь образ.

Платье Елизаветы Боярской представляло собой печальный парадокс — фотографии по пояс смотрятся безукоризненно и утонченно, но когда вы открываете снимок в полный рост, волшебство тает быстрее, чем ледники в Антарктиде.

Невесомый тюлевый верх и рукава-фонарики идеально подходят к образам всех барышень ушедших эпох, которых Боярская играет в театральных постановках, но будто брезентовая юбка с «обугленными» гроздьями винограда вызывает совсем не восхищенный трепет. А жаль!