Пенсионный советник

Нам не страшен черный черт!

«Последнее изгнание дьявола» выходит в прокат

Ярослав Забалуев 08.09.2010, 14:54
Кадр из фильма «Последнее изгнание дьявола»

В прокат выходит «Последнее изгнание дьявола» — спродюсированный Илаем Ротом хоррор, успеху которого помешал дьявол.

Своего первого демона Коттон изгнал еще в детстве. В его семье это было чем-то вроде посвящения: отец и дед отправили восвояси не по одной сотне бесов, и мальчику просто пришло время принять династийный долг. О его первом изгнанном написали в местной газете, а сам он на ближайшую четверть века связал себя со сферой эзотерических услуг. Со временем он стал уважаемым проповедником и экзорцистом, но чем больше людской веры подпитывало его тщеславие, тем меньше этой самой веры оставалось в нем самом. Кончилось тем, что, когда врачи спасли жизнь его сыну, он забыл поблагодарить за это чудо Господа. Поразмыслив, он понял, что его ремесло в большей степени лежит в области задушевного психоанализа, чем в координатах богоявленных чудес. Чтобы разоблачить шарлатанскую природу своего ремесла, он выписал себе оператора и журналистку, которым дал развернутое интервью, а потом и предложил убедиться во всем воочию. Для этого съемочная группа со своим героем отправилась в американскую глушь, где 16-летняя одержимая по ночам повадилась резать скотину на собственной ферме.

Зверский трейлер и выведенное крупными буквами имя Илая Рота в титрах обещало добрую охоту на ведьм.

В конце концов, «Экзорцист» был снят задолго до «Хостела» и не мог позволить себе визуальных приемов пыточного порно. Идея переснять классический сюжет дрожащей камерой смотрелась вполне достойно. Правда, по ходу дела выяснилось, что Илай Рот здесь всего-навсего представляет, а в режиссерском кресле сидит вчерашний дебютант Дэниэл Штамм. В результате картина оказалась разделена почти ровно пополам: в первой половине — то, что снимал Штамм, а во второй — то, что представлял Рот.

В первой части, которая занимает слишком много времени, чтобы считаться прологом, ироничный экзорцист рассказывает о своей жизни, и, чтобы вспомнить о степени реальности происходящего, приходится серьезно промаргиваться.

По сути, до середины «Последнее изгнание» — это сатира не на церковь даже, а на популистскую эзотерику,

согласно которой маниакально-депрессивный психоз или, скажем, лунатизм можно вылечить только добрым словом и крестным знамением. Гениально сыгравший Коттона Патрик Фабиан ухмыляется в камеру и рассуждает про церковные догматы с таким сарказмом, что расплата кажется неминуемой, но оказывается слишком предсказуемой, чтобы испугать.

Фильм, который мог стать первым за долгое время рассказом не о том зле, которое с рогами, а о том, что живет в соседней квартире, как ни странно, испортило присутствие этого самого дьявола.

Как только начинается хоррор — ирония испаряется, за кадром наперекор всякому реализму включают мрачную американу, позвонки одержимой хрустят, а языки пламени становятся все ярче, но уже не жгут.

Во-первых, у Гоголя все равно было лучше, а во-вторых, после невидимого зла «Паранормального явления» и торжественной победы кино над реальностью «Района 9» странновато пытаться переведьмачить «Ведьму из Блэр». Логичнее было бы рассказать историю о спящих демонах, весь ужас которых в том, что с ними приходиться как-то уживаться, то есть примерно о том, про что уже пятый год подряд успешно рассказывает телесериал «Декстер».

И дело тут не в модных трендах, просто с выходом «Последнего изгнания» стало окончательно ясно: черт с рогами зрителю уже не страшен, как его ни малюй.