Пенсионный советник

«Предпочитаю людей реальных, а не воображаемых»

Интервью с актером Джеймсом Франко, исполнителем главной роли в фильме «Оз: Великий и Ужасный» Сэма Рейми

Владимир Лященко 06.03.2013, 10:47
кадр из фильма «Оз: Великий и Ужасный» WDSSPR
кадр из фильма «Оз: Великий и Ужасный»

В прокат выходит «Оз: Великий и Ужасный». Исполнитель заглавной роли Джеймс Франко рассказал «Газете.Ru» о работе с режиссером Сэмом Рейми, технических нюансах создания сказочного мира и дружбе с Мариной Абрамович.

В прокат выходит «Волшебник страны Оз» — предыстория книг Лаймена Фрэнка Баума, в которой будущий Великий и Ужасный Волшебник страны Оз попадает в сказочный край из Канзаса. Приквел снял Сэм Рейми (трилогия «Зловещие мертвецы», «Быстрый и мертвый», трилогия о Человеке-пауке). Исполнитель заглавной роли Джеймс Франко рассказал «Газете.Ru» о технических нюансах создания сказочного мира, переменах в сценарии фильма по сравнении с первоисточником и дружбе с Мариной Абрамович.

— Каково было вернуться к работе с Сэмом Рейми и какой была первая реакция на предложенную роль Оскара, Великого и Ужасного Волшебника страны Оз?

— Когда в первый раз услышал о фильме и о том, что Сэм будет режиссером, сразу загорелся — потому что люблю Сэма, люблю его фильмы, люблю работать с ним, ну и знакомы мы уже лет десять. К тому же я с детства был фанатом страны Оз и книжек Баума. И, наконец, сценарий. Я знал, что с перенесением на экран фантастического мира страны Оз проблем возникнуть не должно было — в конце концов, сейчас есть технологии, которых не было 70 лет назад (в 1939 году вышел «Волшебник страны Оз» с Джуди Гарленд и Френком Морганом. — «Газета.Ru»). Но хотелось быть уверенным и в том, что этот фильм будет сделан с уважением по отношению к миру страны Оз и в то же время окажется новаторским. В сценарии, который мне прислали, было, слава богу, и то и другое. Там была страна Оз, какой мы ее знаем, но главным героем вместо юной невинной девочки Дороти стал персонаж, решительно не похожий на нее. Соответственно, для него страна Оз открылась с совершенно другой стороны.

— Он на вас похож?

— Ну он артист, и я артист. Уже кое-что общее. Но главное, что он меняется, проходит определенный путь от совершенного эгоиста до... менее зацикленного на себе человека. И если честно посмотреть на мою жизнь, на прошлое: когда мне было восемнадцать, я был молодым, страшно амбициозным актером, мечтал стать большой звездой. Теперь преподаю, стараюсь руководствоваться менее эгоцентричными соображениями. Так что, быть может, и со мной приключилась трансформация в сторону бескорыстия?

— При этом на фестивале «Сандэнс» было три фильма, два из которых вы сняли сами. Затем после Берлинале только о вас и говорят — там прошли ваши фильмы и выставка. Марина Абрамович, как совсем недавно выяснилось, снимает про вас фильм. Вы себя выстраиваете как произведение современного искусства?

— Мы с Мариной дружим уже несколько лет, а впервые заговорила об этом фильме, наверное, год назад. Только она не собирается ходить за мной, знаете, с камерой и снимать мою жизнь. Она просматривает все мои проекты, все, что я делал и делаю, — думаю, так фильм и сложится. Я к этому процессу непосредственного отношения не имею. Не буду отрицать того, что делаю множество разных вещей и постоянно вкалываю, но иногда получается так, что я подолгу параллельно работаю над несколькими проектами, и некоторые из них длятся годами. А потом они разом оказываются представлены публике, и складывается ощущение, что я пытаюсь быть затычкой в каждой бочке и одновременно делаю тысячу вещей. Но это не так, сначала делаю какую-то одну вещь, потом другую, что-то делал год назад, что-то раньше, что-то позже.

— Сегодня большинство 3D-фильмов снимаются на фоне зеленого экрана, а потом художники дорисовывают в своих компьютерах все красочное великолепие, которое окружает артистов. Да и самих артистов тоже порой дорисовывают. Для этого фильма были построены декорации на съемочной площадке, а в компьютере рисовали уже задние планы. Для вас как актера есть разница между съемками на фоне зеленого экрана и среди декораций?

— Я думаю, создатели фильмов поняли, что именно сочетание реальных декораций с компьютерной графикой оказывается для артистов предпочтительнее. А может, и для художников тоже — у них перед глазами будет что-то, от чего они смогут в своих рисунках оттолкнуться. Художник-постановщик фильма Роберт Стромберг говорил, что, когда он работал над «Аватаром» и «Алисой в Стране чудес» (за каждый получил по «Оскару». — «Газета.Ru»), декорации почти не использовались, так что «Волшебник страны Оз» дал ему новый опыт и научил, что комбинирование реальных объектов с нарисованными на компьютере помогает всем — и актерам, и операторам, и режиссеру, и художникам. Лично я, разумеется, предпочитаю иметь на площадке дело с реальными предметами и видеть глазами реальных артистов, а не воображать их. Так я был рад поработать именно так, конечно.

— В прологе фильм изящно состарен визуально: черно-белая картинка, не такой широкий экран, который затем раздвигает свои границы и наполняется яркими цветами. Но не только визуальные решения, но и игра актеров выглядит так, словно режиссер просил вас играть немного старомодно, как в старой доброй сказке, — было такое?

— Работа с Сэмом всегда устроена примерно одинаково, но вот персонажи могут отличаться: одно дело — герой комикса и другое — человек из начала XX века. Но в том, что касается актерской игры, то, в сущности, она не отличается в «Озе» и в «Человеке-пауке». Разница на поверхности — в том, как мой герой говорит, быть может, как выглядит, как держится, но сам съемочный процесс остается тем же.