Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Главные уши страны-2

23.10.2002, 18:38

Вернусь к написанному. Кто-то в Москве прослушивает телефонные переговоры Немцова с его аппарата в Госдуме. Кто-то потом продает эти записи прессе. Разговаривает Немцов с чувством глубокой симпатии с лидерами белорусской оппозиции. Он не отрицает сего факта, не опровергает сказанного. Из сказанного следует, что позиция Немцова согласована с Кремлем. Кто в Москве (не в Минске, заметьте) негласно отслеживает, как делается «большая политика», и кому это все с прослушкой надо, почему-то остается невыясненным. Все делают вид, что ничего не было. До того момента, пока лидеры СПС Немцов и Хакамада не отправляются в Минск. И вот тут нелюбимые Немцовым местные белорусские власти разворачивают российских «оппозиционеров», приехавших по приглашению белорусских оппозиционеров, и отправляют их домой продолжать по телефону заниматься большой политикой. По телефону – пожалуйста, но к нам ни ногой.

Зуб даю, что сейчас все – от МИДа до Кремля — выразят «недоумение и глубокую обеспокоенность». Напишут, что акция против лидеров СПС инспирирована кругами, не заинтересованными в развитии белорусско-российской интеграции. Все дипломатически правильно, но практически – чего же тут недоумевать?

Единственный упрек, который доказательно может Лукашенко адресовать Немцову – это записи его переговоров с оппозицией. И под этим предлогом теоретически может настаивать, что присутствие лидеров СПС на территории Белоруссии угрожает национальной безопасности или здоровью (психологическому, видимо) нации. Вот, собственно, основные причины, по которым можно развернуть гостя и отправить его восвояси. Давайте попробуем иначе повернуть ситуацию. Лидер оппозиции какой-нибудь из смежных стран ведет телефонные переговоры с лидером российской оппозиции (в России таковой нет, но мы просто моделируем ситуацию) о том, как изменить режим в стране вместе с президентом. Эти разговоры некие неизвестные подслушивают и публикуют. После этого чужестранный лидер оппозиции приезжает в Россию. Могут ему неожиданно, прямо в аэропорту, отказать в гостеприимстве? Да на раз. «А не фига вмешиваться в наши внутренние дела. Или если уж вмешиваешься, то или делай это так, чтобы мы не знали, или, если хочешь открыто, будь готов, что пока мы у власти, тебе здесь рады не будут». И подбросить папочку с чем-нибудь для убедительности могут. И пресс-конференцию предложат отложить до прилета домой.

Может, это батька подслушивал Немцова на территории неподведомственной ему Государственной думы? Очень хотелось бы, но вряд ли. Подслушивали свои, то есть наши – те, кто батьку, может, и не обожают, но за великий и могучий союз с Белоруссией двумя руками, а Немцова не любят точно. Кремль тогда от комментариев, насколько я помню, воздержался, хотя оказался втянутым в эту истории вместе с Немцовым. Кремль с этим батькой ведет уже не первый срок несколько иезуитские, но все же переговоры о едином и нерушимом союзе республик свободных. Знает же, с кем ведет. А теперь еще все узнали, что происходит за кулисами. Интересно, Кремль тоже выразит «недоумение» или найдет какое-то другое слово.

Чего тут недоумевать. Все отлично знают, какие порядки царят в Белоруссии при Лукашенко. Всем понятно, что нынешний президент Белоруссии – авторитарный лидер, и не пустить «к себе» Немцова с Хакамадой ему раз плюнуть. Ну какой, скажите, может быть депутатский иммунитет от Лукашенко? Смешно даже.

Причина происшедшего здесь, в Москве, и никто ее серьезно расследовать, кажется, не собирается. Все остальное – последствия. И это тоже все отлично понимают. И понимают, что для того, чтобы подслушивать депутата Думы в Думе, надо или сломать защитную систему ФАПСИ, или договориться с ФАПСИ, или работать в ФАПСИ. И уж в любом случае, повторюсь, надо уволить начальника ФАПСИ за плохую работу. Никто и не дернулся. Кроме батьки. Мне лично белорусский лидер глубоко противопоказан. Вместе с его властью. Но я понимаю, что, пока он при ней, он ее защищает. А мы свою продаем за бесценок и безнаказанно газете «Завтра». А потом недоумеваем.