10 лет за разговорчивость

Фото из архива Газеты.Ru
10 лет колонии строгого режима потребовал прокурор для единственного обвиняемого по делу «Норд-Оста». Сам Заурбек Талхигов так и не признал себя пособником террористов. Приговор суда будет оглашен в пятницу.

Во вторник в Мосгорсуде на процессе по делу Заурбека Талхигова, обвиняемого в пособничестве террористам, захватившим театральный центр на Дубровке, состоялся последний допрос обвиняемого и прения сторон. Как и прежде, слушание было закрытым — в деле представлено большое количество информации от спецслужб.

Гособвинитель потребовал приговорить уроженца Чечни к 10 годам колонии строгого режима.

По словам прокурора Виктора Лютикова, материалы, собранные следствием, полностью доказывают вину Талхигова в пособничестве терроризму и захвате заложников. Как уже рассказывала «Газета.Ru», по данным следствия, подсудимый по телефону передавал боевикам Бараева данные о перемещении спецназа, расположении снайперов и бронетехники. В деле есть распечатки этих переговоров — во время захвата заложников на мюзикле «Норд-Ост» все мобильные звонки в Москве прослушивались сотрудниками спецслужб. Через несколько часов после разговора чекисты вычислили и задержали Талхигова, которого обвинили по ст. 30, 205 и 206 УК РФ.

Адвокат Талхигова, в свою очередь, заявил, что его подзащитный полностью невиновен и хотел лишь помочь заложникам.

Сам 25-летний подсудимый также не признал себя виновным даже частично.

Во вторник утром, до прений, суд предоставил слово обвиняемому. Заурбек Талхигов рассказал судьям подробности происходившего с ним 25 октября. По словам адвоката Олега Панкратова, Талхигов сообщил, что пришел к зданию театрального центра после того, как узнал о захвате — около 6.30 утра. Незадолго до этого по одному из телеканалов он услышал обращение депутата Госдумы Асланбека Аслаханова, который призвал московских чеченцев прийти к ДК Шарикоподшипникового завода и окружить здание «Норд-Оста» живым кольцом, чтобы заставить смертников сдаться. Как рассказал подсудимый, телефон Мовсара Бараева ему дал сам Аслаханов — парламентарий попросил его связаться с захватчиками. (Это, кстати, по заявлению адвоката, во время предварительного следствия подтвердил и сам Аслаханов.) Кроме того, поговорить с террористами его просили и журналисты из Нидерландов, а также главный свидетель защиты — голландский гражданин Олег Жиров, у которого в захваченном зале находились жена и сын. После этого Талхигов начал сообщать террористам расположение бронетехники и сил спецназа вокруг здания «Норд-Оста». На вопрос судей, зачем он это делал, подсудимый заявил, что «хотел войти в доверие к боевикам Бараева» и таким образом помочь заложникам, в частности, жене Жирова.

Еще до последнего допроса адвокаты подсудимого пытались приостановить процесс — защита заявила ходатайство о проведении психолого-психиатрической экспертизы. По словам Панкратова, его клиент находился в тот день в состоянии сильного стресса — поэтому не совсем контролировал свои действия. Адвокат считает, что Талхидов до сих пор окончательно не пришел в себя после теракта на Дубровке. Тем не менее суд отклонил ходатайство.

Как ожидается, 20 июня суд вынесет приговор единственному обвиняемому по захвату заложников.

Как уже рассказывала «Газета.Ru», процесс по делу о захвате заложников на Дубровке начался в Мосгорсуде 26 мая. Свидетели один за другим подтверждали невиновность подсудимого. 10 июня предприниматель из Голландии Олег Жиров сообщил, что сам обратился к Талхигову за помощью и попросил его связаться с террористами, чтобы вызволить из здания жену Наталью и 14-летнего сына. По его словам, обвиняемый не был связан с террористами: чеченец действительно говорил что-то о действиях сотрудников правоохранительных органов, но и это было сделано только для того, чтобы вызвать доверие у боевиков Бараева.

Также был допрошен корреспондент Марк Франкетти, находившийся рядом с обвиняемым Талхиговым во время его переговоров с боевиками. По словам журналиста, Талхигов помог ему организовать интервью с Мовсаром Бараевым. Как считает Франкетти, чеченец больше походил на работника спецслужб, нежели на сообщника террористов.

Дали показания в суде и голландские журналисты, которые находились у здания театрального центра 23–26 октября 2002 года: оператор голландской телекомпании Кристофер Вуд, продюсер Ирина Анатышева и их водитель Владимир Колесников. Они подтвердили, что Олег Жиров обращался к ним за помощью. Также журналисты рассказали и о появлении Заурбека Талхигова, который, использовав их мобильный телефон, общался с захватчиками здания. Однако о чем именно говорил Талхигов, они понять не смогли, поскольку говорил он на чеченском языке. По их словам, Заурбек Талхигов постоянно крутился между штабом и журналистами, все время пытался выделиться и почувствовать себя героем.

Кроме того, суд допросил помощника Асланбека Аслаханова Бойсолта Хамзатова, также присутствовавшего в антитеррористическом штабе. Как заявил Хамзатов, у него сложилось четкое впечатление, что Талхигов относился к происходящему несерьезно, не понимал всей опасности создавшегося положения. Все его слова являлись не более чем бравадой.

Мать обвиняемого Тамара Талхигова также отрицает возможность причастности сына к захвату заложников. По ее словам, Заурбек уехал из Чечни еще в 1999 году, жил в Санкт-Петербурге и занимался торговлей.