«Мы не посылаем нот в Госдеп»

Экс-главком ВВС России Дейнекин о последних инцидентах с российскими военными самолетами

,


Ту-16 над группой сопровождения авианосца ВМС США «Китти Хок» (CV-63), 1986 год

Ту-16 над группой сопровождения авианосца ВМС США «Китти Хок» (CV-63), 1986 год

bbs.voc.com.cn
Бывший главком Военно-воздушными силами СССР и России Петр Дейнекин в беседе с «Газетой.Ru» напомнил наиболее скандальные случаи перехватов самолетов и пролетов над кораблями США и России. По словам генерала, российская сторона даже в годы «холодной войны» не посылала нот в Госдеп, хотя иногда сбивала чужие самолеты, а американские летчики порой даже помогали советским исполнять задачи.

Сразу два инцидента с участием российских самолетов на Балтике наделали много шума в прессе, заставив политиков пойти на резкие заявления. Сначала два российских бомбардировщика Су-24 пролетели рядом с эсминцем USS Donald Cook, позднее Су-27 перехватил выполнявший задание американский самолет-разведчик RC-135.

После первого случая госсекретарь США Джон Керри, ссылаясь на некие «правила ведения боевых действий», заявил, что российские самолеты могли быть сбиты. После второго — представитель Пентагона утверждал, что «небезопасные и непрофессиональные» действия российского летчика способны привести к «напряженности в отношениях между странами».

Бывший главнокомандующий Военно-воздушными силами СССР и России генерал армии Петр Дейнекин вспоминает историю взаимных перехватов самолетов и кораблей США и России и поясняет, почему в недавних эпизодах не видит ничего нового.

Петр Степанович, могли бы вы назвать несколько самых громких и скандальных случаев перехвата российских самолетов зарубежными и наоборот в истории современной России и СССР? И как на них реагировали тогда и сейчас?

— Наши стратегические воздушные корабли типа Ту-160 и Ту-95 выполняют свойственные им задачи вдали от родных берегов. И каждый раз во время этих воздушных рейдов наши самолеты крылом к крылу сопровождают самолеты-истребители США и НАТО.

Но мы никогда не посылаем никаких нот в Госдеп США, невзирая на то что нашему экипажу до американских истребителей-перехватчиков, образно выражаясь, можно дотянуться рукой.

Когда мы летим рядом друг с другом, то иногда обмениваемся даже жестами приветствия. Потому что прекрасно понимаем, чем могут закончиться провокационные действия.

Вместе с тем и раньше в небе были инциденты, причем по вине американской стороны. Однажды самолет истребитель F-4 Phantom рубанул своим килем по правой плоскости самолета Ту-16 авиации Северного флота. Но даже в годы «холодной войны» мы этот инцидент не поднимали на уровень международного скандала.

Облет эсминца Donald Cook и перехват самолета-разведчика RC-135 российским Су-27 — это обычное явление в учебных полетах обеих сторон.

Если бы самолет США нарушил воздушное пространство России, то ему было бы жестко предложено произвести посадку на одном из наших аэродромов вместе с теми разведывательными данными, которые он собрал во время своего специального полета.

А так как он выполнял полет в международном пространстве, то наш летчик имел на это такое же международное право, как и американец. А кстати, «бочка», которую выполнил наш пилот рядом c разведчиком RC-135, — это как бы приветствие нашим партнерам по борьбе с международным терроризмом.

Если вернуться к облету эсминца Donald Cook, то мы в свое время регулярно выполняли воздушную разведку авианосных ударных соединений США в Тихом океане и Атлантике. Для того чтобы доказать, что ты разведал именно тот авианосец, мы были обязаны привезти средства объективного контроля — в те годы это была фотография. И мы проходили над этим плавающим аэродромом, фотографировали его бортовой номер и самолеты на палубе как вещдок. Причем задолго до выхода непосредственно на авианосец нас встречала и сопровождала пара палубных истребителей. В ордере идет большая группа кораблей, а на экранах бортовых радаров они светятся одинаково, поэтому было сложно найти самый главный корабль. Вместе с тем

даже в годы «холодной войны» среди американцев были пилоты, которые понимали, что мы летаем на выполнение специальных задач, и помогали нам это делать.

Иногда даже показывали рукой правильное направление нашего полета.

— А что касается инцидента 1968 года с разбившимся в море российским Ту-16?

— Да, был такой тяжелый случай, когда экипажи авиации Северного флота облетали американские корабли. Тогда наш самолет столкнулся с водной поверхностью и погиб, но здесь никаких нарушений режимов полета в отношении американского корабля не было, и наш экипаж международных норм полетов не нарушал.

— В таком случае, в какое время отношение было к таким моментам более агрессивным — во время «холодной войны» или сейчас?

— Мы и США выдаем себя в СМИ как партнеры по борьбе с терроризмом и наркотрафиком. А на самом деле американской стороной используется малейшая возможность для нагнетания ситуации. Это тоже своего рода санкции, только информационные. Вместо сотрудничества в военной сфере США пытаются поднять напряжение.

— Наши партнеры в своих протестах постоянно ссылаются на некие международные правила. А в чем ключевые моменты этих регламентов? На каком расстоянии можно или нельзя летать самолетам, какие действия можно или запрещено производить в случае перехвата самолетов или облета кораблей?

— Есть международные договоры, соответствующие документы и правила по выполнению полетов в воздушном пространстве и над нейтральными водами.

Установлена определенная полоса вдоль побережья или госграниц любой страны, которую пересекать нельзя. А право летать в международном пространстве имеют в одинаковой степени как американцы с россиянами, так и любая другая страна.

Имеются строгие нормы по расстояниям и высотам, например, при облетах кораблей. Но скажу, что

эти нормы летчиками как с американской, так и с российской стороны могут не выполняться.

Когда мы летали на разведку авианосцев или в удаленные военно-географические районы, нас всегда конвоировали, причем очень плотно, крыло к крылу, перехватчики НАТО или истребители США. Но мы прекрасно понимали, что это может кончиться как гибелью экипажа и потерей самолета, так и крупным международным скандалом. И поэтому мы уважительно относились друг к другу и выполняли такие задания при повышенном внимании.

Я назвал вам только один наиболее гнусный эпизод, когда американский пилот рубанул крылом по нашему самолету, но этот инцидент закончился благополучно для обоих экипажей.

— Но были и случаи, когда российским самолетам приходилось ловить американцев или самолеты других государств?

— Конечно были. В 1961 году мы сбили американский самолет-разведчик пилота Гарри Пауэрса, который изволил забраться аж до Свердловска.

Было грубейшее нарушение нашего воздушного пространства южнокорейским Boeing (пассажирский Boeing 747 был сбит 1 сентября 1983 года, погибли 23 члена экипажа и 246 пассажиров. — «Газета.Ru»). Его наши самолеты-истребители тоже были вынуждены сбить.

А когда воздушное пространство СССР на спортивном самолете Cessna нарушил пилот-любитель Матиас Руст, его сбивать не стали. Этот щенок и прилетел на Красную площадь.

Что было, то было, и такое надо исключить в перспективе.