Россию спасет советская нефть

Российским нефтедобытчикам советуют отказаться от новых проектов в пользу разведанных еще в СССР

Поддержать текущий уровень нефтедобычи в России можно только за счет разработанных еще в советское время скважин Западной Сибири. Разработка новых месторождений осложняется финансовыми рисками – низкими ценами на нефть и продолжающимися санкциями. Однако рентабельность текущих проектов, запасы в которых истощаются, падает.

«У нас есть подушка безопасности до 2035 года», — цитирует Bloomberg замминистра энергетики РФ Кирилла Молодцова. При этом потенциал роста добычи на уже введенных в действие месторождениях выше, чем на новых проектах.

По словам замминистра, сейчас в России есть 21,5 тыс. бездействующих скважин только в основной нефтедобывающей провинции — Ханты-Мансийском автономном округе. Причем основная часть этих скважин была разведана еще при Советском Союзе. И именно там производство должно быть увеличено, считает Молодцов.

«Все дело в том, что новых разведанных месторождений (особенно крупных) осталось немного, а развитие добычи на шельфе находится под угрозой из-за введенных санкций», — комментирует старший аналитик ИК Rye, Man & Gor Securities Сергей Пигарев. — Поэтому повышение дебета на разрабатываемых месторождениях является одной из главных задач в текущих условиях».

Тем более что использование новых технологий (гидроразрыв пласта, например, или банальная замена насоса на более мощный), по словам эксперта, действительно позволяет повысить дебет в короткие сроки.

Между тем разведочное бурение за девять месяцев текущего год сократилось на 21% (после роста в 2012–2014 годах). А «Роснефть» и «Газпром», по данным Министерства природных ресурсов, на два-три года откладывают бурение по некоторым шельфовым проектам.

Молодцов отмечает, что в первую очередь компании сокращают расходы именно на геологоразведку. При этом введение новых скважин на уже действующих месторождениях (например, с использованием технологии гидроразрыва пласта и закачки в пласт химикатов) окупается быстрее, чем освоение новых территорий.

«Сейчас, когда цена нефти находится на низком уровне, акционеры не спешат инвестировать в крупные проекты с большими капитальными затратами, которые достигнут окупаемости в далеком будущем», — напоминает Пигарев.

Цена барреля североморской нефти марки Brent, к которой привязаны котировки российской Urals, к вечеру вторника снизилась почти на 2% и составила $43,95. Падение началось 3 ноября (тогда баррель стоил $50,51). Цены снижаются на ожиданиях о повышении ставки Федеральной резервной системы США (это укрепит доллар и соответственно ослабит баррель). Согласно данным ноябрьского опроса BofA Merrill Lynch, повышения ставки ожидают 80% опрошенных инвесторов.

Впрочем, рентабельность текущих проектов, запасы в которых истощаются, падает. И чтобы ее повысить, требуются дополнительные средства.

«Если речь идет о новых, уже разведанных, но не разрабатываемых, то следует учитывать, что применение новых технологий (того же гидроразрыва) при ценах на нефть в $40–50 за баррель ставит под вопрос рентабельность добычи», — заявил «Газете.Ru» источник в российской нефтяной отрасли».

По словам собеседника «Газеты.Ru», это связано с тем, что в основном новые технологии используют зарубежные подрядчики на зарубежном же оборудовании, а цены у них в долларах.

Что же касается уже используемых западносибирских скважин, там ситуация уже сейчас весьма напряженная. «Например, «ЛУКойл», активно работающий в Западной Сибири, в третьем квартале 2015 года серьезно снизил добычу в регионе из-за высокого истощения и обводнения скважин», — поясняет источник.

Кстати, вице-президент того же «ЛУКойла», один из основных акционеров компании Леонид Федун еще весной говорил, что добыча нефти в России может в 2015 году упасть на 5–25 млн тонн — именно из-за снижения инвестиций.

А вот у профильного ведомства другое видение ситуации. Первый замминистра энергетики РФ Алексей Текслер во вторник предупредил, что уже в 2017 году добыча в России может снизиться на 10 млн тонн. Это, впрочем, консервативный сценарий, а согласно прогнозу, направленному в Минэкономразвития, добыча в 2017 году составит 527 млн тонн, что, однако, все равно ниже показателей 2015–2016 годов. По словам Текслера, в этом году в России должно быть добыто 533 млн тонн, столько же ожидается в следующем.

С другой стороны, даже такое снижение отвечает основным положениям Энергетической стратегии до 2035 года, где прописан среднегодовой уровень добычи в 525 млн тонн.

«России необходим постоянный приток добычи нефти и для внутренних нужд, и для экспортных целей, особенно с учетом активности отечественных нефтяников на азиатском направлении», — говорит член экспертного совета Союза нефтегазопромышленников России Эльдар Касаев.

Эксперт отмечает, что сейчас на мировом рынке нефти существует переизбыток предложения, но он сокращается (сейчас он составляет до 1 млн баррелей в сутки против 3 млн баррелей летом). В 2016–2017 годах, по прогнозам Касаева, он снизится еще больше, и может понадобиться наращивание добычи.

«Вертикально интегрированным нефтяным компаниям есть чем заняться в Западной Сибири, но можно также подключить малые и средние компании, — полагает эксперт. — Для этого целесообразно принять закон о малом бизнесе в нефтегазовой сфере, в котором сформулировать критерии передачи простаивающих скважин и неразрабатываемых месторождений малым предприятиям, а также приоритет региональных сервисных организаций в доступе к рынку».