Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Зорро против Анискина

Общественное нежелание признавать право государства на насилие будет нарастать

«Газета.Ru» 09.06.2010, 18:15
Akash_Kurdekar/flickr.com (CC BY 2.0)

Приморская трагедия показывает, что общество больше не согласно безоговорочно признавать монополию государства на насилие.

События в Приморском крае, где силы МВД пытаются ликвидировать вооруженную группировку, декларирующую праворадикальную повестку и совершившую уже ряд нападений на сотрудников правоохранительных органов, демонстрируют ужасающую картину состояния умов в России. Версий о мотивах боевиков предостаточно: и столкновение на почве незаконного вывоза леса, и провокация китайцев, и месть за избиения в милиции. Но вне зависимости от действительных обстоятельств

поражает массовая поддержка, которую высказывают граждане людям, по законам любой страны совершившим и продолжающим совершать насильственные преступления.

Разумеется, частично такую поддержку можно объяснить влиянием праворадикального манифеста, опубликованного в сети от лица членов группировки. Сочувствующих этим настроениям в России множество. И объявление о «переходе к вооруженной борьбе против захватчиков нашей страны», да еще сделанное от имени десантников, не может не получить поддержки — к счастью, кухонной.

Однако имеется и более широкий круг идейных сторонников группировки — это люди, не видящие в отечественной правоохранительной системе ничего, кроме банды бесчестных насильников, с которой и нужно бороться террористическими методами. И если понятно, что можно противопоставлять радикал-националистам (а это прежде всего законные репрессии), то

совершенно непонятно, что противопоставлять протесту против государственных репрессий, которым население отказывает в законности.

Или даже еще хуже — законности которых отказано в легитимности.

А этот эффект, между прочим, достигнут не операциями «банды партизан». И не манифестами нацистского толка. Он получен в результате многолетней практики действий самой государственной машины и ее главной опоры — силовых структур, которые и должны обладать монополией на насилие, признаваемой обществом. Так вот, приморская трагедия показывает, что общество больше не согласно безоговорочно признавать монополию государства на насилие. И осуществлять эту монополию в отношении настоящих преступников государству все сложнее, потому что оно под подозрением.

Это действительно страшно.

Дискредитация правоохранительных органов, судебной системы, спецслужб, осуществленная их собственными силами, вот такими, пусть и частными, случаями, как происходящее в Приморье, превращается из проблемы госстроительства и реформ в повод для кровавого бунта.

И не стоит обманываться, что такой бунт может стать очистительным: никакого другого эффекта, кроме разрушительного, в нем не окажется.

Но и в том (более вероятном, разумеется) случае, если ситуация «рассосется» и бунтарские настроения не приведут к возникновению новых очагов, в которых борцы с государственной властью будут хвататься за дробовики, проблема не исчезнет. Экстремистские «милиции» — к несчастью, хорошо известное явление, хотя бы в тех же США, и операции по их нейтрализации, иногда кровавые, не раз становились там поводом для критики действий силовых органов. Но никогда сама основа существования этих органов — право на насилие — не ставилась обществом под вопрос.

В России же вне зависимости от того, как будут развиваться события вокруг приморских террористов, общественное нежелание признавать это право будет только нарастать. И даже самые успешные «операции по усмирению» этот процесс не остановят. Затормозить его может только решительная операция по усмирению самих силовиков. И времени для ее бескровного и упорядоченного проведения становится, кажется, все меньше.