Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Народный изгнанник

01.10.2015, 12:52

Владислав Иноземцев о том, почему власть в России выбирают одни, а забирают — другие

Президент подписал указ о прекращении полномочий главы Коми Вячеслава Гайзера «в связи с утратой доверия». Неделей раньше Псковское областное Собрание депутатов лишило полномочий депутата Льва Шлосберга, и это событие получило в стране широкий — но, как мне кажется, явно недостаточный резонанс. В последнее время мы слишком привыкли к тому, что избирают у нас одни, а расправу вершат другие, а если и задумываемся на этот счет, то в категориях «несправедливости» — а не «неправомочности».

Между тем носителем суверенитета в его современном понимании является народ — то есть граждане той или иной страны, в том числе и Российской Федерации. Народ имеет право осуществлять власть в государстве через своих представителей. Попытки лишить его этого права или «исправить» неточности в волеизъявлении граждан неконституционны. И я убежден, что

расширяющая практика «прекращения полномочий», «отрешения от должностей» или «утраты доверия», кто бы ни выступал ее инициатором и проводником, подрывает основы российской государственности.

Избранное гражданами лицо имеет в демократическом обществе особый статус — чем он ниже и обыденнее, тем авторитарнее и антидемократичнее общество. Мы давно и привычно боготворим президента, наделенного всенародной поддержкой, — но забываем, что депутаты и мэры, а теперь снова и губернаторы обладают равной легитимностью, которую следует уважать не меньше.

Между тем только за последние два года в России лишились своих постов (или депутатской неприкосновенности) ряд депутатов Госдумы (в их числе Г. Гудков, В. Бессонов и И. Пономарев), несколько губернаторов и мэров, десятки депутатов областных и городских, и сотни — муниципальных законодательных органов. Я уже не говорю о членах Совета Федерации, назначаемых и освобождаемых как захочется власти, причем так, что независимых и заметных людей в их числе становится все меньше.

Характерно, что

перечень оснований для лишения депутатов полномочий согласно ст. 18 регламента Думы вообще является закрытым документом — что, согласитесь, несколько странно для демократической страны.

Такая практика приводит к эрозии доверия к политической элите России, которая в условиях весьма «суверенной» демократии и так-то не может похвастать основательной легитимностью.

Я, разумеется, не утверждаю, что в депутатский корпус или в число губернаторов и мэров не могут попасть люди, не заслуживающие там находиться (напротив, уверен, что их число и сейчас зашкаливает за все мыслимые пределы). Я лишь считаю, что практика прекращения их полномочий должна быть формализована и регулироваться прозрачными процедурами.

Прежде всего, следует напомнить, что выборный статус дает его обладателю право неприкосновенности — и только граждане, избравшие депутата на этот пост, могут лишить его полномочий. В огромной массе стран действует именно эта норма. Даже в Советском Союзе, согласно закону «О статусе народных депутатов в СССР» от 21 декабря 1989 года, полномочия депутата могли прекращаться Советом в случае избрания или назначения на должность, несовместимую с выполнением депутатских обязанностей, или в связи с уже вступившим в законную силу приговором суда. В последних отставках нет ни первого, ни второго основания.

С самой неприкосновенностью у нас еще хуже: можно вспомнить Антонио Негри, обвиненного в похищении Альдо Моро и в период предварительного заключения в июне 1983 года избранного в парламент Италии: его немедленно освободили.

Если политические оппоненты обнаруживают изъяны в работе коллеги или злоупотребление его депутатским статусом, они могут запустить механизм отзыва депутата, но не более того — что также предусмотрено во многих странах, в том числе и в России.

Замечу: эта практика используется во всех зрелых демократиях: например, в Америке в среднем в год происходит 150–170 таких голосований на разных уровнях власти, в то время как за всю историю США голосами депутатов из сената и палаты представителей были изгнаны лишь 15 и 5 человек соответственно. Из которых 14 и 3 лишились мест из-за «предательства» в годы Гражданской войны 1861–1865 годов.

Кроме того, необходимо существенно изменить и практику отрешения от должности губернаторов и мэров городов. Пока гражданин России не осужден судом, он не является преступником — и сейчас таковыми не являются ни губернатор Коми Гайзер, арестованный пару недель назад, ни мэр Ярославля Урлашов, проведший в СИЗО уже более двух лет. Вероятно, в 2004–2012 годах еще имелась какая-то логика в том, что президент имел право отрешать от должности губернаторов, которых он неформально же и назначал, — но в наши дни такая практика вряд ли может продолжаться.

Тот же Гайзер получил поддержку почти 325 тыс. человек (79% избирателей) на выборах год назад — и правильнее было бы, если его отставка случилась в результате либо отзыва, либо голосования в совете законодателей Коми. Да и не факт, что она должна случиться — до суда могут пройти годы, и его результат не стоит предсказывать заранее.

Обращаясь к примеру США, можно вспомнить, что в самом громком скандале последних лет с участием губернатора (губернатора Иллинойса Благоевича, пытавшегося продать освободившееся место Обамы в сенате США) фигурант был задержан на несколько часов и выпущен под залог в… $4500, после чего вернулся на свое рабочее место, которое освободил лишь через месяц в результате импичмента со стороны законодателей штата. А осужден был через три года, в течение которых оставался на свободе. На мой взгляд, это правильный порядок вещей — по крайней мере, в стране, где уважается местное самоуправление, ни оперуполномоченные не могут годами держать в тюрьме избранных мэров, ни президент не имеет права отрешать от должности тех, кого он не назначал.

Наконец, не менее важным является усиление роли судебного начала при рассмотрении спорных ситуаций.

Очень часто в российской практике «коллеги»-депутаты лишают полномочий неугодных им граждан на основании, мягко говоря, малопроверенных, а порой и фальсифицированных документов.

Так, например, в 2014 году своего депутатского статуса лишился заметный московский оппозиционер и депутат муниципального совета «Тропарево-Никулино» Владимир Гарначук, обвиненный в нарушении закона о статусе депутата в связи с якобы приобретенным им гражданством Молдавии. Несмотря на то что компетентные органы этого государства позже неоднократно подтверждали, что бывший депутат не является его подданным, российский суд ничего не сделал для восстановления его ущемленных прав.

Я в этой ситуации предложил бы еще более радикальный шаг: если до момента оглашения результатов голосования не наличествует причин для отказа от признания полномочий депутата, их обнаружение в будущем не является основанием для его отзыва (если таковые не появились в период депутатства). В целом же, я считаю, права избранных должностных лиц необходимо четко гарантировать и жестко соблюдать — противное есть не что иное, как пренебрежение силовиков и высшего эшелона российской федеральной власти к воле россиян, выраженной ими на выборах, — или, выражаясь менее политкорректно, узурпация власти.

Сегодня в Россию постепенно начинает «возвращаться политика»: восстановлены выборы губернаторов, конкуренция на региональном уровне начинает расти, заметна подготовка к думским выборам 2016 года. Население, получающее реальную возможность выбирать, готово активизироваться (вовсе не случайно во втором туре выборов губернатора в Иркутской области явка оказалась в 1,3 раза выше, чем в первом). В такой ситуации статус выборных лиц должен быть незамедлительно укреплен.

Предложения первоочередных шагов в этом направлении просты:

Во-первых, необходимо в полной мере восстановить неприкосновенность избранных должностных лиц: до вступившего в силу приговора суда в отношении них они не могут арестовываться или заключаться под стражу. У того же Благоевича в день задержания изъяли паспорт, и не более того. И это должно относиться ко всем без исключения избранным на свои должности гражданам.

Во-вторых, необходимо немедленно отменить практику прекращения полномочий депутатов по решению тех органов законодательной власти, в которых они состоят. Прекрасно видно, что

этот механизм превратился в механизм унизительной политической расправы над теми, кто достаточно смел, чтобы иметь мнение, отличное от мнения большинства, тогда как в его наличии и состоит суть парламентаризма.

В-третьих, нужен совершенно новый закон о процедуре отзыва депутатов, мэров и губернаторов: следует упростить процедуры по созданию инициативных групп по организации отзыва, формализовать механизм сбора подписей в поддержку таких инициатив и исключить избирательные комиссии из механизма принятия решения о назначении голосования. Тогда, весьма вероятно, мы увидим совсем иной список тех, чье место окажется под угрозой, чем ныне существующий «лист ожидания».

Если сегодня — до выборов 2016 года — не предпринять никаких давно назревших мер, по-прежнему позволяя правящей группе «зачищать» оппозицию на трех уровнях: сначала отсеивая допущенных до голосования кандидатов, затем курируя сами выборы, а после них выбраковывая нелояльных силами их же коллег или правоохранительных органов, — то российская власть имеет все шансы утратить легитимность в глазах собственных граждан. А что можно представить хуже этого?