Слушать новости
Телеграм: @gazetaru
С чувством неоплаченного долга

Государство может войти в капитал крупных российских компаний в обмен на помощь с долгами, но спасти всех не удастся

, , ,
ИТАР-ТАСС
Государство может в «исключительном случае» войти в капитал «Русала» и других крупных российских компаний в обмен на помощь с уплатой долгов, заявил первый вице-премьер Игорь Шувалов. Но всех спасти не удастся: сумма внешних и внутренних долгов российских компаний достигает $800 млрд.

Первый вице-премьер Игорь Шувалов во вторник заявил, что государство может в «исключительном случае» войти в капитал «Русала» и других крупных российских компаний. Долги «Русала» перед госбанками могут быть конвертированы в акции, подтвердил помощник президента Аркадий Дворкович в интервью The Wall Street Journal. Правда, судьбу задолженностей государство будет решать только после окончательного соглашения алюминщиков со своими иностранными кредиторами. Пока власти официально не выступали в качестве посредника российских должников в переговорах с зарубежными банками. «Русал» недавно самостоятельно договорился о 2–3-месячной отсрочке выплаты внешнего долга на общую сумму $7,4 млрд. Кроме того, по информации источников «Газеты.Ru», государство уже дало добро на продажу миноритарного пакета алюминиевой компании китайским инвесторам, однако реализовать этот вариант расплаты с долгами алюминщикам пока не удалось.

Но всем российским должникам помочь не удастся.

Внешних долгов отечественные компании и банки набрали около $500 млрд, из них долг нефинансового сектора составляет около $300 млрд, что сопоставимо с золотовалютными резервами России (на 1 февраля $387 млрд).

При этом уже в 2009 году с учетом процентов надо вернуть $115,7 млрд. Если внешний государственный долг России регулярно сокращался в течение последних лет, но отечественные компании и банки, напротив, активно занимали. Так, с 2003 года до середины 2008-го внешний долг негосударственного сектора рос в среднем на 54% в год. При этом ряд активов перезакладывался несколько раз для привлечения все новых и новых кредитов, что вызвало искусственную «перегретость» экономики. В последние полгода ситуация резко изменилась. «В условиях кризиса два основных фактора роста российской экономики — а именно высокие цены на сырье и дешевые кредиты — исчезают», — констатирует директор Standard & Poor`s по России и СНГ Алексей Новиков.

Рефинансирование банков

Осенью президент Дмитрий Медведев обнародовал решение о выделении в качестве субординированных кредитов банкам 950 млрд руб.: 500 млрд — Сбербанку, 200 млрд — ВТБ, 25 млрд — Россельхозбанку, остальное — частным банкам при условии, что их акционеры внесут такую же сумму. Затем министр финансов Алексей Кудрин заявил, что на дополнительную капитализацию банков может быть направлено еще $40 млрд.

«Сумма внутренних задолженностей корпоративного сектора перед банками составляет еще около 40% ВВП», — подсчитывает ведущий эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) Олег Солнцев. «Таким образом, предприятия набрали кредиты в российских банках на сумму $450 млрд, резюмирует эксперт Альфа-банка Наталия Орлова. — С учетом внешних задолженностей и долга на рынке корпоративных облигаций обязательства компаний в совокупности составляют около $800 млрд».

«Страшна не столько сумма задолженности, сколько ее структура — более половины долгов от оборота по кредитам приходится на краткосрочную задолженность (менее трех месяцев)»,

— отмечает Солнцев. А денег для рефинансирования долгов нет — пассивы у банков иссякли, их приходится пополнять государству. Еще одна проблема — залоги: в их качестве выступали в основном акции компаний, а также недвижимость, товары на складе и экспортная выручка. При этом ценные бумаги, под которые брались кредиты в связи с коллапсом на финансовых рынках, обесцениваются, и компаниям приходится довносить залог либо компенсировать деньгами стоимость упавших в цене акций. Если этого не происходит, активы меняют хозяев — так, Олег Дерипаска из-за обесценивания залога уже расстался с долями в австрийской строительной корпорации Hochtief и канадском автопроизводителе Magna.

Самый большой объем кредитов приходится на металлургов, строителей, ритейлеров и нефтяников.

Нефтегазовая отрасль

По абсолютным цифрам задолженности в лидерах оказалась нефтегазовая отрасль. Совокупный долг «Газпрома» — $55,7 млрд, а задолженность «Роснефти» составляет $22,8 млрд, из них $8,7 млрд — краткосрочные займы, которые компания должна погасить в текущем году.

Но банкротство компаниям сектора не грозит, убеждены эксперты.

«Роснефти» помог Банк развития Китая, предоставивший ей новую кредитную линию на $15 млрд. Взамен Россия обязалась в течение 20 лет поставлять в Китай нефть по трубопроводу Восточная Сибирь — Тихий океан.

Значительно лучше ситуация у «ЛУКойла», который должен лишь $10,6 млрд. «У этой компании проблем с выплатами не должно быть, — считает аналитик ФК «Уралсиб» Михаил Занозин. — Помимо всего прочего, «ЛУКойл» тщательно выбирает кредитора: последний заем у Газпромбанка в размере $1 млрд был привлечен под 8% годовых на три года — в условиях кризиса крайне выгодная ставка». У ТНК-ВР, согласно последней отчетности, долгов вообще всего $2,1 млрд, причем из них лишь около 10% — краткосрочные, поэтому компания без проблем сможет рефинансировать задолженность. «Правда, на фоне существующего падения цен на нефть компании будут вынуждены сократить инвестпрограммы, что ударит по операционным показателям, — подводит итог Занозин. — В первую очередь по уровню добычи».

«У нефтяников и металлургов общая проблема — резкое падение цен на сырье, — соглашается аналитик ИК «Проспект» Дмитрий Парфенов. — Но

в условиях девальвации рубля они могут даже выиграть, поскольку значительная часть продукции идет на экспорт, оплачиваемый валютой».

Нефтегазовая промышленность пытается заработать и на внутреннем потребителе, реализуя нефтепродукты по завышенным ценам. Да и государство не оставит стратегическую отрасль без поддержки, уверены эксперты.

Металлургия

Сложнее ситуация у металлургических предприятий, пока подконтрольных частным владельцам.

В условиях упавших едва ли не вдвое цен на свою продукцию компаниям просто неоткуда брать деньги, чтобы расплатиться с долгами. Главная задача государства в таких условиях, по мнению Парфенова, — сохранить платежеспособный внутренний спрос, стабилизируя макроэкономическую ситуацию. «Однако это задача не только государства, — полагает Сальников из ЦМАКП. — В условиях кризиса у предприятий есть условия для уменьшения издержек и снижения или хотя бы сохранения на прежнем уровне цены на внутреннем рынке, что вполне позволило им конкурировать с дорожающей импортной продукцией».

Правда, металлурги изначально не слишком ориентировались на внутренний рынок — ни одна из меткомпаний, кроме Магнитки, не стремилась инвестировать в развитие внутреннего потребления, отмечает эксперт «Уралсиба» Николай Сосновский. «Вместо этого компании брали кредиты для скупки новых активов, зачастую покупая «лишь бы что».

Многие из этих приобретений были рискованными даже в период, когда металлургия находилась на подъеме

— например, покупка американских активов «Северсталью» или компании LionOre «Норникелем» за $6,4 млрд. Сейчас же купленные компании генерируют лишь убытки», — говорит эксперт.

Рекордсменом среди должников-металлургов оказался уже упомянутый «Русал» Олега Дерипаски, общая сумма долга которого превысила $17 млрд, из них $7 млрд приходится на иностранных кредиторов.

Образованию таких больших долгов способствовали легкость доступа к заемным средствам в докризисный период и неадекватная оценка рисков. Кроме того, бизнесмен также тратил средства в основном на агрессивную скупку новых активов, а не на капитальные вложения в уже имеющиеся проекты. Только за блокпакет ГМК «Норникель» «Русал» отдал Михаилу Прохорову около $7 млрд и 14% своих акций. На эту покупку алюминиевый холдинг занял у консорциума иностранных банков $4,5 млрд. Задолженность потом рефинансировал ВЭБ, под залог к которому перешел блокпакет бумаг «Норникеля».

Значительный объем задолженности и у черных металлургов — «Евраза» (около $10 млрд), «Северстали» ($6–7 млрд), «Мечела» ($5 млрд).

«Евразу» на погашение краткосрочной задолженности государство уже предоставило $1,8 млрд. «Северстали» также уже в этом году нужно погасить часть долга по еврооблигациям, тогда как «Мечел» расплачивается за кредит, взятый для покупки британской корпорации Oriel Resources. По мнению аналитиков, «Северсталь» находится в более выгодном положении, в то время как «Мечелу», краткосрочный долг которого оценивается в $2,7 млрд, придется срочно рефинансировать задолженность, вероятнее всего, также с помощью госбанков.

Строительство и девелопмент

Отягощены долгами оказались не только сырьевые компании: традиционно чувствительные к дефициту заемных средств строители также одними из первых ощутили на себе влияние кризиса. «Строительный бизнес неизбежно предполагает кредитование с учетом портфеля проектов, находящихся на разной стадии готовности. При этом на новые проекты кредиты берутся под залог строящихся, а когда начинается падение спроса и кризис продаж недвижимости и дефицит кредитов, возвращать долги оказывается нечем», — объясняет главный редактор бюллетеня о рынке недвижимости RWAY Александр Крапин. По словам анонимного эксперта отрасли,

долги каждой из девелоперских компаний, входящих в «большую десятку», в том числе МИАН и ПИК, составляют $6–7 млрд, причем большую их часть нужно вернуть уже в этом году.

Долг более мелких компаний составляет около $500 млн. Ситуацию усугубляет продолжающийся кризис — отрасль просто стоит, сетуют эксперты. При этом около 70% займов девелоперов приходится на отечественные банки, поэтому один из возможных сценариев развития событий — реструктуризация государством части долгов с последующим переходом активов в федеральную собственность, полагает один из экспертов рынка.

Выходом могло бы стать снижение цен на первичное жилье, однако далеко не факт, что стоящий рынок снижением цен можно раскачать. «В стране снижается покупательная способность населения, уменьшаются зарплаты, ипотека не может помочь, так как банки требуют слишком большие проценты, а зачастую просто отказываются давать кредит. При этом очевидно, что строители не будут снижать стоимость домов ниже себестоимости с учетом того, что стройматериалы покупались ими по докризисным ценам», — отмечает один из экспертов отрасли.

Ритейл

Ритейлеры, бизнес которых, как и у девелоперов, строится на займах, пострадали не менее серьезно.

По продуктовой рознице суммарный долг сетей составляет около $30 млрд, что является весьма солидной цифрой, если учесть сравнительно небольшие обороты компаний,

констатирует аналитик «Тройки диалог» по потребительскому рынку Михаил Красноперов. Большая долговая нагрузка связана с тем, что рынок современной розницы за счет увеличения потребления и быстрой экспансии в регионы показывал высокие темпы роста — 30–40%, говорит аналитик ИК «Брокеркредитсервис» Татьяна Бобровская. Тогда банки с большой охотой кредитовали такие быстро растущие с точки зрения объемов и выручки компании, теперь у большинства сетей большая доля краткосрочной задолженности, а банки не дают «длинных» денег. Самый большой долг из публичных компаний у X5 Retail Group, порядка $2,1 млрд, у «Седьмого континента» он составляет около $670 млн. Большая часть набранных кредитов приходится на отечественные банки, хотя у крупнейших ритейлеров есть и долги иностранным кредиторам, на них может приходиться 30–40% всех займов.

Государство обозначило, что отрасль имеет высокое социальное значение, поэтому, считают эксперты,

помощь ритейлерам будет оказана, хотя возможны дефолты компаний с высокой долговой нагрузкой. «Сейчас в критическом положении находятся «Лента», «Копейка», «Седьмой континент», который традиционно привык работать с высокой маржой,»

— отмечает аналитик «Ренессанс капитал» Наталья Загвоздина. «Проблемы «Седьмого континента» связаны еще и с тем, что около 77% его долгов относятся к краткосрочной задолженности, вернуть которую необходимо уже в этом году», — добавляет Бобровская.

Путь к спасению

Выходов для российских компаний-должников, помимо банкротства, может быть несколько. По мнению аналитиков Standard & Poor's,

отягощенность компаний долгами может обернуться реприватизацией, поскольку госбанки, ставшие практически единственными источниками рефинансирования, теперь аккумулируют пакеты акций ключевых компаний страны.

«Если в 1990-е годы олигархи кредитовали государство и в качестве залога получали, причем по очень низкой цене, ключевые активы страны, то сейчас те же активы переходят обратно к государству: пока в качестве залога, но уже с определенными возможностями контроля», — говорится в исследовании агентства. Примером этого стала передача в залог банку ВТБ 71% «Системы-галс» являющейся дочерней компанией АФК «Система». В залоге у другого госбанка — ВЭБа — находится пакет ГМК «Норникель», приобретенный «Русалом». Если алюминщикам не удастся вернуть долг до конца года, эти акции перейдут в госсобственность. «Кроме того, государство может и дальше выступать поручителем по долгам, принимая в залог акции компании. Корпоративный долг становится государственным — и активы в таком случае отойдут государству, — констатирует аналитик «Файненшл Бридж» Дмитрий Александров. — Впрочем, есть и другой вариант — выдача госкредитов».

Главные кредиторы российской экономики

10 крупнейших кредиторов российских нефинансовых организаций и объем предоставленных ими кредитов по состоянию на январь 2009 года (данные эксперта ЦМАКП Михаила Мамонова)

1. Сбербанк 3 трлн 765 млрд рублей

2. ВТБ 1 трлн 111 млрд рублей

3. Газпромбанк 596 млрд рублей

4. Россельхозбанк 370, 5 млрд рублей

5. Альфа-банк 333, 9 млрд рублей

6. Unicredit Bank 304, 5 млрд рублей

7. Банк Москвы 302,3 млрд рублей

8. Raiffeisen 236, 9 млрд рублей

9. Промсвязьбанк 182,8 млрд рублей

10. Росбанк 163, 2 млрд рублей

Госбанки могут предоставлять синдицированные кредиты компаниям, а также развивать рынок корпоративных облигаций.

Но выплачивать все долги компаний, особенно внешние, в этом году государство вряд ли будет: по мнению главы департамента стратегического анализа ФБК Игоря Николаева, «в условиях дефицита бюджета власти, скорее всего, ограничатся уже выделенными на эти цели $50 млрд» (израсходованы из них пока около $11 млрд). О том, что госресурсы на эти цели уже на исходе, заявлял недавно и вице-премьер Игорь Сечин. Поэтому

в ряде случаев государство может пойти на то, чтобы отдать доли в компаниях за долги иностранцам.

«Конечно, вряд ли государство отдаст «Газпром» или «Роснефть» западным кредиторам. Но российские торговые сети, к примеру, вполне могут стать иностранными. Яркий пример — покупка «Эльдорадо» чешской компанией PPF», — говорит Александров. Другой пример — возможный переход «Седьмого континента» под контроль второго ритейлера мира — французской Carrefour. Шанс сделать такую покупку ей предоставил маржинальный кредит владельца российского ритейлера по кредиту Deutsche Bank на $560 млн. Впрочем, по мнению аналитика ВТБ 24 Станислава Клещева, прихода иностранцев бояться не стоит — зарубежный инвестор вполне может стать более эффективным управленцем в условиях кризиса.