Пенсионный советник

Деградирующая телекухня

В прокате «Доброе утро» с Харрисоном Фордом

Дарья Горячева 14.01.2011, 14:27
Кадр из фильма «Доброе утро»

В прокат выходит «Доброе утро» с Харрисоном Фордом и Дайан Китон — комедия про карьеризм и смерть новостного телевидения.

Уволенная из новостной программы бойкая продюсер Беки Фулер (Рэйчел Макадамс) устраивается в умирающее шоу «Доброе утро», щедро разбавляющее новости рассказами о диетах, знаменитостях и кулинарии. В попытке поднять планку, Фулер приглашает в качестве ведущего бывшую звезду журналистики Майка Помероя (Харрисон Форд), некогда побывавшего во всех горячих точках мира, а ныне, по большому счету, списанного в утиль. Но у Помероя скверный характер и масса требований. Он не ладит со второй ведущей — капризной говорливой дамочкой, в далеком прошлом королевой красоты Аризоны (Дайан Китон), отказывается говорить в эфире слово «пушистый» и злится, что телевидение скатилось в цирк.

Дела у передачи идут все хуже: если срочно не поднять рейтинги, она будет закрыта, а на ее место поставят очередную мыльную оперу.

Сценарий к «Доброму утру» написала Элин Брош Маккена, известная главным образом адаптацией бестселлера Лорен Уэйсбергер для фильма «Дьявол носит Prada». «Доброе утро» — по сути, та же самая история, но разыгранная в другом антураже — с бегающими по студии телевизионщиками вместо гламурных барышень из модного журнала. Молодая симпатичная карьеристка снова завоевывает вершины в ущерб личному счастью, а в финале все так же приходит к тому, что ответственная должность не повод брезговать человеческими отношениями. А уж кто обаятельнее — Энн Хэттуэй или Рэйчел Макадамс, гламурная дьяволица Мэрил Стрип или Форд, заставляющий зал взрываться смехом одним движением брови на скучающем лице, — это уже дело вкуса.

Правда, «Доброе утро» — комедия скорее положений, нежели нравов. Макадамс (Ирен Адлер из комиксового «Шерлока Холмса» Гая Ричи) отыгрывает Фулер едва ли не в чаплиновском духе. Ставит враскоряку ноги, роняет сумки, впадает при виде симпатичного мужчины в немоту и переходит на пантомиму. Тем временем героиня Китон мужественно сражается в надувном костюме сумоиста и получает в лицо вонючий залп скунса.

Главный американский критик Роджер Эберт поставил «Доброму утру» 3,5 звезды из 4, но оказался в меньшинстве.

Фильму пеняют на то, что он не показывает реальную телевизионную кухню и не выдерживает сравнения с классикой жанра вроде «Телевиозионных новостей» Джеймса Брукса и «Телесети» Сидни Люмета. Действительно, в картине Люмета ради рейтингов ведущего убивают в прямом эфире: на этом фоне орущий от ужаса корреспондент из «Доброго утра», посаженный с камерой кататься на американских горках, — сущий детский лепет. И в то же время сказать, что «Доброе утро» — кино совсем легковесное, было бы ошибкой.

В оригинале картина называется «Morning Glory», а программа, которую реанимирует Фулер, — «Day Break». В отечественном прокате и то и другое трансформировалось в «Доброе утро» — вероятно, не без намека на известную фразу «Доброй ночи и удачи» легендарного журналиста Эварда Мюрроу, которой тот заканчивал свою передачу. Когда-то Мюрроу произнес знаменитую речь об истинных целях журналистики, а его телерасследование способствовало краху маккартизма. Майк Померой Форда отчасти и есть Мюрроу наших дней — точнее, то, что с ним стало бы в новом тысячелетии. Он жаждет говорить о серьезных вещах, а продюсер переживает: «Вы что, хотите кормить зрителя отрубями вместо пончиков?» По фильму страшно не то, что новости превратились в инфотеймент. А то, что даже преподносящие новости в формате развлечения программы вроде «Доброго утра» вынуждены из последних сил отвоевывать пространство у ток-шоу и сериалов. Кажется, Мюрроу проиграл.