Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

«Надо говорить с детьми стоя, как со взрослыми»

Интервью Реми Безансона и Жана-Кристофа Лие, авторов фильма «Жирафа»

Екатерина Чен 17.02.2012, 10:19
Реми Безансон berlinale.de
Реми Безансон

Реми Безансон и Жан-Кристоф Лие рассказали «Парку культуры» о мультфильме «Жирафа» и своем отношении к Жюлю Верну, Диснею и Миядзаки.

На Берлинском фестивале ежегодно работает специальная внеконкурсная программа Generation, куда приглашаются фильмы для детей и подростков. В том числе, естественно, анимационные. Их, как правило, ждет успешная прокатная судьба, хотя картины порой подбираются неординарные. Одним из таких хитов может стать «Жирафа» – французская мультистория про животное из Африки, которое 200 лет назад египетский султан преподнес в подарок французскому монарху. Жирафа проделала путь через пустыню и Средиземное море. На всем пути следования из Марселя в Париж на нее сбегались поглазеть толпы народа. В итоге живой экспонат выставили на всеобщее обозрение в клетке в парижском Jardin de Plantes, ставшем прообразом большинства европейских зоопарков.

Французские постановщики Реми Безансон и Жан-Кристоф Лие добавили в сюжет еще одну линию: вместе с жирафой из Африки сбегает пара темнокожих детишек, которым грозит продажа в рабство. Среди персонажей также имеются плохой белый охотник-работорговец; угрюмый, но добрый внутри бедуин; бригада пиратов под предводительством женщины с родинкой, напоминающей атаманшу из «Бременских музыкантов».
Безансон и Лие рассказали «Парку культуры», что они думают о компьютерной анимации, 3D и зоопарках.

--Можно ли говорить в вашем случае о французской традиции в анимации или вам ближе какая-то другая?

Лие — Существуют, конечно, и японская традиция, и американская, а мы во Франции испытываем влияние самых разных техник. Мне, в частности, довелось работать с Сильвеном Шомэ над «Трио из Бельвилля» – у него свой, совершенно особенный стиль. Думаю, что мы во Франции испытали еще и сильное влияние бельгийской школы, в основе которой школа рисованного комикса. Для каждой истории надо выбирать наиболее подходящий способ ее рассказать.

--Вам не кажется, что ваша приверженность двумерной анимации в век 3D выглядит немного старомодной?

Безансон: — Возможно, во мне говорит ностальгия по мультфильмам, которые смотрел в детстве (помню, обожал и диснеевские). Но главное, в детстве всегда сохранялось ощущение, что фильм можно читать будто книгу, переворачивая страницы. Для «Жирафы» это как раз то, что нужно. Но вообще, если честно, тут не только ностальгия взыграла, но и тот факт, что я, признаться, не силен в компьютерах.

Лие — Мы не заявляем, что не интересуемся трехмерной анимацией. Лично я ее не отвергаю, просто это не моё. Зачем же заниматься тем, что не слишком-то по душе?

--Но вы же не могли вовсе обойтись без компьютера на этой картине?

Лие --Это процентов на семьдесят ручная работа. Мы анимировали на компьютере море и средства передвижения — воздушный шар Монгольфье, на котором летят наши персонажи, экипажи на парижских улицах... Так что да, совсем без компьютера не обошлись.

--Реми, а что побудило вас заняться рисованными фильмами? Вы же режиссировали до сих пор игровое кино…

Безансон — Сюжет «Жирафы» меня очень увлёк, однако я не представлял себе, как это реализовать вживую. Зато отлично видел, что тут подойдет старая добрая анимация. Но в наше время грань между реальным кино и рисованным стирается: Стивен Спилберг с Питером Джексоном делают «Тинтина», а известный аниматор Брэд Берд режиссирует четвертую часть франшизы «Миссия невыполнима». Все смешалось.

--Одну и ту же историю можно рассказать по-разному. В этом фильме речь идет о серьезных вещах — свободе, рабстве, колониализме. Почему вы решили сделать из этого именно детский фильм?

Безансон — Потому что жираф в фильме – детеныш. Он (точнее она: это же девочка) взрослеет по ходу картины. И мне показалось, что друзьями жирафы должны быть именно дети. Для многих это животное, думаю, связано прежде всего с детскими воспоминаниями. Так что в широком смысле это фильм о взрослении – о том, что или кого мы навсегда оставляем позади.

--Вам приходилось специально адаптировать эту историю для детского восприятия?

Безансон --Я не думаю, что надо становиться на четвереньки, чтобы опуститься, так сказать, до детского уровня. Надо говорить с детьми стоя, как со взрослыми.

Лие — Вспомните, разве вам нравилось в детстве, когда с вами сюсюкали? Мы не обращались именно к детской аудитории. То же «Трио из Бельвилля» – это ведь был не вполне детский фильм. Вы же обратили внимание, у нас животные не разговаривают, как в детских мультиках. Разговаривают только люди: это по-взрослому.

Безансон — Да, и мы не стремились, как в современной диснеевской продукции, населить картину симпатичными зверюшками и счастливыми мордашками. Мы хотели привнести элемент реализма.

--А кто для вас авторитет в мире анимации?

Лие --Пожалуй, Хаяо Миядзаки. То, как он показывает природу, сам ритм его фильмов, неспешная манера повествования. Да и сами линии рисунка: у Миядзаки чувствуется воздух, грани между объектами могут быть размыты, присутствует элемент магии, возможность трактовки. А в американских картинах границы всегда проведены слишком четко и жирно.

Безансон — Да, на компьютерах все выходит слишком стерильным. А в такой истории, как наша, с приключениями, с путешествием на воздушном шаре, – тут нужен простор для фантазии.

--Кстати, приключения в «Жирафе», особенно история с шаром, — это же типичный Жюль Верн. Детская книжная классика на вас тоже влияла?

Безансон — Жюля Верна мы оба любим, так что, конечно, он повлиял. А еще Виктор Гюго: мы заимствовали кое-что из образа Гавроша.

Лие — И историю со слоном, которого выставили перед толпой на площади Бастилии. На самом деле, говорят, никакого слона там не было — это Гюго придумал. У него слон, у нас жираф — в принципе, идея та же.

--А как вы вообще относитесь к идее демонстрации зверей в клетках? Зоопарки — это полезное зрелище, скажем, для детей?

Безансон Ненавижу зоопарки. Ну, то есть существуют большие резервации, заповедники, где звери еще более или менее гуляют на воле, а дети, которые не имеют возможности путешествовать, могут увидеть экзотических животных. Но зоопарк в парижском Jardin de Plantes — это никуда не годится.

Лие — Да, там зверям очень тесно. У меня еще с детства остались тяжелые воспоминания об этом грустном месте.

Безансон — То есть нашей целью было пнуть зоопарки, а заодно покритиковать идею транспортировки бедного животного из привычной среды в совершенно другую часть света. У нас в фильме султан дарит жирафа французскому королю; а совсем недавно, представьте, Китай преподнес Франции двух панд! Причем не насовсем подарил, а отдал напрокат. Двести лет прошло, а руководители стран не изменили привычке делать такие вот «дипломатические» подарки!