Пенсионный советник

Травести вне парада

Объявлен шорт-лист художественной Премии Кандинского

Велимир Мойст 03.10.2013, 08:42
Инсталляция Ани Желудь «Упражнение» на выставке номинантов Премии Кандинского Павел Смертин/ИТАР-ТАСС
Инсталляция Ани Желудь «Упражнение» на выставке номинантов Премии Кандинского

Объявлен шорт-лист художественной Премии Кандинского: главной неожиданностью стало отсутствие в списке финалистов покойного Владислава Мамышева-Монро. За главный приз «Проект года» посоревнуются Ирина Нахова, Анна Желудь и арт-группа Recycle.

Когда еще летом стал известен длинный список Премии Кандинского за 2013 год, многим казалось, что судьба главного приза предрешена: его посмертно прочили Владиславу Мамышеву-Монро, который в минувшем марте утонул на острове Бали. Правда, имелись три обстоятельства, способные повлиять на решение жюри не в пользу покойного. Во-первых, Мамышев-Монро уже получал при жизни Премию Кандинского в отсутствующей ныне номинации «Медиапроект года». Во-вторых, выдвинутые на нынешний конкурс его работы из серии «Помятай про газ!» датированы 2011 годом, что выбивается за принятые хронологические рамки премии. В-третьих, на этих фотографиях представлены пародийные сюжеты из жизни псевдо-Путина и псевдо-Медведева.

Сказалось ли в итоге что-то одно из перечисленного или все вместе, неизвестно,

но имя Мамышева-Монро в шорт-листе отсутствует. В остальном промежуточный вердикт жюри особого удивления не вызывает.

Нынешний конкурсный цикл — шестой по счету в истории негосударственной Премии Кандинского в области современного искусства. По сравнению с прошлым годом изменений в регламенте почти нет: из общего числа поданных заявок (на сей раз их поступило 372) жюри составило длинный список претендентов в номинациях «Проект года» и «Молодой художник. Проект года».

На выставке номинантов премии в бывшем кинотеатре «Ударник», которая открылась 10 сентября, были представлены произведения 37 авторов и арт-групп. После оглашения шорт-листа членам международного жюри предстоит выявить двух лауреатов, чьи имена будут названы на финальной церемонии 12 декабря.

Обладатель Гран-при получит денежный эквивалент в размере 40 тыс. евро, лучший молодой художник — 10 тыс.

Три оставшихся претендента в номинации «Проект года» — люди в арт-среде хорошо известные, хотя и с очень разными карьерными путями.

Ирина Нахова, много лет живущая в США, была некогда активной участницей андерграундной московской жизни, устроительницей концептуальных квартирных выставок. Ее теперешний коллажный проект «Без названия» посвящен метафорическому осмыслению советского прошлого. Петербуржская художница Анна Желудь довольно давно обитает в Москве, получив здесь признание в качестве создателя пространственных объектов из металлической проволоки. Впрочем, ее стремления всегда выходили за рамки жанра инсталляции, что и демонстрирует проект «Упражнение», где с более или менее привычными проволочными конструкциями соседствуют исповедальные фотографии и не менее исповедальные тексты. Наконец, краснодарский арт-дуэт Recycle (Андрей Блохин и Егор Кузнецов) запомнился серией ярких выставок, изобиловавших монументальными аллегорическими образами из вторсырья. На премию номинированы экспонаты их прошлогодней выставки в Мультимедиа Арт Музее, где обыгрывался феномен социальных сетей.

Финалистами молодежного конкурса стали Тимофей Парщиков, Евгений Гранильщиков, Надежда Гришина — все москвичи, причем двое последних — недавние выпускники Школы мультимедиа и фотографии имени Родченко.

Тимофей Парщиков претендует на награду с фотографическим циклом «Times New Roman», исследующим приверженность российских нуворишей к квазиантичной эстетике.

Евгений Гранильщиков представил трехэкранную видеоинсталляцию под названием «Позиция», герои которой, юные политические активисты, бурно дискутируют о своих принципах, то и дело по воле автора впадая в постмодернистский контекст. «Срывмашина» Надежды Гришиной — тоже видео, но иного рода: это сатирический бурлеск на тему нездорового азарта и жажды наживы.

С дистанции сошли некоторые симпатичные работы в обеих премиальных номинациях, но нельзя сказать, что выбор жюри оказался вопиюще несправедливым. Конечно, за изъятие Мамышева-Монро из шорт-листа президиуму крепко достанется в твиттере и фейсбуке, однако у принимавших это решение наверняка найдутся свои аргументы. Например, такой:

премию дают не за «вклад в искусство», а за конкретные работы, привлекшие внимание квалифицированной аудитории в отчетный период.

Их оппоненты все равно не согласятся, но стоит признать: если члены жюри были внутренне не склонны присуждать Гран-при Мамышеву, то они поступили тактически верно, сняв его кандидатуру уже сейчас. Резонанс от невручения посмертной награды на финальной церемонии оказался бы заведомо сильнее нынешнего.