Преемник Джонсона: кто возглавит Великобританию

Правительством Великобритании временно руководит глава МИД Доминик Рааб

Прослушать новость
Остановить прослушивание
О состоянии премьер-министра Великобритании, заразившегося коронавирусом, почти ничего не известно, кроме того, что он находится в больнице. В случае полной недееспособности Бориса Джонсона его заменит глава МИД и — фактически — его заместитель Доминик Рааб. На его плечи уже легла часть премьерских функций. Кроме борьбы с пандемией Раабу придется вести торговые переговоры с ЕС, однако в этом вопросе он преданный сторонник Джонсона — никаких отсрочек и компромиссов.

Пока премьер-министр Великобритании Борис Джонсон находится в больнице с подтвержденным коронавирусом, часть его обязательств выполняет глава МИД и его фактический заместитель Доминик Рааб. Он, например, проводит заседания кабинета министра по видеосвязи.

В случае же полной недееспособности премьера Рааб станет временно исполнять его обязанности. На его плечи, в частности, ляжет ведение торговых переговоров об условиях будущего сотрудничества Великобритании и ЕС после Brexit. В декабре 2020 года истекает срок окончания переходного периода.

Перспектива успешных переговоров и без того вызывала скептицизм — европейские политики отмечали, что времени для этого остается слишком мало. Сейчас приоритетом Лондона стала борьба с пандемией, но контакты с делегацией Евросоюза все же продолжаются.

Еще три года назад Рааб не был членом правительства. Свою популярность он получил во время референдума по Brexit, Рааб был одним из самых видных политиков-евроскептиков и уже тогда разделял позицию будущего премьер-министра Бориса Джонсона. Он занимал пост парламентского помощника министра юстиции, но был уволен Терезой Мэй, противницей Breixit, когда она возглавила страну.

В 2018-м Рааб получил должность младшего министра жилищного хозяйства и планирования. Спустя полгода Мэй назначила его — как одного из самых ярых сторонников выхода Великобритании из ЕС — министром по Brexit. Тогда премьер была полностью сосредоточена на переговорах с Брюсселем, Рааб в этом процессе занимал ключевую позицию и участвовал в составлении 585-страничного документа, в котором изложены условия «развода» Лондона и ЕС.

Однако его сотрудничество с Мэй не задалось. Всего через четыре месяца своей работы он покинул пост, раскритиковав позицию премьер-министра относительно сделки, которую она планировала заключить с Брюсселем.

Доминик Рааб стал на тот момент самым высокопоставленным членом правительства, покинувшим кабмин. Уже в то время Тереза Мэй стала объектом критики со стороны депутатов, и уход каждого ее сотрудника воспринимался как очередное доказательство неэффективности работы премьера и отсутствия поддержки в ее же правительстве.

«Я боролся за хорошую сделку по Brexit, но условия, предложенные кабинету министров вчера, я думаю, имели два главных и фатальных недостатка. Во-первых, условия, предлагаемые ЕС, угрожают целостности Соединенного Королевства, а во-вторых, они могут привести к неопределенной, если не постоянной ситуации, когда мы заблокированы в режиме, не имеющие права голоса и без механизма выхода», — говорил Рааб «Би-би-си».

Политика, в частности, не устраивал механизм «бэкстоп», позволяющий избежать появления границы между Северной Ирландией и Ирландией. Сделка Мэй предполагала дальнейшее пребывание Северной Ирландии в составе таможенного союза ЕС и единого европейского рынка.

Для ярых «евроскептиков» это положение не представлялось возможным и ставило под угрозу суверенитет всего Соединенного Королевства. Противников сделки в правительстве и палате общин было много, но одними из главных стали Борис Джонсон и Доминик Рааб, продемонстрировавший свою позицию уходом из кабмина.

Депутат-консерватор Джейкоб Рис-Могг тогда назвал обоих политиков в числе тех, кто «способен руководить надлежащим Brexit».

«Я не чувствую, что могу сделать это с чистой совестью, — заявлял Рааб. — Я действительно думаю, что нам нужно изменить курс по Brexit».

Доминик Рааб считал, что правительство должно было быть готовым пойти на риск. Евросоюз, по мнению политика, «шантажирует» Великобританию, и она должна быть готова к Brexit без сделки.

Рааба в этом вопросе поддерживал, по меньшей мере, один человек — Борис Джонсон. Позже он выстроил на этой идее свою предвыборную кампанию в борьбе за пост премьера, после того как Тереза Мэй покинула пост из-за неспособности заключить соглашение, устраивавшее палату общин Великобритании.

Преданный сторонник премьер-министра

«Брюссель удастся убедить на сделку, только если мы проявим волю и мужество — и покажем, что готовы уйти и без нее», — заявлял Борис Джонсон в июне в ходе выборов лидера Консервативной партии.

Одним из его соперников стал Доминик Рааб, и оба политика придерживались одной позиции по вопросу Brexit. Великобритания на тот момент получила уже две отсрочки выхода, и шансов, что к назначенной дате — 31 октября — она сможет согласовать новую сделку, практически не было.

И Джонсон, и Рааб утверждали, что очередная отсрочка уничтожит Консервативную партию, и Великобритания должна покинуть Евросоюз в назначенную дату — со сделкой или без нее.

Доминик Рааб, однако, вышел из гонки перед третьим туром, поддержав Джонсона. Депутат-консерватор Марк Франсуа заявлял тогда: «Кто бы ни победил, и я надеюсь, что это будет Борис, я надеюсь, что он найдет хорошее место для Дома [Доминика Рааба] в своем кабинете, потому что я думаю, что он этого заслуживает».

Именно это и сделал Борис Джонсон, заняв пост премьер-министра. 24 июля Доминик Рааб стал главой МИД и первым государственным секретарем, фактически заместителем британского лидера.

После осуществления выхода Великобритании из состава ЕС перед Джонсоном встала новая амбициозная задача — до конца переходного периода заключить соглашение об условиях дальнейшего сосуществования сторон.

Причем срок окончания переходного периода был определен еще на начальных этапах переговоров об условиях Brexit, когда планировалось, что Лондон покинет содружество 29 марта 2019 года. То есть стороны тогда выделили на этот процесс 21 месяц. Но поскольку Brexit состоялся только 31 января этого года, срок переходного периода сократился в два раза, но для Бориса Джонсона это не стало аргументом в пользу его продления.

В прошлом году британский премьер тоже обещал, что обойдется без новых отсрочек и страна покинет содружество со сделкой или без, в этом его полностью поддерживал глава МИД. Евросоюз же был уверен, что Джонсон блефует — «жесткий» Brexit слишком невыгоден обеим сторонам.

Сейчас история повторяется — британский премьер настаивает, что готов заключить и менее выгодную для страны сделку, если стороны не придут к согласию, лишь бы не продлевать переходный период. И в этом его также полностью поддерживает глава МИД, который вскоре может заменить председателя правительства.

Призывы к продлению переходного периода доносятся как из Евросоюза, так и в Великобритании. В связи с пандемией коронавируса на этом настаивают некоторые депутаты палаты общин. В середине марта члены Лейбористской партии потребовали от правительства срочно продлить переходный период, чтобы полностью сосредоточиться на борьбе с пандемией.

«Последнее, что нужно экономике, помимо коронавируса, это шок от жесткого Brexit в конце этого года», — заявлял депутат лейбористской партии Бен Брэдшоу.

Впрочем, Доминик Рааб снова проявил принципиальность в этом вопросе. Он заявил, что требования депутатов продлить переходный период вызваны их «идеологическим желанием» не разрывать связи с ЕС.

«Я не думаю, что отсрочка переговоров по Brexit даст кому-либо по обе стороны канала [Ла Манш] необходимую уверенность», — пояснил Рааб в марте.

В целом, по крайней мере на этом направлении глава МИД является преданным сторонником премьер-министра. Учитывая принципиальность вопроса Brexit и дальнейших отношений с ЕС для Бориса Джонсона, он, очевидно, выбрал для себя наиболее подходящего человека на пост заместителя, который при недееспособности лидера предрешит дальнейшую судьбу Великобритании как страны, покинувшей содружество. А учитывая состояние здоровья Джонсона, такой расклад вполне вероятен.