Между табором и адом

В аэропорту Домодедово сложилась критическая ситуация

,
РИА «Новости»
Столичный аэропорт Домодедово опять погрузился в полумрак: там снова отключили электричество, эскалаторы не работают, в залах потушен свет. Пассажиры жалуются на жару, лежат на полу на газетках, непрерывно курят, пьют и матерятся. Руководство аэропорта взывает о помощи к министру транспорта, правительству области и МЧС. Энергетики говорят, что полностью запитали рабочую подстанцию, и что происходящее теперь — внутренние проблемы аэропорта.

Ситуация в столичном аэропорту «Домодедово» напоминает что-то среднее между цыганским табором и настоящим адом, говорят пассажиры: там нестерпимо жарко, нет воды, в воздухе плавает сизый дым, так как люди курят, не выходя из залов, и все ругаются друг с другом. В зоне после таможенного контроля сейчас находится около 6-8 тысяч человек.

«Температура на втором этаже в «Домодедово», в зоне duty free, достигает 35–40 градусов, люди снимают верхнюю одежду и остаются в футболках и майках, — рассказал «Газете.Ru» Александр, ожидающий рейса компании Air Berlin. — Здесь очень много пассажиров с детьми, они очень плохо переносят ситуацию. Это какой-то ад!» Александра можно назвать счастливчиком: ему удалось отстоять двухчасовую очередь на регистрацию и даже сдать багаж. Вот только теперь непонятно, когда вылетит их самолет: по словам нашего собеседника, представители Air Berlin откровенно «футболят» пассажиров, а попытки разговора с ними наталкиваются на агрессию.

«На первом этаже не осталось еды и воды; на втором мы смогли купить бутылку воды, жвачку и ириску — за это мы заплатили 650 рублей», — говорит Александр, добавляя, что не видел, чтобы сотрудники аэропорта предлагали пассажирам бесплатную воду или талоны на еду.

«Еще днем я видела на первом этаже кулеры с водой, но они быстро опустели; на втором этаже бутерброды стоят 500 рублей, бутылка воды столько же», — рассказала «Газете.Ru» Наталья Точиленко, пытающаяся второй день уехать в Каир. По ее словам, зона посадки выглядит как цыганский табор. «Люди сидят и лежат на полу — на газетках, на ящиках для обуви и одежды. Много маленьких детей, которые плачут, — говорит Точиленко. — Туалеты не работают. Везде на полу валяется мусор, его не убирают. Многие курят прямо в залах, в воздухе дым».

По ее словам, магазины беспошлинной торговли работают, поэтому пассажиры покупают алкоголь и тут же его употребляют.

«Залы в полумраке: свет горит лишь наполовину», — добавила пассажирка.

По аэропорту ходят мрачные слухи: говорят, что где-то сидят люди, которые не могут вылететь уже трое суток, что где-то начались драки между пассажирами, что за день вылетают 2–3 борта, на которые сажают всех подряд — лишь бы отправить из переполненного аэропорта. «По громкой связи каждые полчаса выступает глава Домодедова Вячеслав Некрасов, который убеждает нас, что все рейсы будут отправлены, — говорит Точиленко. — Но немногочисленные сотрудники аэропорта сами в ужасе и не могут сказать ничего определенного».

Тем временем на первом этаже накаляется атмосфера в толпах, скопившихся около стоек регистрации.

Люди не знают о том хаосе, что творится в зоне вылета, и пытаются всеми силами туда попасть.

«Все опасаются опоздать на рейс, но информация на табло вылета не соответствует действительности», — говорят пассажиры. Они пытаются найти хоть кого-нибудь из представителей авиакомпаний, однако к ним никто не выходит. По словам Александра, так ведут себя не только российские компании: сотрудники клиентской поддержки Air Berlin, куда пассажиры пытаются дозвониться, попросту сбрасывают звонки. «Пассажиры ругаются с сотрудниками аэропорта, на которых, в свою очередь, давят таможенники, требуя прекратить регистрацию людей на рейсы, однако регистрация идет, при этом никому не говорят, что наверху еще хуже», — резюмирует Александр.

В связи с напряженной обстановкой в аэропорту усилен режим работы милиции.

Работу аэропорта нарушают перебои с электроэнергией: накануне были обесточены две подстанции, питающие транспортный узел. По данным руководства аэропорта, сотрудники МЧС привезли три дизель-генераторные установки, которые позволили регистрировать пассажиров. В понедельник утром глава МЧС Сергей Шойгу пообещал, что к вечеру электроснабжение аэропорта будет полностью восстановлено. Однако к 18.00 в залах свет был потушен, а эскалаторы не работали, передает «Интерфакс».

Диссонансом в потоке бодрых заявлений руководителей чрезвычайных служб и ведомств о скором восстановлении работы транспортного комплекса прозвучало письмо-крик о помощи от директора Домодедово Вячеслава Некрасова.

«В настоящий момент в аэропорту Домодедово сложилась критическая ситуация с обеспечением авиаперевозок», — так начинается обращение Некрасова в Министерство транспорта, Росавиацию, правительство Московской области, МЧС и ОАО МОЭСК.

Он пояснил, что эксплуатационные службы аэропорта пытаются восстановить работу объектов инфраструктуры автономными источниками: сейчас в комплексе работают 50 генераторных установок. «Однако поддержание функционирования аэропорта по данной схеме не может продолжаться сутками. Для обеспечения требуемого объема пассажирских перевозок этого недостаточно, — утверждает глава Домодедово. — Необходимо ваше личное вмешательство в процесс срочного восстановления энергоснабжения аэропорта в соответствии с требуемой категорией надежности до новогодних праздников. Без этого нормальное штатное функционирование аэропорта невозможно. Прошу Вас в кратчайшие сроки принять безотлагательные меры к полному восстановлению энергоснабжения аэропорта».

Пресс-секретарь Домодедово Елена Галанова сообщила «Газете.Ru», что вторая подстанция так и не была подключена. «Час назад с первой подстанции нам дали дополнительные мощности, — подтвердила она. — И этого хватит, чтобы аэропорт работал без автономных генераторов. Хотя резервы нам все равно нужны. Мы счастливы хотя тем, что уже освещено».

Однако официальный представитель МОЭСК (ОАО «Московская объединенная электросетевая компания») Виталий Стругавец считает, что энергетики свое дело сделали — и ответственность за происходящее сейчас в аэропорту лежит на «Домодедово».

По его словам, аэропорт, как объект первой категории, запитывается электроэнергией от двух подстанций. Одна из них является основной, другая – резервной. Причем, одновременно они не используются – для полноценной работы достаточно мощности одной подстанции. «Для «Домодедово» основной питающей подстанцией является ПС «Взлетная». Резервной – ПС «Яковлево», — рассказал он. — Каждая из этих подстанций, со своей стороны, также запитывается с двух линий — основной и резервной. В воскресенье к 22.00 была введена в строй первая линия электропередачи к подстанции «Взлетная». В понедельник к 15.00 – вторая. Таким образом, МОЭСК полностью запитала электроэнергией подстанцию, способную обеспечить надежное энергоснабжение аэропорта».

Что касается письма директора аэропортового комплекса «Домодедово» Вячеслава Некрасова, то, по словам представителя МОЭСКА, важно, когда оно было подписано – до или после 15.00. Так как с момента подключения подстанции «Взлетная» ко второй питающей линии, «Домодедово» могло работать в нормальном режиме, используя мощность одной подстанции.

То, что происходит в «Домодедово» теперь – внутренние проблемы аэропорта, объяснил Стругавец.

По его словам, в аэропорту есть своя служба электроэнергетики. И подача электроэнергии с этих подстанций, уже их обязанность. Тем более, это касается всего, что находится внутри аэропорта. «Там внутри своей электрики достаточно, и спрашивать с нас еще и за эскалаторы…», — отметил он.

Когда будет запитана ПС «Яковлево», сейчас сказать трудно, признался Стругавец: «Конечно, мы будем заниматься и этой подстанцией. Но у нас сейчас многие населенные пункты испытывают колоссальные трудности. И мы, в первую очередь, восстанавливаем основные линии, оставляя резервные на потом.

Экс-замминистра энергетики России Виктор Кудрявый встал на сторону энергетиков. «В Московской области тысячи подстанций, и у каждой своя схема. Но если есть питание с одной подстанции, аэропорт должен полноценно работать», — заявил он.

«Такие аварии показывают, готовность объектов к нештатной ситуации, — говорит Кудрявый. — Я вспоминаю, когда более 20 лет назад произошла серьезная авария в энергосистеме Франции (кстати, одной из лучших в мире), энергетики получили благодарность от министерства обороны страны. Ведомство благодарило за то, что получило возможность в реальных условиях проверить, как у него работают установки аварийного питания. В мирное время можно надеяться на внешние источники, в экстремальных условиях – только на себя». По словам Кудрявого, зависящая от внешних условий электроэнергетика очень уязвима, и говорить о ее стопроцентной надежности невозможно. «Всегда остаются и стихийные бедствия, и, к сожалению, угроза теракта. Поэтому каждый объект, где есть угроза жизни людей, должен быть обеспечен не только внешними, но и внутренними аварийными резервами, — объясняет он. — У объекта первой категории кроме нормального внешнего электроснабжения должна быть собственная аварийная энергетика, которая исключает любые ЧП и с самолетами и с людьми в аэровокзале. Аварийное освещение, аккумуляторы аварийного питания – это все их обязанность».

По словам депутата Мосгордумы, авиационного инженера по образованию Александра Крутова, то, что «Домодедово» оказалось не готово к этой ситуации «стало для него открытием».

«Аэропорт мог остановиться из-за обледенения взлетно-посадочных полос или самих самолетов – стихия есть стихия. Но обесточивание – это вина исключительно самого аэропорта. Это я вам говорю, как авиационный инженер. — заявил он. — Как так случилось, что у объекта первой категории не оказалось достаточно резервной мощности? Хозяева аэропорта думали о чем угодно, но не об обеспечении безопасности. А когда случился коллапс, они должны были сделать все, чтобы пассажиры не испытывали неудобств, но не было сделано абсолютно ничего».