Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Два П

24.12.2003, 20:55

Я, конечно, понимаю, что, оплакав горькую судьбу друга-диктатора, сдавшегося живым в плен, Евгений Примаков с особым рвением наехал на тех, кто в известной мере олицетворяет торжество цивилизованных (то есть совершенно чуждых диктаторскому режиму), или прозападных, ценностей в постсоветской России. Одной из таких ценностей является, безусловно, рыночная экономика.

Картинка, замечу, получается смешная. Олигарх Ходорковский, открыто заявивший, что предпочитает иметь дело в Ираке с Бушем, а не с Хусейном, сидит в тюрьме, а Примаков, предпочитавший иметь дело в Ираке с Хусейном, а не с Бушем, публично источает ненависть к таким, как Ходорковский. При этом он сидит плечом к плечу с президентом России, которого назначил своим преемником именно тот, кто ввел в России рыночные отношения. Бывший шеф российской разведки и бывший советский разведчик разве что не держат в руках плакат с изображением Ходорковского за решеткой. Это их главный аргумент в разговоре с капиталистами: «Ребята, вам понятно, что с вами будет, если вы почему-то не захотите нас понять?».

Да ребята давно уже все поняли! Для того чтобы они все поняли, совершенно не надо разыгрывать из себя идиотов двум столь почтенным разведчикам и объяснять, что капитализм они, ребята, все строили, конечно, примерно одновременно, но каким-то чудом закон удалось нарушить только избранным, пяти или семи особо крупным в особо крупных размерах. Остальные, по формулировке младшего разведчика, но старшего по должности, могут «спать спокойно». Именно спать почему-то – не работать, а спать.

Если у создателей модели «Путин» вчера не наступил момент аберрации, то их можно только пожалеть. Бок о бок сидели два претендента на должность президента четыре года назад. Молодой был избран и проведен во власть, чтобы помешать старому, обещавшему освободить зоны под новых экономических преступников. Ради этого молодого старому публично пилили ногу, конструировали «Медведя», тратили деньги и силы, промывали мозги. Молодой, получается, был призван защитить будущее России от хитрого, умного, рейтингового старого зубра, друга Саддама Хусейна, который понятно же куда начал бы разворачивать страну. Это я беру красивую версию, а не сугубо лично-семейную, которая тоже имеет место быть.

Итак, сидят в президиуме два бывших конкурента, как голубки, дополняя друг друга, необычно для обоих корявым языком пытаются совместить капитализм с государственным его регулированием. При этом явно дают понять каждому бизнесмену страны, что он на крючке, если ему почему-то не понравится путинско-примаковский вариант «свободного» предпринимательства: насмотрелись на Ходорковского в наручниках? Одновременно для иностранных инвесторов и для внешнего наблюдателя в целом как молитву повторяют, что ни о какой национализации, экспроприации и пересмотре итогов приватизации не может быть и речи. Просто посадим еще пяток-другой из «крупняка», как и обещал четыре года назад друг Хусейна, а остальные сами приползут с деньгами на социалку, что и обещает народу друг друга Хусейна.

Любопытно, что несостоявшийся президент и президент в пику ему состоявшийся для своего общения с российскими бизнесменами выбрали почему-то стилистику паханов в зоне: жить будете так, как мы вам скажем, пацаны, а если захотите жить по-своему, то тут, в зоне, суда-то нет, и судить будем тоже мы. И очень кстати в тот же день, когда два П встречались с бизнесменами, устроили весь цирк с судом над Ходорковским, чтобы и последним сомневающимся стало понятно, что суда и впрямь нет, а судьи – вот они, сидят в президиуме и грозят им пальчиком. Пока.

Должна признаться, что к двум П у меня вопросов нет. Следует понять, что и молодой и старый пережили тяжелый стресс в связи с крушением Советской империи и всех ее атрибутов включая единообразие мышления, управляемую плановую экономику, всесильное КГБ, партийную советскую печать, внятных внешних врагов и прочее. Они были плоть от плоти той страны. Один сделал в той стране недурную карьеру и был довольно влиятельным человеком в высших сферах. Второй с детства стремился попасть в самую закрытую, самую страшную, самую преступную организацию, которую породил тот режим. И попал. И был счастлив. А потом все рухнуло вместе с Берлинской стеной. О том, чего хочется такого рода людям, не пережившим внутренне гибель империи, гениально сказал один из кагэбэшников, с которым я разговаривала. Он сказал: «Хочу, чтобы все было, как при Андропове, но водку по ночам можно было купить в любом ларьке, как сейчас». Товарищи не понимают, что так не бывает. Или как при Андропове. Или водка по ночам в ларьках. Ну не бывает вместе.

Я понимаю товарищей. Но не понимаю их визави. Бизнесмены тоже не понимают, что при Андропове не случайно не было водки по ночам в ларьках? Они не понимают, почему не было ларьков? Они слушают всю эту ахинею про пяток нарушивших законы, а остальных белых и пушистых, которые могут «спать спокойно», потому что им страшно? Потому что они уже согласились жить в зоне под паханами? Потому что каждый из них знает, что никто из них не белый и не пушистый? Потому что они боятся КГБ? Потому что они приняли, что страна развернулась и им понятно куда? Я не понимаю, им серьезно нравится, что друг Хусейна, чьи зубы уже пересчитал весь мир, объясняет им, что такое правильный бизнес и неправильный бизнес, что такое плохой олигарх и хороший капиталист? Им что, серьезно нравится, что его младший «брат» будет топать на них ножкой и говорить: «Сюда смотреть!», «Не истерить!»? Они реально не понимают, что не на Ходорковского, а на них всех надели наручники и «мочат в сортире», делая себе на них выборы, завоевывая любовь народа в первом и единственном туре. А они аплодируют, совершенно забыв историю собственной страны. И, как и тогда, в прошлом веке (в прошлом!), подобострастно глядя в президиум, каждый сидящий в зале надеется, что судьба соседа его минует.

Конечно, история повторяется в виде фарса. Ведь там, в президиуме, перед которым наш славный бизнес не стесняясь поджал хвост, не Сталин и даже не Хусейн. Там даже не Андропов. И именно потому что это так, тем более жалкими выглядят те, кто сидит в зале и им аплодирует. Иногда мне кажется, что судьба странным образом хранит Ходорковского. Он в наручниках выглядит сегодня достойнее тех, кого публично опускает власть. А так, может, сидел бы в зале и позорился вместе со всеми.
Автор — специальный корреспондент ИД «КоммерсантЪ»