Братья по трубе

Путин призвал увеличить поставки СПГ и построить больше трубопроводов

Рустем Фаляхов (Тегеран), Алексей Топалов 23.11.2015, 23:31

На фоне роста спроса нужно расширить поставки сжиженного природного газа, а также ввести в строй дополнительные газопроводы. С таким призывом к участникам Форума стран — экспортеров газа в Иране обратился российский президент Владимир Путин. Впрочем, отмечают эксперты, лоббистские возможности «газовой ОПЕК» минимальны, а интересы ее членов диаметрально противоположны.

Больше труб

«Природный газ — лучшее топливо для устойчивого роста». Таким был тезис Форума стран — экспортеров газа (ФСЭГ) в Тегеране, который Москва полностью поддержала. По прогнозу президента России Владимира Путина, спрос на газ в мире будет расти опережающими темпами по сравнению с нефтью и другими энергоресурсами. К 2040 году он вырастет на 32% — почти до 5 трлн кубометров, тогда как в 2014 году эта цифра составляла 3,7 трлн кубов.

На этом фоне Россия готова увеличивать производство примерно теми же темпами. «В готовящейся российской национальной энергостратегии до 2035 года мы закладываем существенный прирост — 40% добычи природного газа. Если в 2014 году мы добыли 578 млрд кубометров, то к 2035 году мы планируем добыть 885 млрд кубометров», — уточнил российский лидер.

Чтобы обеспечить такой рост производства, понадобится ускорить освоение новых месторождений, модернизировать перерабатывающие мощности, расширить газотранспортную инфраструктуру, ввести в строй дополнительные трубопроводы и наладить разветвленные маршруты поставок сжиженного природного газа (СПГ).

Такая инициативность по строительству пугает экспертов. По мнению главы East European Gas Analysis Михаила Корчемкина, это несет риск для бизнеса. «Пример такого вмешательства — невостребованные проекты «Газпрома», построенные по прямому указанию руководства РФ», — говорит Корчемкин. У России нет средств финансировать строительство нескольких газопроводов одновременно, предупреждало в середине ноября Международное энергетическое агентство. Российские эксперты отмечают, что на постройку «Силы Сибири», «Северного потока — 2» и «Турецкого потока» денег у «Газпрома» нет, и это притом что только в подготовку к «Турецкому потоку» уже вложено $17 млрд.

Тем временем президент перечислял: «С партнерами из Евросоюза мы планируем осуществить целый ряд энергопроектов, с Турцией проводим согласование южного маршрута. Также мы будем увеличивать поставки газа на восточном направлении. Здесь у нас позитивная работа идет с Китаем, Индией и другими азиатскими странами».

По его словам, Россия также намерена увеличить производство СПГ до 60 млн т.

«Нами запланирован целый ряд СПГ-проектов как в восточной, северной части России, так и на Дальнем Востоке. При этом мы готовы к самому плотному взаимодействию с партнерами по нашему Форуму экспортеров газа», — сказал Путин.

Однако с кооперацией могут возникнуть проблемы.

«Газовая ОПЕК» не получилась

ФСЭГ был основан в 2001 году, он объединяет страны, на долю которых приходится почти 80% мировых запасов газа и почти половина мирового газового экспорта. Но несмотря на контроль за большей частью природного газа, форум остается всего лишь дискуссионной площадкой.

Форум ФСЭГ не способен оказать серьезного влияния на газовый рынок и ценообразование на международном газовом рынке, уверен Вячеслав Мищенко, вице-президент Argus. Проблема в том, что на газовом рынке, как и на нефтяном, очевиден переизбыток предложения, который будет только нарастать.

«Повестка мероприятия практически не меняется, а участникам форума все же тяжело прийти к общему знаменателю по ключевым вопросам», — пояснил «Газете. Ru» Эльдар Касаев, член экспертного совета Союза нефтегазопромышленников России. По его словам, глобального рынка газа, наподобие нефтяного, не существует: правила игры в США, Европе и Азии различаются.

ФСЭГ задумывался как лоббистская организация вроде «газовой ОПЕК» — Организации стран — экспортеров нефти. Сейчас форум объединяет 12 государств. Еще шесть государств имеют статус наблюдателей. Ожидается, что после многолетних переговоров к ФСЭГ присоединится Азербайджан. На форуме, кстати, присутствует делегация Туркмении — но не обделенная запасами природного газа страна (по данным британской ВР, 17,5 трлн кубометров, четвертое место в мире после Ирана, России и Катара) не спешит становиться даже наблюдателем форума.

Диктовать рынку свои условия форум не в состоянии. Слишком различны интересы.

Так, накануне мероприятия министр нефти Ирана Биджан Зангане предупредил, что участники не планируют обсуждать совместные газовые проекты, потому что члены форума «соревнуются между собой на газовом рынке». Возможны лишь переговоры об обмене поставками газа.

Российское руководство, судя по всему, тоже не ждало прорыва на газовом фронте. Кремль до последнего не давал ответа на вопрос об участии российского лидера. А дав согласие, добавил в повестку визита двусторонние встречи, на которых обсуждались не столько экономические вопросы (хотя в итоге и было, к примеру, объявлено об экспортном кредите Тегерану на $5 млрд), сколько сирийский конфликт, борьба с терроризмом и противодействие запрещенной в России группировке ИГ.

При этом геополитическая повестка только усугубляет противоречия между участниками. К примеру, Москва и Доха имеют совершенно противоположные позиции по сирийскому вопросу: Катар пытается свергнуть режим Башара Асада, а Россия, напротив, его поддерживает, отмечает Касаев.

«Доха спит и видит, когда режим Асада рухнет, а на смену придут силы, которые позволят протянуть газопровод из Катара через Сирию в Турцию, а затем в Европу. Эта магистраль позволит катарцам понизить конкурентоспособность российского сырья, а также осложнит иранцам выход на европейский рынок с запланированными объемами топлива», — считает Касаев.

В середине сентября The Wall Street Journal со ссылкой на данные Еврокомиссии после переговоров с Тегераном сообщала, что к 2030 году Иран сможет поставлять на европейский рынок 25–35 млрд кубометров газа и ряд ведущих европейских компаний уже ведут переговоры с Еврокомиссией по этому вопросу, планируя крупные инвестиции в иранский нефтегазовый сектор.

Российский газ на сегодняшний день занимает около трети европейского рынка. Глава российского Минэнерго Александр Новак заверяет, что и после выхода Ирана на европейский рынок Россия свою нишу на нем не потеряет. Напротив, стратегия РФ подразумевает увеличение объемов поставок в Европу.