Пенсионный советник
Религия и уран: за что воюют в Центральной Африке

Что происходит в ЦАР, где были убиты российские журналисты

Ситуацию в Центральноафриканской республике, где были убиты трое российских журналистов, хорошей не назовешь. Уже много лет здесь идет гражданская война, военные перевороты следуют один за другим. Сегодня ЦАР — фактически неконтролируемая официальным правительством страна, районы которой управляются вооруженными группировками. Политический хаос в совокупности с богатством ресурсами делают ЦАР лакомым кусочком для других государств, которые пытаются закрепить свое влияние в республике.

Все против всех

ЦАР не просто охваченная гражданской войной республика. В стране проживают около 80 этнических групп, у каждой из которых свой язык. Из-за религиозного напряжения по линии мусульмане-христиане ЦАР погрузилась в состояние войны «все против всех».

Реклама

Официальное правительство страны, которая по площади сопоставима с Францией, контролирует лишь столицу Банги (а по сообщениям многих корреспондентов и действующих в стране международных организаций — лишь отдельные ее районы). Ситуацию усложняет то, что при довольно больших размерах территории в стране проживают не более 4,5 млн человек, что делает ее малоконтролируемой.

Сегодня страна по существу является заложницей более 10 различных вооруженных группировок, которые сражаются между собой за власть и ресурсы.

Центральный конфликт в ЦАР носит религиозный характер и воплотился в виде противостояния террористической мусульманской группировки «Селека» и христианских вооруженных формирований «Антибалака». Многие из действующих сегодня группировок откололись от этих двух движений.

«Селека»: распад и возрождение мусульманских группировок

Формально группировка «Селека», которой приписывают убийство российских журналистов Орхана Джемаля, Александра Расторгуева и Кирилла Радченко, была распущена еще в 2013 году. Однако силы, составлявшие «Селеку», до сих пор играют ключевую роль в стране. Из 12 крупных группировок, действующих в стране по состоянию на конец 2017 года, семь — мусульманские бандформирования.

Лидер «Селеки» Мишель Джотодия, который успел побыть президентом ЦАР несколько месяцев, сейчас возглавляет «Народный фронт возрождения ЦАР». Эта боевая группировка ставит своей целью восстановление власти мусульманского меньшинства в стране. Впрочем, это «программа-максимум».

В 2015 году Народный фронт возрождения объявил о создании на севере ЦАР мусульманского государства Логон.

Республика Логон не признана ни одной страной мира, однако бойцы Народного фронта полностью контролируют территорию самопровозглашенной страны.

В октябре 2016 года «Народный фронт возрождения ЦАР» объединился с еще двумя наследниками «Селеки», что привело к созданию «Коалиции». Ее цели и методы предельно просты — наращивая свою военную мощь, «Коалиция» стремится к улучшению своих переговорных позиций, чтобы в конечном итоге добиться официального раздела страны.

Прочие мусульманские группировки не имеют такой силы, как «Коалиция», и промышляют в основном бандитизмом. Исключением здесь является группировка «Союз за мир в ЦАР», действующая на юге центральной части страны. Эта мусульманская группировка примечательна по целому ряду причин. Во-первых, «Союз за мир» выступает против раздела страны и стремится лишь к полноправному представительству в органах власти. Еще одна отличительная его черта — этническая однородность. Практически все бойцы «Союза за мир» являются представителями народа фульбе.

Благодаря иностранной поддержке еще пару лет назад «Союз за мир» был сильнейшей вооруженной группировкой в ЦАР.

Однако все изменилось после формирования «Коалиции». Боестолкновения между мусульманами на сегодняшний день являются главным «театром военных действий» гражданской войны в ЦАР. В этих противостояниях преимущество находится в руках «Коалиции». В докладе некоммерческой организации The Enough Project, которая ставит своей целью предотвращение геноцида в странах Африки, утверждается, что «Союз за мир» пока еще функционирует и остается существенной силой в ЦАР во многом лишь благодаря иностранной поддержке.

«Антибалака»: кровавое христианство

Практически вся западная часть страны, в том числе столица Банги, контролируется христианскими вооруженными формированиями. Однако единства в рядах «Антибалаки», как и среди мусульман, нет.

Стоит отметить, что боевики «Антибалаки» — это не только христиане. В рядах группировки нередко можно встретить и анимистов.

Хотя сама группировка появилась как ответ на захват власти боевиками из «Селеки», многие ее участники имели опыт действия в бандформированиях. Еще в 1980-х и 1990-х годах в сельских районах ЦАР из-за высокого уровня преступности возникли группы самозащиты, которые в 2013 году присоединились к «Антибалаке» и погромам в мусульманских селениях.

Во время государственного переворота в 2013 году «Антибалака» вместе с правительственными войсками сражались за президента Франсуа Бозизе. Многие главари и полевые командиры «Антибалаки» были бывшими телохранителями Бозизе или офицерами его армии

Впоследствии сторонники Бозизе под руководством командира Максима Мокома разошлись со своими соратниками и вступили в союз с мусульманской «Коалицией».

Причина, почему они это сделали, проста — они поддерживают идею мусульман о разделении ЦАР на две страны — мусульманскую и христианскую.

Однако согласны с этим далеко не все. Лидером оставшихся верными своим «идеалам» боевиков «Антибалаки» стал бывший министр спорта Патриса Эдуард Нгаиссон. Свою деятельность они оправдывают существованием угрозы, которую представляют мусульманские боевики для немусульманского сообщества. Нгаиссон заявляет о необходимости защиты родины от «чужаков» и обещает, что его бойцы не сложат оружие, пока в стране остаются бойцы «Селеки». На сегодняшний день это крыло «Антибалаки» остается лояльным власти, однако в свете формирования «Коалиции» их сила уже не так очевидна.

Буквально слово «антибалака» переводится с языка санго как «против меча». На сленге же слово «лака» используют для обозначения АК-47, таким образом в своем названии христианские повстанцы отобразили свое желание останавливать пули от автоматов Калашникова, которыми были вооружены бойцы «Селеки». Однако миролюбия в этих христианах не так уж и много. О жестокости боевиков «Антибалаки» неоднократно сообщали не только СМИ, но и действующие в стране международные организации, в том числе ООН. Один из наиболее «популярных» среди боевиков группировки способов расправы с противниками является сожжение заживо.

Дикий Запад: «Революция и справедливость», «3R»

Самые западные области ЦАР занимает группировка «3R» (фр. «Retour, Reclamation et Rehabilitation» — «Возвращение, протест и реабилитация»).

Как и «Союз за мир», эта группировка отстаивает интересы народа фульбе. Своих связей с иностранцами в «3R» при этом не скрывают — лидер группировки генерал Сидики Абасс открыто заявляет, что прибыл в ЦАР из Камеруна.

Де-факто группировка поддерживает идею о разделе страны, однако официально заявляет о своем стремлении к интеграции в политический процесс и национальную армию.

«3R» регулярно сталкиваются с бойцами «Антибалаки» и группировки «Революция и справедливость», совершающих набеги на поселения фульбе.

«Революция и справедливость», в свою очередь, образовалась в конце 2015 года на северо-западе страны, неподалеку от города Пауа. Примерно в этом же районе проходит разделительная линия территорий, подконтрольных «Антибалаке» и «Коалиции». Лидеры группировки заявляют, что она была создана именно для защиты местного населения от постоянных набегов боевиков противоборствующих сторон.

Хотя само по себе формирование не является значимой силой в масштабах ЦАР и по сути представляет собой объединение нескольких групп самообороны, «Революция и справедливость» достаточно уверено контролирует занимаемую ей небольшую территорию.

В 2017 году группировка даже смогла организовать собственную систему налогообложения, которая затрагивает также и живущих в районе фульбе, с чем активно пытаются бороться «3R».

«Господня армия сопротивления»: привет из Уганды

Пожалуй, самая печально известная группировка во всей Африке. «Господня армия сопротивления» выступает за создание христианского теократического государства на основе Десяти заповедей Торы и традиций народности ачоли, которая проживает на севере Уганды и в Южном Судане. Именно в Уганде эта группировка, считающаяся одной из самых жестоких в Африке, и начала свою деятельность.

В ЦАР «Господня армия сопротивления», по сути, не имеет каких-либо интересов. Боевики группировки просто разворачивают лагеря в разных районах на востоке страны для нападений, похищения и убийства людей.

Однако недооценивать их значимость для ЦАР не стоит — как минимум у группировки достаточно сил, чтобы не прекращать свою деятельность на территории республики. «Господня армия сопротивления» — безжалостные головорезы, которые воюют в ЦАР ни за что и против всех.

«Большая игра» по-африкански

«Есть такое понятие — ресурсное проклятие, которое сильно проявляется в Африке. В Анголе 35 лет шла война, во многом поддерживаемая борьбой за нефть и алмазы. «Алмазными» были жестокие гражданские войны в Либерии и Сьерра-Леоне. ЦАР очень богата природными ресурсами, но главное, что там сегодня ценится, — богатые залежи урана», — рассказал «Газете.Ru» замдиректора Института Африки РАН Дмитрий Бондаренко.

Отчасти, проблемы в ЦАР можно объяснить природным богатством страны. Завладеть и контролировать залежи ценных ресурсов стремятся не только вооруженными бандформирования, но и другие страны.

«До последнего времени страна находилась в орбите политики Франции, которая сохраняет там военную базу и, конечно, стремится к контролю над этими ресурсами. Однако сейчас в этом регионе свои интересы пытаются утвердить и американцы, и китайцы, и, судя по событиям последнего года — Россия», — говорит эксперт.

Франция: неоколониализм во всей красе

ЦАР, будучи бывшей французской колонией, традиционно входила в сферу влияния Парижа, однако в последнее время ситуация стала меняться.

После ввода в 2013 году на территорию ЦАР миротворческого контингента ООН, большую часть которого составляли французские военнослужащие, дела у Парижа в его бывшей колонии складывались не лучшим образом.

Миссия ООН «МИНУСКА» не справилась со стоявшей перед ней задачей по стабилизации ситуации в республике. Напротив — к тому состоянию, в котором ЦАР находится сейчас, страна пришла именно во время действия миссии. В ООН были вынуждены признать провал миссии.

В 2016 году большая часть французских войск покинула ЦАР. Вместо нескольких тысяч бойцов в республике остались лишь несколько десятков французских военных специалистов.

После того как к власти во Франции пришел Эммануэль Макрон, правительство ЦАР попыталось снова обратиться за помощью к своему традиционному протектору. Макрон, однако, ответил отказом на просьбу о возвращении французской армии, дав понять, что в обозримой перспективе этого не случится.

В качестве утешительного приза Макрон попытался, заручившись одобрением Совета безопасности ООН, перенаправить в Центральную Африку перехваченное в Индийском океане оружие, предназначенное для сомалийских террористов «Аль-Шабааб». Эта резолюция не прошла СБ, поскольку Россия наложила на него вето.

«Французы откровенно сдали свои позиции в Центральноафриканской республике», — пояснил «Газете.Ru» директор Центра стратегической конъюнктуры Иван Коновалов.

По словам специалиста, они устали от хаоса, который творится в этой стране. Своими собственными силами навести порядок в ЦАР они уже не могут, добиться какого-то конкретного решения проблем этого государства — тоже нет.

Сегодня Франция уже далеко не тот «жандарм Африки», которым она была в предыдущую эпоху, заключает эксперт.

Китай: мягкая сила денег

Китай, который в последние годы активно взаимодействует со странами Африки, также не обделил своим вниманием и ЦАР. Сотрудничество Пекина и Банги началось еще до очередного витка гражданской войны, захлестнувшего ЦАР после 2013 года. В частности, при президенте Бозизе китайские корпорации Sinopec и Poly Technologies (PTI) получили разрешение на разработку нефтяных месторождений на севере страны.

В 2017 году китайцам пришлось покинуть буровые вышки из-за угроз вооруженной расправы над китайскими рабочими со стороны вооруженных группировок.

Однако отчаиваться Китай не стал и теперь пытается войти на оружейный рынок страны. Весной этого года правительство ЦАР внесло в СБ ООН запрос о предоставлении китайцам разрешения на поставки оружия производства лишившейся нефти компании PTI.

Хотя заявка была поддержана действующими в ЦАР миротворческими силами, Франция, Британия и США в соответствующем комитете Собвеза ее отклонили.

Из других интересов Китая в ЦАР также стоит обозначить лесную промышленность: китайская компания Vicwood является одним из крупнейших игроков на рынке древесины в стране. Китайцы активны и в строительстве — еще в 2007 году они построили в столице ЦАР стадион на 20 тыс. мест, а также госпитали, школы, казармы и инфраструктуру связи.

Кроме того, Пекин регулярно списывает долги ЦАР, и, в целом, строит долгосрочные связи — в той мере, в которой это возможно в условиях гражданской войны. В целом, стратегия Китая в ЦАР мало чем отличается от стратегии, применяемой в других африканских странах.

Россия: возвращение в Африку

С момента прихода к власти в ЦАР президента Фостен-Арканжа Туадеры Россия предприняла ряд шагов по укреплению сотрудничества с Центральноафриканской республикой — это касается в первую очередь заключенного в 2017 году соглашения о поставках оружия и направлении в ЦАР российских военных инструкторов.

В январе 2018 года российский транспортный самолет Ил-76 осуществил первую поставку вооружения и боеприпасов в ЦАР — в частности, пистолетов Макарова, автоматов, пулеметов и снайперских винтовок. Туда были также направлены пять военных советников и 170 специалистов для инструктажа солдат центральноафриканской армии.

Результаты этих действий не заставили себя долго ждать: в конце марта в Банги в присутствии президента ЦАР прошла торжественная церемония «выпуска» первых двухсот бойцов, прошедших «русскую школу подготовки».

По словам Дмитрия Бондаренко, приглашение российских военных специалистов в ЦАР, вероятно, объясняется «впечатлением от российской военной операцией в Сирии». «И кроме того, они явно хотят избавиться от французского доминирования», — добавляет эксперт.

Однако помимо военной помощи правительству ЦАР, Россия не упускает и своей выгоды. Еще в марте заместитель директора Департамента информации и печати МИД России Артем Кожин упомянул, что в договоренности Москвы и Банги также включен пункт о разрешении для России на «проведение мероприятий, направленных на изучение возможностей взаимовыгодного освоения запасов природных ресурсов ЦАР». Уже в этом году Россия начала реализацию поисковых горнорудных концессий.

«Россия в настоящее время возвращается в Африку», — комментирует действия Москвы в ЦАР Иван Коновалов.

Специалист в качестве примеров привел Мозамбик, где сегодня достаточно активно действуют российские специалисты. «Налицо определенная российская активность и в Анголе», — добавил эксперт.

В настоящее Африка среди приоритетных направлений российской внешней политики переместилась с пятого места на четвертое, оставив позади Юго-Восточную Азию и Латинскую Америку. Впереди только Европа, США и Китай, отмечает Коновалов.

«Помимо всего прочего, в Африке есть реальные активы, которые можно при желании взять под контроль. ЦАР кстати, не такая богатая в плане полезных ископаемых страна, но и там кое-что есть», — рассказал эксперт.