Рекламу выдергивают из-под ног

Борьбой с «рекламой на асфальте» и граффити в Москве займется специальная служба

В столице до 15 тыс. рублей вырастут штрафы за «рекламу на асфальте», которая стала одним из основных «каналов коммуникации по распространению дурмана», объясняют в Мосгордуме. Депутаты не очень верят в действенность новых штрафов, признавая, что самым действенным оружием в борьбы с несанкционированными объявлениями и узорами по-прежнему остается краска.

В Москве вскоре начнут штрафовать за «рекламу на асфальте», а существующие санкции за нанесение граффити и надписей на стены будут ужесточены. В среду Мосгордума приняла законопроект, вносящий соответствующие изменения в городской кодекс об административных нарушениях. Законодательная инициатива «в целях сохранения внешнего облика города и предотвращения ущерба городским объектам» была предложена советом депутатов муниципального округа «Арбат».

Городские депутаты согласились с авторами документа, что размеры штрафов за «несанкционированное нанесение на элементы подземных и наружных инженерных коммуникаций и сооружений надписей, рисунков и прочей информации», предусмотренные статьей 7.24 городского административного кодекса, не соответствуют общественной опасности и не компенсируют ущерб, который наносится городу. И увеличили штрафы за эти деяния: для граждан со 100—300 рублей до 500—1500 рублей, для должностных лиц с 1—2 тыс. рублей до 5—10 тыс. рублей и для юридических лиц с 2—5 тыс. до 10—25 тыс. рублей.

Кроме того, статья 8.13 дополнена новой частью, предусматривающей ответственность за «рекламу на асфальте» — «несанкционированное нанесение надписей, изображений на проезжую часть дорог и улиц, покрытия тротуаров, пешеходных и велосипедных дорожек». За это устанавливается административный штраф для граждан от 500 рублей до 2,5 тыс. рублей, должностных лиц — от 5 тыс. до 7,5 тыс. рублей, юридических лиц — от 7,5 тыс. до 15 тыс. рублей. Право составлять протоколы об административных правонарушениях, кроме полиции, получат также «должностные лица уполномоченного органа исполнительной власти, осуществляющего контроль в сфере внешнего благоустройства городских территорий».

По словам зампреда думской комиссии по городскому хозяйству и жилищной политике Валерия Скобинова, необходимость принимать меры назрела давно: на то, чтобы «отмыть и закрасить эти художества», город тратит десятки миллионов рублей. При этом он предложил коллегам подумать над тем, как направить энергию любителей граффити в мирное русло. По его словам, во многих странах, где столкнулись с подобной проблемой, власти выделяют для этого специальные площадки, подлежащие сносу здания и даже проводят фестивали и дают их лауреатам заказы на оформление городских объектов.

Впрочем, если по отношению к граффити такая практика и возможна, то рекламу с асфальта ни в какие «цивилизованные места» не перенесешь, признают депутаты. Причем продвигается подобным образом далеко не самая безобидная продукция.

Изначально идея запрета рекламы на асфальте возникла в Мосгордуме как мера по борьбе с нелегальной торговлей курительными смесями. Проблема законодательного регулирования распространения спайсов — так называемых дизайнерских наркотиков, синтетических аналогов традиционных — обсуждалась в октябре прошлого года на «круглом столе» в городском парламенте. Озаботиться проблемой столичные власти заставила в том числе «инициатива снизу»: не видя реакции правоохранительных органов, активисты «на местах» все чаще начинают разбираться с продавцами самостоятельно. Так, по словам депутата муниципального собрания района Чертаново Центральное Сергея Полозова, собрав информацию с одной только рекламы на асфальте, районные активисты за месяц составили базу из 120 телефонов наркодилеров.

По мнению председателя комиссии по здравоохранению и охране общественного здоровья Мосгордумы Людмилы Стебенковой, проблема принимает угрожающие масштабы: власти не успевают за производителями наркотиков, оперативно меняющими химические формулы смесей, как только те вносятся в списки запрещенных. А «реклама на асфальте» — один из основных «каналов коммуникации по распространению этого дурмана».

Без принятия кардинальных мер ситуация выйдет из-под контроля, уверен и замначальника управления федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН) по Москве Александр Простокишин. «Уже есть информация о том, что в некоторых регионах родители пострадавших от отравы детей выходят на улицу и сами разбираются с распространителями», — заявил он на «круглом столе» в городской думе.

Представитель ФСКН рекомендовал властям города, на территории которого распространяется реклама, приравнять рекламу на асфальте, как портящую имущество, к мелкому хулиганству. А также усилить видеонаблюдение в местах активного ее нанесения.

Не раз обращала внимание на московскую рекламу на асфальте и Федеральная антимонопольная служба. Еще в декабре 2011 года ведомство заявило о необходимости регламентировать распространение в столице подобного вида рекламы и предложило городским властям обсудить проблему привлечения к ответственности ее распространителей, тем более что такой опыт имеется в других российских регионах. Например, в Барнауле правилами благоустройства города запрещено нанесение надписей на асфальте, а также на заборах, инженерных сооружениях, фонарных столбах, опорах рекламных конструкций и деревьях.

В конце концов появились соответствующие нормы и в столичном кодексе об административных правонарушениях.

Впрочем, сами депутаты не очень верят в действенность прописанных ими в новом законе мер. И признают, что иным способом, кроме как смывать и закрашивать рекламу, бороться с ней сложно.

«В свое время мы приняли закон, касающийся распространения экстремистской литературы, прекрасно отработанный закон, но ничего не изменилось, — напомнил в ходе обсуждения депутат Михаил Москвин-Тарханов. — В плане мониторинга через год мы спросили у правоохранителей, почему они не применяют закон. И в частной беседе нам сказали: столько проблеем, так сложно работать, ну если надо, то мы, конечно, можем отловить несколько человек и отчитаемся». В итоге закон прожил три года и умер».