Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Париж — он какой-то односторонний

03.05.2000, 15:42

Из всех трудящихся Парижа на маевку вышли только фашисты – лепеновцы, не доставив особенных хлопот никому, кроме неусыпно бдившей по периферии митинга полиции. Да еще разве что мне, решившей в этот тихий праздничный день заняться изучением транспортных артерий французской столицы. Машина есть, но еще хорошо бы знать, как на ней проехать из пункта «А» в пункт «Б».
       Это, доложу я вам, не самая простая задача в Париже, где куча улиц и улочек односторонние. К тому же я и пешком-то еще не так хорошо знаю город. Забавное началось с момента покупки транспортного средства. Из магазина в пригороде надо было, как вы понимаете, доехать домой, то есть в самый центр города.
       Я заранее купила автомобильный атлас города, включающий пригороды. Открыла – и поняла, что хорошее до этого момента настроение сохранится недолго и скоро перейдет в истерику. Карта, как ей и положено, пестрела непонятными названиями, сложными развязками, черточками, стрелочками и пунктирами, в которых сам черт ногу сломит.
       Знакомый,  сопровождавший меня при покупке автомобиля, перехватил мой растерянный взгляд и бодрым голосом сказал: «Так, поедешь цугом за мной до своего дома. Спокуха!»
       Ну ладно, я наивная, но он-то – парижанин!  И как он мог предположить, что в этом суматошном, забитом пробками городе, мы не потеряемся?! И мы потерялись. На двадцатой минуте езды. И я даже не вполне понимала, на каком я берегу Сены – как в том анекдоте: «Скажите, это этот берег или тот?» И тут наступило полное и необходимое в таких ситуациях спокойствие.
       Я прибилась к стоявшим слева машинам, сильно сузив жизненное пространство для остальных участников дорожного движения, включила аварийные огни и огляделась в поисках таблички с названием улицы. Ага, нашла! Решительно раскрыла атлас и теперь уже без всякой паники и истерики  начала изучать возможные варианты перемещения в направлении к дому. Через десять минут езды решила проверить правильность собственных географических расчетов и на светофоре спросила водителя соседней машины, правильно ли я еду. Он махнул вперед: мол, езжайте за мной. Да, легко. Метров через триста дядя остановился, вылез из своей машины, подошел к моей и начал что-то весьма быстро говорить по-французски. Я точно поняла только слова: прямо, налево и направо. Но когда вперед, а когда налево-направо? Развела руками. Дядя сообразил и начал говорить очень просто и медленно, практически назывными предложениями. Другое дело. Все стало понятно, а главное, оказалось, что я в двух шагах от дома. Мужчина, однако, не унимался, вызвал из машины жену, которая все его указания перевела на английский. Я с благодарностью сказала, что все поняла. Но и этого оказалось мало. Посоветовавшись о чем-то быстренько с женой, дядя стал настаивать на том, что уж лучше они меня вывезут прямо к дому. Видимо, я производила впечатление непроходимой тупицы.
       Я доехала сама, не особенно предполагая, какие испытания меня ждут впереди, фактически уже дома. Гараж! Штука крайне необходимая в Париже, где припарковаться просто негде. А если вы паркуетесь не там где надо, то штраф – это меньшее из зол, которые вас ждут. Гораздо хуже, если машину оттащат неведомо куда, а это здесь происходит пугающе часто. Я внимательно наблюдала, как очень почему-то некрасивые женщины в синей униформе и с лицами садисток внимательно проходят вдоль ряда припаркованных машин и что-то помечают в своих книжечках, а иногда засовывают под дворники уведомления о штрафе. Поверьте, у них очень неприятные лица и не очень приятная для владельцев машин работа. Поэтому гараж – это спасение. Во всяком случае, вам не надо полночи искать, куда бы приткнуть машину, и утром вы можете быть уверены, что машина стоит там, куда вы ее поставили.
       Да, но въехать в гараж и выехать из него… Ширина, я бы сказала, тропинки, по которой вы съезжаете и выезжаете, рассчитана до миллиметра. Миллиметр вправо – миллиметр влево – и вы высекаете металлом колеса искру из высоких бордюров. Угол наклона сравним с горнолыжной трассой для гигантского слалома. А когда вы выезжаете, то почему-то ровно на этом гигантском подъеме у вас аппарат для магнитной карточки, которой открываются где-то там, на вершине, ворота. В общем, гараж стал моим ночным кошмаром. К тому же там просто страшно – на этом третьем уровне под землей. Пусто, гулко и страшно. По-моему, отличное место для убийства, как сказала бы старушка Кристи.
       В общем, утомленная всеми этими приключениями, вечерком я решила пройтись по своей «деревне» пешком. Я шла в какой-то расслабленной задумчивости, наслаждаясь наступившим, наконец-то, после всех дождей и холодов летом, и вдруг услышала реплику на чистейшем русском языке: «Вот видишь, как выглядит настоящая француженка: изящная, вся какая-то аккуратненькая». Я повернулась в сторону родной речи и увидела двух женщин,  одна из которых показывала рукой на меня. Она улыбнулась, уверенная, что я не понимаю, о чем они говорят. Мне стало смешно. Нет, мне стало как-то хорошо и весело. Я не стала разрушать их стройного представления о том, какая она, настоящая француженка, хотя язык так и чесался сказать: «Да ладно, девушки, тоже мне, француженку нашли…»
       К тому же, боюсь, что об изяществе фигуры скоро придется забыть, потому что ем я здесь столько, сколько не ела нигде и никогда. Впрочем, еда во Франции – это отдельная тема, которая тянет на книгу и не на одну.