Анискины нашего времени

02.10.2002, 17:48

Что же представляет «оперативный интерес» для участковых, которые отныне будут посещать нас всех раз в квартал? Я-то, честно говоря, наивно полагала, что участковые и так были в курсе «неблагополучных» ситуаций на своем участке. Иначе чем же они занимались? Разве кто-то запрещал участковому придти в любую квартиру, если он считал необходимым поговорить с ее обитателями? Ну он вряд ли пошел бы к двум старушкам-сестрам, тихо доживающим свой век. Но вполне резонно наведывался к буйным пьяницам или не в меру часто веселящейся молодежи. Или не так? Некоторые коллеги считают, что возвращаются добрые советские времена и участковые Анискины (любимый герой советского сериала), которые все знали о каждом из «своих» жителей, что способствовало раскрытию преступлений. Но я все же не понимаю, что мешало им знать об этом и сейчас и почему ежеквартальное обязательное посещение каждой (!) квартиры должно улучшить качество их работы. Остается предполагать, что без «обязаловки» участковые просто не работают.

Реклама

Или новые правила дают им более широкие возможности вникать в особенности частной жизни граждан. В том числе и законопослушных. Все, как всегда, будет зависеть от личности участкового и его здравого смысла. Впрочем, это как раз никакой закон предусмотреть не может. Зато он предусматривает некий «паспорт на жилой дом», в который будут заноситься данные о проживающих в каждой квартире гражданах, «представляющие оперативный интерес для милиции». Я, наверное, тупая, но зачем заносить куда-то данные о пожилой маме моей подруги, которая живет одна с собачкой? То есть если соседи решили облапошить мамашу и хитростью выжить ее из квартиры, то это одна ситуация. Правда, в такой ситуации, если она очевидна для старушки, она и сама может обратиться в милицию. Теоретически. Короче, мне недостает фантазии, чтобы совместить обязательное посещение каждой квартиры с необходимостью сбора оперативной информации. Посещение квартир, превращенных в притон, а еще лучше подвалов и чердаков — понятно. А ежеквартальное посещение квартиры одинокой пожилой пары без детей, например, — не очень.

Кто-то увидел в нововведении реанимацию образа любимого героя фильма. Ностальгически вздохнул и признал, что не все в «совке» было так уж плохо. И Анискина из «совка» вернуть совсем не грех. А по системе глобального контроля за каждым любители «совка» тоже соскучились? Интересно, какие же вопросы раз в три месяца будет задавать участковый каждому из нас? И на какие вопросы, кстати, мы имеем право не отвечать? А что настучит участковому одна соседка на другую, просто потому, что она перебивается на дохлую пенсию, а у второй сын-бизнесмен, и она позволяет себе покупать продукты в супермаркете.

В действительности вся эта история с участковыми — лишь мелкий штрих к какой-то глобальной тоске по «совку», которая охватывает даже, казалось бы, здравомыслящих людей, более того, в свое время противников или даже жертв этого самого «совка». Может, возвращение гимна подействовало на подсознание. Страна становится все более эклектичной. Мы и в ВТО хотим и памятник Дзержинскому вернуть. Это мне сильно напоминает разговор с чекистами накануне президентских выборов 1996 года. На вопрос: «А чего вы-то хотите, ребята?» — ответ последовал без задержки: «Чтобы все было как в СССР, но водку можно было по ночам купить в любом киоске, как сейчас».

Может, так и бывает, но название такой стране еще не придумано. И вообще, такая конструкция весьма неустойчива. И везде, где могла, уже рухнула. Например, в странах бывшего Восточного блока, которые вроде бы косили под социалистические, но таковыми никогда по сути и не стали. Может быть, мы снова ищем особый путь России, причем особенно интенсивно этот «средний вариант» заявляет о себе в предвыборные периоды.

Я вот сегодня где-то прочла, что все VIP-залы аэропортов переходят в ведение Управления делами президента. А были, кажется, в ведении Минтранса. Таким образом, теперь, чтобы заключить контракт на обслуживание через VIP, необходимо получить разрешение из Кремля. Вы не поверите, но я с надеждой подумала, что все дело в бабках, то бишь в VIP-доходах, на которые Кремль решил наложить лапу. Никогда не интересовалась, сколь это прибыльный бизнес, но слово «бизнес» мне лично в данном случае ближе, чем тупое возвращение «совкового» же номенклатурного принципа обслуживания через VIP членов ЦК и Политбюро, а также высоких иностранных гостей. Впрочем, подождем — увидим. Возможно, Кремлю почему-то важно определять, кто именно имеет право на этот люкс, а кто нет, и это не зависит от того, способен ли гражданин страны оплатить эту услугу, если он в ней заинтересован, или нет.

Большевики точно понимали, почему им надо было разрушить «до основанья, а затем». Историческая память могла сыграть с их режимом злую шутку. Мне лично противны их способы выяснения отношений с прошлой жизнью и ее представителями. Но перетаскивать в Россию, которая претендует на определение «демократическая», символы и методы эпохи «совка» — совсем не такая безобидная штука, как кажется тем, кто предложил и поддержал старый гимн с новыми словами. Это Оруэлл. Нельзя наполнить старый символ новым содержанием. Какое новое «содержание» можно придать каменному Дзержинскому, возвращенному на постамент в начале ХХI века? Какими новым задачами борьбы с преступностью можно оправдать старые методы тотального контроля за населением? На уровне дизайна можно «вписать» старинное кресло в хайтековский интерьер. На уровне идеологии вписать «совок» в «рынок» нельзя. Смешно звучит – но или Дзержинский на старом месте, или Чубайс во главе РАО ЕЭС. Вместе не получится. Вот увидите.