Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Папа, пусть Доренко замолчит

18.11.1999, 18:36

Лидеры политических объединений будут в ближайшее время «жестко» просить Ельцина прекратить информационные войны и внести изменения в закон о печати, ужесточающие ответственность журналистов за распространение неправдивой и недостоверной информации. Об этой перспективе сообщил Сергей Степашин, считающий, что президент должен свой волей прекратить информационные войны, и для этого у него есть «правовые и финансовые рычаги». Иначе, считает Степашин, отвращенный всей этой грязью народ вообще не пойдет на парламентские выборы, и они будут провалены.
       Журналисты, наконец-то, стали комом в горле политиков. Политики не могут ни проглотить этот ком, ни выплюнуть, поэтому они решили обратиться к главврачу страны – президенту.
       До сих пор, напомню, Борису Ельцину не вменялось в вину только одно – попытки ограничения свободы слова. Уверена, что он не пойдет на это ни при каких обстоятельствах. Тем более, что основные эфирные «убийцы» работают, собственно, на Кремль. Да и в законе о печати не требуется никакой правки. Ответственность журналистов там предусмотрена. Обиженные могут идти в суд, что не особенно нравится Степашину. Видимо, ему бы больше понравилось, если бы обидчика вызывали не в суд, а на ковер в ЦК партий и предвыборных объединений.
       Не дождутся, что бы ни нес бесстрастным голосом с экрана терминатор — Доренко. В крайнем случае работодатели могут отказаться от услуг слишком ретивого комментатора. Кстати, в ущерб тем самым избирателям, о которых так печется один из лидеров «Яблока». Как говориться, см. рейтинги. Наш народ так просто от избирательных урн не оторвешь. Они могут проголосовать ровно за тех, против кого Доренко, но чтобы они не воспользовались возможностью раз в четыре года отомстить всем на свете своим неотъемлемым правом на выбор? Извините.
       Что же случилось? Почему кандидаты всех мастей решились покуситься на свободу слова, причем руками президента? Я вам отвечу словами автора лучшего романа о выборах Роберта Пена Уоррена: «Нет такого человека, на которого нельзя нарыть компромат». В предвыборный период все вы, ребята, под Доренко ходите. Неприятно, согласна. А что делать? Не ходите в политику и мойтесь с кем угодно в бане.
       Может, конечно, президент потребовать от зарвавшихся каналов немедленно вернуть все кредиты. То есть, в формулировке Степашина, воспользоваться финансовыми рычагами. Но ведь Степашину не нравится, когда это делают с НТВ. Он же сам это НТВ защищает на «Эхе Москвы» и в газете «Сегодня». То есть с НТВ не нравится, а с первым, вторым или шестым каналами понравилось бы?
       Очень хотелось бы, чтобы призывы к президенту топнуть ногой на СМИ сказывались на рейтингах этих самых политических объединений, которые собрались писать «жесткое» письмо Ельцину. Потому что всем должно стать понятно, как эти объединения будут себя вести в случае победы на тех или иных выборах.
       Не бывает войны компромата без компромата. Журналист получает информацию и публикует «компромат», когда ему эту информацию сдают люди, играющие в политику. Это может быть кто угодно – от следователя генпрокуратуры или бывшего генпрокурора до кремлевских чиновников. Сдают информацию потому, что это кому-то надо. Журналист обнародует информацию потому, что у него такая профессия. Он дает ей комментарий или определенную окраску в зависимости от собственных представлений об этике. Иногда позиция журналиста определяется тем, что он сделал свой выбор и решил служить такой-то цели и таким-то людям, идущим к этой цели. Что тут может сделать президент? Ничего, и слава Богу. Что тут может сделать Степашин и Ко? Не позволять себя снимать голыми с девушками, нанятыми за чужие деньги. Все! Доренко, собственно, в какой-то степени ассенизатор. А если врет – то в законе сказано, к кому обращаться.
       Интересно, обращаясь к Ельцину, Степашин с коллегами попросят его прекратить и поток компромата на самого президента, его дочь, его окружение или, цитируя Евгения Киселева, «камарилью»? Или это можно оставить? Я знаю ответ, и вы тоже.
       Достали вас, господа кандидаты в парламент и президенты. Никому не охота попадать под каток, извините, на язык, никому не хочется публичных разоблачений. А ведь это может случиться с каждым, и вы это знаете. Вот и страхуетесь, вот и просите защиты. Как дети. И у кого? У старого, больного, обглоданного этими самыми СМИ и вами, господа депутаты, они же кандидаты, президента. Честное слово, мы, журналисты, хорошие и плохие, этичные и неэтичные, честные и продажные, еще не раз помянем добрым словом Ельцина, когда будет с кем сравнивать. Репутация ни одного из политиков не стоит отката назад и ограничения свободы слова. Пусть лучше боятся политики, а не общество живет в страхе. Как это уже было. Тогда явка на выборы была, кстати, стопроцентной. Потому что за неявку могли уволить с работы, отчислить из института и исключить из партии. А теперь не могут. Кто хочет, придет голосовать, кто не хочет — не придет. Но не придет не потому, что Доренко бьет по мозгам каждое воскресенье, а потому, что политики у нас такие, какие есть. Были бы они другие, о чем бы говорил Доренко? Наверное, о любви.