Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Политмыло

08.04.2008, 18:34

Весной хочется писать о чем-то свежем и светлом. Мучительно вглядываюсь в телеящик, ищу соответственные возвышенным желаниям темы и не нахожу. Премьер в нынешнем телесезоне крайне мало, а те, что есть, оснащены непременным развлекательным подтекстом. Даже серьезный автор Лев Николаев, столп научно-популярного ТВ, автор блистательного документального сериала «Братство бомбы», облачил свою новую работу «Код жизни» в пестрые одежды. Желание сделать серьезный разговор о генетике общедоступным привело его к некоторой фальшивости тона, клиповому мельтешению кадров, избыточному видеоряду, назойливому использованию масок, актеров и прочих «адаптирующих» средств.

Что уж говорить о других новинках? Они привычно располагаются в чудесном диапазоне между программами «50 блондинок» и «25 красавиц шоу-бизнеса». Расфасовка звезд по номинациям – дело нехлопотное, нареки Фриске Клеопатрой, Светикову — Эсмеральдой русской сцены, Ветлицкую – Гретой Гарбо, Марлен Дитрих и Любовью Орловой наших дней — и готов проект. Никакого креатива — одни заимствования. Зато есть телевизионная сфера, где никто не сможет оспорить наше первородство. Имею в виду жанр политического мыла. Только здесь имеется богатство оттенков и нюансов.

На минувшей неделе давали пьесу про НАТО. Пьеса одна на всех, а какие разные спектакли разыгрываются на разных каналах! Актеры великолепные. Вячеслав Никонов («Судите сами») очень убедителен в роли государственного мужа. Брови нахмурены, в глазах печаль, тяжелая морщина пролегла на челе. И есть от чего: отечество в опасности, «приближение НАТО к российским границам создает угрозу существования нашего государства». Ему, правда, не удалось ответить на простенький вопрос Александра Коновалова «Кто-нибудь стал хуже спать из-за вступлениия в НАТО Чехии и Польши?», да и не в конкретике дело, а в общем пафосе. Когда речь заходит о пафосе, тут первая звезда — Наталья Нарочницкая. Печется об общем благе, да так искусно, что даже программу «Национальный интерес» способна приспособить под свои интересы. Не только про НАТО всю правду расскажет, главная цель которого — «сохранить дух «холодной войны», но и про себя. Нарочницкая, оказывается, в Париже, где она чего-то возглавляет, не дремлет, а «расширяет понятийный аппарат в области демократии и прав человека», а также осуществляет диалог между Россией и Западной Европой. А еще она презентует какой-то фонд, а еще едет в Косово – одним словом, берегись НАТО!

Политическое мыло – интереснейшее явление. Оно возникло в наших широтах почти одновременно с мылом латиноамериканским. Последнее стало лучшим транквилизатором для постперестроечного электората, измученного коллективным неврозом. Дощатые шестисоточные дачи срочно переименовывались в фазенды, школьницы мечтали быть похожими на рабыню Изауру, актриса Вероника Кастро обрела статус национального мифологического героя ранга Чапаева. Одновременно с душистой заморской экспансией набирало силу отечественное политическое мыло. Начало явлению, не знающему аналога в мировой практике, положили прямые трансляции заседания Верховного Совета СССР. Разоблачительные речи Юрия Карякина давали не меньший рейтинг, чем печальная судьба просто Марии. Постепенно политмыло превращалось в телевизионный мейнстрим. Расцвет жанра пришелся на слом календарных и президентских эпох. Победу Путину ковали талантливые мефистофели от пропаганды вроде Доренко с Невзоровым, собиравшие максимальную зрительскую аудиторию. После пика начался спад. Внутренние информационные войны закончились. Вскоре, однако, «дар упрощенного толкования» (формула философа Эрика Фромма), этот питательный раствор политмыла, снова стал востребован. Только теперь он направлен не на внутренних врагов по причине их тотальной зачистки, а на внешних.

В политическом мыле случаются самые неожиданные мизансцены. Взять хотя бы Андраника Миграняна. Нежный, ранимый человек, а как великолепно держит удар! Во «Временах» милая женщина Ирина Кобринская, аналитик, одна из тех смельчаков, кто способен иронично и здраво рассуждать о «руке США», обозвала его прокремлевским политологом. Мягкая улыбка сразу покинула Миграняново лицо: «Я пророссийский политолог. Есть разница между Кремлем и Россией». Наверное, есть. Только на ТВ она не всегда заметна. Украинский парламентарий Анатолий Гриценко, приставленный Константином Затулиным «К барьеру!» за все то же НАТО, нервно спрашивает оппонента: как долго вы будете дурачить свой народ стереотипами пропаганды 70-х годов? Наивный человек. Хочет услышать ответ, не дает Затулину привычно увязнуть в штампах.

Но Затулина так просто со столбовой дороги не свернешь. Да и сворачивать некуда – политмыло держится исключительно на стереотипах и штампах, навязанных телевидением общественному сознанию. А еще на отработанной специальной интонации: для США и Запада — агрессивной с вкраплениями хамства, для бывших советских республик — снисходительно-угрожающей. Даже такой специалист по «расширению понятийного аппарата», как Нарочницкая, не стесняется в выборе лексики, а рубит сплеча: на Украине отчетливо прослеживается комплекс неполноценности младшего брата.

Гриценко тонко уловил главную особенность российских общественно-политических программ. Исчерпав все аргументы в программе «К барьеру!», он снайперски определяет формат дискуссии: «У вас опять недержание». «У нас это называется полемика», — гордо парирует Затулин. В конце концов, все на свете — вопрос терминологии.