Слушать новости
Телеграм: @gazetaru
Лукашенко меняет Москву на Пекин

Как Лукашенко пытается заместить российские кредиты китайскими

С форумом «Один пояс — один путь», прошедшим в Китае, президент Белоруссии Александр Лукашенко связывал большие надежды. За последние пару лет официальный Минск сделал ряд шагов, чтобы переориентировать свою экономику с России на Китай. Пока это выглядит в большей степени политическим проектом, чем экономическим.

Выступая на заседании «круглого стола» глав государств – участников форума «Один пояс — один путь», Лукашенко по своему обычаю последнего времени начал со страшилок: рассказал лидерам других стран о том, что сегодня мир находится в стадии глобальных перемен, которые сопряжены с непрерывными вызовами и опасностями.

«Среди них — терроризм, миграционный кризис, опасные инфекционные заболевания, климатические изменения и иные новые для современного мира угрозы безопасности. Кроме того, ослабленный мировой экономический рост оказывает заметное влияние на углубление различий между странами. Зачастую противоречия решаются с применением оружия, — рассказал собравшимся Александр Лукашенко. — Именно поэтому сегодня так важно использовать историческую возможность для изменения модели межгосударственного взаимодействия. Достижение процветания реально лишь в совместном мирном взаимовыгодном развитии».

Далее последовали любезности в адрес китайского лидера Си Цзиньпина и его глобальных инициатива «Один пояс — один путь» и «Сообщество единой судьбы». «При реализации данных концепций не происходит навязывания интересов, торговой экспансии. Китай приходит — и в этом уникальная особенность — как дружественная страна, предлагая механизмы стимулирования совместного развития», — говорил глава Белоруссии.

Непосредственно перед форумом Си Цзиньпин с супругой уделили несколько минут Александру Лукашенко, который по обыкновению путешествует по миру не с женой, а с несовершеннолетним сыном Николаем.

Китайский лидер, который уже встречался с Николаем, «сделал характерный жест рукой, означающий, что мальчик вырос», сообщили белорусские информагентства. Николай подарил первой леди шкатулку, которую достал из коробочки. Супруга китайского лидера поцеловала мальчика в обе щеки.

«Великий камень» на шее

Белоруссию и Китай пока связывает не так много проектов. Наиболее амбициозный — китайский технопарк «Великий камень» на белорусской территории. Лукашенко описал его как город будущего — экологичный, инновационный и комфортный для работы и для жизни. «Глубина проекта в том, что две страны совместно создают не только инфраструктуру, но и законы, по которым развивается эта узловая площадка экономического пояса Шелкового пути», — говорил он.

Между тем в самой Белоруссии строящийся под Минском огромный китайский технопарк с иронией называют «Великий камень на шее Беларуси». Изначально он задумывался как налоговая гавань и свободная таможенная зона, в которой разместятся китайские высокотехнологичные производства — от микроэлектронных до био- и нанотехнологических.

Но вскоре стало понятно, что в приоритетах проекта «Великий камень», который на 60% контролирует китайская сторона, — логистический центр, который может использоваться как перевалочный пункт для товаров на границе с Евросоюзом.

«Были очень большие надежды на технопарк «Великий камень». Но время идет — а результата никакого. Время от времени появляются какие-то китайские компании, которые заявляют, что готовы стать резидентами, — но дальше дело не идет, — считает Валерий Карбалевич, эксперт аналитического центра «Стратегия» (Минск). — Поначалу планировалось, что там появятся какие-то новейшие высокотехнологичные производства. Но в итоге там сейчас строится только логистический центр — огромный склад для перевалки китайских грузов, направляемых на рынок ЕС».

По данным на 20 апреля, в «Великий камень» было вложено $273 млн. Из них более $150 млн потрачено на строительство инфраструктуры и административного здания, в $120 млн обошлась первая очередь логистического центра, который строит китайская компания China Merchants Group. Это три складских комплекса по 17 тыс. кв. м каждый, а также открытый контейнерный терминал площадью 22 кв. км.

То, что высокие технологии не в приоритете, подтвердил в рамках пекинского форума первый заместитель генерального директора СЗАО «Компания по развитию индустриального парка» Кирилл Коротеев. Парк «Великий камень», по его словам, станет узловой точкой «Шелкового пути», «генерирующей в среднесрочной перспективе наполнение товарами и услугами инфраструктурных маршрутов», рассказал он в интервью китайскому изданию «Женьминь Жибао» 15 мая.

По планам белорусского правительства, белорусско-китайские производства, размещенные в «Великом камне», должны были обеспечивать экспорт hi-tech-продукции на $50 млрд в год. Но проект существенно усложнило решение Евразийской экономической комиссии о том, что на территории ЕАЭС товары из свободных экономических зон приравниваются к иностранным и облагаются всеми таможенными пошлинами.

Лучше, чем Россия

Впрочем, Александр Лукашенко не скрывает, что больше рассчитывает на китайские кредиты и инвестиции не в «Великий камень», а в белорусские предприятия.

4 мая, встречаясь в Минске с представителями китайских центральных и региональных средств массовой информации, Лукашенко заявил: «Мировая экономика и политика стали, к сожалению, непредсказуемыми. Но, вопреки мировым вызовам, Беларусь и Китай создали мощные, прочные и надежные межгосударственные связи — отношения доверительного всестороннего стратегического партнерства и взаимовыгодного сотрудничества».

«Пожалуй, не найдется в Европе более близкой Китаю страны, чем Беларусь», — говорил Лукашенко.

Немногим ранее, встречаясь с губернатором Нижегородской области Валерием Шанцевым, белорусский президент, рассуждая на тему кредитов, сказал: «Россия у нас по этим вопросам не занимает первое место, на нем — Китайская Народная Республика. Она предоставила нам кредитную линию около $15 млрд под реализуемые в Беларуси проекты, мы ее до сих пор не выбрали. Самое главное — они нас не упрекают в том, что помогают нам».

«Беларусь с первых дней объявления инициативы «Пояс и путь» является открытым сторонником, успешным партнером в реализации концепции. Мы одной из первых стран в мире и первой в Европе присоединились к этой концепции исходя из двух основных признаков: первый — для нашей страны это дружественная концепция, второй — выгодная», — заявил «Газете.Ru» Николай Снопков, экс-министр экономики Белоруссии, ныне — заместитель главы администрации президента.

«Концепция строится на основе древнего Шелкового пути, и сегодня участие в китайском транспортном проекте — лучший способ монетизировать выгодное географическое положение Беларуси. ЕС не готов открыть свои рынки для белорусских товаров, но никто не мешает нам заработать на обслуживании торговли ЕС с Китаем», — добавил он.

Впрочем, по мнению Валерия Карбалевича, у белорусской стороны завышенные ожидания от сотрудничества с Китаем.

«Было намного больше планов, чем получилось реальных результатов. Лукашенко рассчитывал, что с Китаем возможна та же модель, что и в отношениях с Россией. То есть «в обмен на поцелуи» получать не газ и нефть, как от России, а инвестиции в белорусскую экономику, — объясняет он. — Но оказалось, что с Китаем эта модель не работает. Пекин очень прагматичен».

На уровне риторики китайцы готовы подписывать громкие декларации о стратегическом партнерстве, считает собеседник «Газеты.Ru». «Но когда дело доходит до конкретных экономических интересов, все сводится к выдаче связанных кредитов. Которые очень выгодны китайской стороне, но очень невыгодны белорусской», — сказал Карбалевич.

Китайский баланс

Эксперт напомнил, что недавно Лукашенко высказал большое недовольство из-за того, что отношения с Китаем идут односторонние, что во взаимной торговле у Белоруссии большой минус.

По соотношению импорта и экспорта КНР остается наиболее проблемным торговым партнером Белоруссии (соотношение составило 81,9% на 18,1% по итогам 2016 года). При этом цели Минска и Пекина не совпадают: Китай стремится нарастить поставки своих товаров и одновременно максимально сбить цены на ключевой товар белорусского экспорта в Поднебесную — калийные удобрения.

«Продать Китаю что-то помимо калийных удобрений не получается, а вот китайские товары и оборудование, полученные под связанные кредиты, завалили всю Белоруссию, — констатирует Карбалевич. — В свою очередь, щедрые китайские инвестиции попросту не осваиваются, так как в стране нет окупаемых проектов, в которые можно было бы вложить эти деньги. Ведь все эти инвестиции ориентированы на госсектор, на государственные предприятия. А государственный сектор не может предложить эффективные проекты».

Тем не менее в белорусско-китайском сотрудничестве есть и успешные проекты, причем многие из них эффективно заменяют российские технологии китайскими. Китайская ракета вывела на орбиту второй белорусский спутник. Совместно с Китаем белорусские военные создали новую реактивную систему залпового огня «Полонез» (дальность действия — 200 км).

В числе провальных проектов — «модернизация» белорусских цементных заводов китайскими компаниями. На выделенные Пекином деньги китайцы поставили устаревшее и очень энергозатратное оборудование. В результате все цементные производства Белоруссии стали одними из самых убыточных предприятий страны. А в соседней Польше такие же заводы, модернизированные немцами, оказались в три раза более энергоэффективными и работают с прибылью.