Пенсионный советник

В Канне не только дедушки

Во Франции открывается Каннский кинофестиваль

Антон Долин 16.05.2012, 10:35
__is_photorep_included4585113: 1

Во Франции открывается Каннский кинофестиваль — мировой киносмотр номер один, крупнейший кинорынок и ярмарка тщеславия, регулярно дающая ответ на вопрос об киноожиданиях года.

Есть режиссеры, достигшие высшей точки карьеры, но на пенсию идти не готовые. Именно в этом положении находится Михаэль Ханеке с его новой картиной «Любовь». За прошлый опус «Белая лента» он сперва получил заслуженную «Золотую пальмовую ветвь» из рук Изабель Юппер, а затем эта картина на нескольких «еврооскарах» была признана фильмом года. Новое кино Ханеке о романе престарелых супругов-музыкантов разыгрывают былые суперзвезды европейской кинолирики, Жан-Луи Трентиньян и Эмманюэль Рива. Обоим за восемьдесят. Мелькнет и непременная Юппер в небольшой роли дочки, но это кино все-таки не про нее, а про другую пианистку.

Как превзойти собственный рекорд, что может стать пронзительней ледяной трезвости «Белой ленты», ее беспощадности и безграничного сострадания? Это вопрос.

Высшая точка Кена Лоуча была чуть раньше и тоже отмечена каннской «пальмой»: многие его картины после «Ветра, который качает вереск» были откровенно проходными. Вернется ли в строй британский ветеран гуманистического соцреализма с «Долей ангела», снятой при участии непрофессиональных актеров? И на каком свете сейчас еще один «пальмоносец», крестный отец иранского неореализма Аббас Киаростами, после «Вкуса черешни» увлекшийся формалистическими экспериментами? Сняв в Италии изысканную историю псевдолюбви «Заверенная копия», он отправился в Японию,

где сделал кино о встрече зрелого мужчины и студентки-проститутки — оно называется «Как будто влюблен».

Совсем непонятно, чего ждать от Алена Рене, 89-летнего патриарха, по последним камерным комедиям которого никак не восстановить монументальной поэзии фильмов «Хиросима, моя любовь» и «В прошлом году в Мариенбаде». Новый опус носит вызывающее название «Вы еще ничего не видели», в основе сценария лежит вечно прекрасная «Эвридика» Жана Ануя.

Тем, кто моложе, еще сложнее. Мизантропа Ульриха Зайдля многие всерьез считают гением, но два игровых фильма этого австрийского джентльмена, «Собачья жара» и «Импорт/экспорт», культового статуса так и не обрели, а его документальные шедевры остаются достоянием немногих. Рядом с именитым соотечественником Ханеке в одном конкурсе ему придется нелегко, а у них еще и фильмы к тому же называются почти одинаково, правда, зайдлевский «Рай: любовь» снят на иную тему — о сексуальном туризме.

Вдобавок у Зайдля трудная история отношений с нынешним президентом жюри Нанни Моретти.

Однажды тот уже воспротивился награждению «Собачьей жары» главным призом, будучи во главе венецианской судейской комиссии, и предпочел ей благодушную индийскую комедию.

Из других любителей жесткостей — соучредитель датской «Догмы-95» Томас Винтерберг, сразивший Канн полтора десятилетия назад своим дебютом «Торжество», посвященным деконструкции буржуазной семьи. Те же темы возвращаются на новом уровне в картине «Охота», где главную роль сыграл секс-символ скандинавского кино Мадс Миккельсен.

Остальные режиссеры среднего поколения — француз Жак Одиар, итальянец Маттео Гарроне, румын Кристиан Мунджиу, таец Апичатпонг Вирасетакун — получали в Канне серьезные авансы: у двух первых по Гран-при, у вторых по «Золотой пальмовой ветви». Пришло время платить по счетам и как-то возвращать кредит доверия. Пока что трейлер одиаровской мелодрамы о парализованной дрессировщице косаток «Ржавчина и кость» выглядит подозрительно сентиментально. А синопсис драмы «За холмами» Мунджиу намекает на ту же сюжетную структуру, что и в его нашумевших «4 месяцах, 3 неделях и 2 днях»:

в новом фильме румына две подруги выясняют, кто чего стоит, в стенах монастыря.

Гарроне после «Гоморры» продолжает срывать покровы с современной итальянской реальности: собственно, его фильм о телевидении так и называется — «Реалити». Духовидец Апичатпонг скромно выступает вне конкурса с часовым фильмом-эссе «Отель «Меконг».

В той же внеконкурсной программе «Ты и я» — первый за долгие годы опус великого Бернардо Бертолуччи. Он снова, как и в «Мечтателях», снял юных актеров-дебютантов в истории о пробуждении и воспитании чувств.

С возрастом мэтр все пристальнее исследует психологию молодости, но старческого брюзжания в этом не чувствуется. Полон энергии и канадский корифей Дэвид Кроненберг, чей провокационный манифест XXI столетия «Космополис» должен сменить размеренную декадентскую летаргию недавнего «Опасного метода».

В экранизации нашумевшего романа Дона Делилло о молодом миллиардере и его манхэттенской одиссее главную роль сыграл Роберт Паттинсон.

В Канне новую актерскую жизнь попытается начать не только эта звезда «Сумерек», но и его партнерша Кристен Стюарт, сыгравшая в долгожданной киноверсии культового романа Джека Керуака «В дороге», которую осуществил бразилец Вальтер Саллеш.

Каннская программа обещает многое. Для поклонников американского кино в конкурсе — «Газетчик» модного Ли Дэниэлса (с невероятной Николь Кидман в роли женщины легкого поведения) и «Мад» Джеффа Николса, чье сюрреалистичное «Укрытие» стало мини-сенсацией прошлогоднего Канна. Для взыскательных любителей австралийского кинематографа — криминальные картины Джона Хиллкота «Вне закона» (опять по сценарию Ника Кейва) и Эндрю Доминика «Ограбление казино» (опять с Брэдом Питтом). Ну а для фанатов Азии — картины тезок-корейцев Има Сан-Су и Хона Сан-Су. Фильм Има, известного броскими жанровыми экспериментами, называется «Вкус денег», а зараженный европейской хандрой западник Хон снял в своей ленте «В чужой стране» саму Изабель Юппер.

Наиболее интересных сюрпризов стоит ждать от режиссеров, отрицающих каждым своим фильмом любые известные науке категории.

Леос Каракс снял картину с безумным заголовком «Holy Motors» после тринадцатилетнего молчания; до сих пор не умолкают споры о том, была ли его предыдущая работа «Пола Икс» нерасшифрованным откровением или претенциозной лабудой и что имел в виду гений-затворник едкой короткометражной киношуткой «Дерьмо». В главных ролях рядом с альтер эго Каракса, фактурным акробатом Дени Лаваном, засветились Ева Мендес и Кайли Миноуг. Вне общих игр и тенденций наш строгий соотечественник Сергей Лозница, осмелившийся затронуть древние этические противоречия в экранизации Василя Быкова «В тумане».

Военные эпизоды предыдущей игровой ленты именитого документалиста, «Счастья моего», уже повлекли за собой обвинения в русофобии и прочих страшных грехах. Лозница продолжил, судя по всему, в том же духе.

Отдельная интрига связана с мексиканцем Карлосом Рейгадасом. Каждый из его предыдущих фильмов — «Япония», «Битва на небесах», «Безмолвный свет» — вызывал в Канне как восторги, так и возмущение, за режиссером закрепилось амплуа непризнанного гения, и его новая работа «Post Tenebras Lux» может оказаться весьма вероятным претендентом на «Золотую пальмовую ветвь» этого года: он один из немногих конкурсантов, которых Канн еще может «открыть» для более или менее широких зрительских масс. Хотя и наш Лозница в том же положении, а русское кино о Второй мировой на фестивалях ценят особенно высоко: ведь «Иваново детство» получало главный приз в Венеции, «Восхождение» — в Берлине, а «Летят журавли» — в Канне. Так что на сей раз есть реальный смысл болеть за наших. Разумеется, для тех, кто готов считать «нашим» Лозницу.