«Там если мужик, то либо шахтер, либо вор»
Сегодня Воркута «наполовину состоит из шахтерских кладбищ», как с грустью описывают ее жители. С советских времен город окружен знаменитым «кольцом» — дорогой между шахтами и поселками, что выросли вокруг них. Когда-то в Воркуте было 13 шахт. Труд там считался тяжелым, но люди со всей страны приезжали за «длинным рублем». Воркутинский шахтер столько получает, что может слетать в Москву за пивом и вернуться обратно, гласила известная байка.
С развалом СССР шахты одна за другой закрылись, поселки опустели. На плаву остались единицы, среди них — «Северная».
«Там добывали очень ценный уголь, потому шахта считалась самой крутой в городе. Добытый уголь отправляли на экспорт. Такого угля больше нет нигде в мире. Он отливает серебром, подходит для выплавки стали», — объясняли журналистам местные.
Они же поговаривали, что воркутинский уголь «самый взрывоопасный». Порой аварии случались и на «Северной». В 1964 году здесь погибли 17 рабочих, затем 2000-й год — 12 смертей; 2011-й год — двое погибших.
«Когда муж уходил на работу, я никогда не была уверена, вернется он или нет. Боялась телефонного звонка, не спала ночами. Такой страх преследует всех жен шахтеров», — признавались родные тех, кто работал на «Северной».
Труд шахтеров оставался сложным и опасным, а вот зарплаты в новой России перестали быть заоблачными. Но и выбора особо не появилось. У всех кредиты, ипотеки, дети. А на шахтах все равно платят больше, чем где-то еще, да и работа стабильная.
«Это же Воркута, там если мужик, то либо шахтер, либо вор», — напишет кто-то под фотографией в ВК одного из шахтеров, что погибнут на «Северной» в 2016 году. В истории шахты это будет последняя и самая страшная авария.
«Летела пыль, железки, и мы летели»
Взрыв произошел на «Северной» в четверг, 25 февраля около 14:30. Под землей на глубине 780 метров в этот момент находились 111 человек. Люди начали подниматься наружу, по тревоге выехали спасатели. Спустя примерно час после первого начались новые взрывы, в шахте вспыхнул пожар.
Недалеко от входа спасатели нашли и вытащили шахтера со сломанными ребрами. Кроме него на поверхность смогли выбраться 80 человек. Многие надышались угарным газом, хотя на такие случаи у шахтеров есть специальные «самоспасатели».
«Его хватает на час ходьбы спокойным шагом. Предполагается, что за это время ты должен выйти на свежую струю. А если не успеешь, то значит, ты умер, задохнулся», — объяснял после трагедии на «Северной» депутат горсовета Воркуты Константин Пименов, сам работавший на местных шахтах.
Позже выяснилось, что шахтеры боялись использовать «самоспасатели». За это их могли оштрафовать на несколько тысяч. Прибор разрешали применять только если звучит аварийная сирена. На «Северной» она не сработала.
«Так и шли шахтеры к выходу с самоспасателями на груди, дыша угарным газом», — описывали журналисты со ссылкой на одного из выживших, шахтера Евгения Гуренко.
К вечеру пятницы в шахте обнаружили четыре трупа. Пропавшими оставались 26 человек. Официально их не признавали погибшими.
«Я вам врать не буду… спасти шансов нет. Людей туда посылать – на верную смерть», — так, по словам шахтеров, заявил родственникам вечером 27 февраля начальник спасотряда.
Однако работы под землей продолжались. Выживших уже не искали, но пытались потушить горение.
«Это самая большая шахта объединения, она давала четверть самого ценного жирного угля, который здесь добывается, и восстановление ее работы для нас — это крайне важный вопрос», — подчеркивал главный хозяин «Северной», бизнесмен Алексей Мордашов.
В ночь на 28 февраля вниз спустились очередные спасатели.
«Проверили газовую обстановку, все было хорошо, мы шутили, подбадривали друг друга… И тут произошел взрыв. Это доля секунды буквально. Летела пыль, железки, и мы летели», — вспоминал спасатель Спартак Кузьмин.
Погибли пятеро спасателей, а вместе с ними один шахтер. Последний не должен был там находиться, но простых горняков тоже привлекли к ликвидации аварии.
«Слышал, как некоторых начальники уговаривали [спуститься], как пристыживали… Ну, а че вы, парни, ну е-мое, общее дело делаем, шахту восстанавливаем», — пересказывали журналистам члены спасательного отряда.
После этого все работы свернули. Утром 28 февраля владелец шахты, компания «Воркутауголь» (входит в «Северсталь» Мордашова) объявила, что на «Северной» не могло остаться живых. Общее число жертв составило 36 человек — до сих пор это самая крупная по числу погибших авария на шахтах Воркуты.
«У нас на шахтах русская рулетка»
«Какое-то целое метановое облако прошло. Причем оно пришло одномоментно…Произошла какая-то аномалия», — сформулировал весной 2016-го причину взрывов на «Северной» глава Ростехнадзора Алексей Алешин. Так он объяснил случившееся президенту России. Эту фразу ему долго будут припоминать. В Воркуте ее восприняли как издевательство. Потому что о том, что в шахте «идет метан», здесь давно знали. Знали и начальники, и простые рабочие. Шахтеры, приходя домой, жаловались на это родным.
«О превышении нормы метана все были в курсе. Вечером, за день до трагедии, муж признался мне: «Викуш, мы работаем на грани жизни и смерти. У нас метан зашкаливает», — говорила жена одного из погибших, Виктория Прасолова.
Взрывоопасный газ образуется в угольных пластах и выделяется при добыче. Если его концентрация превышает 2%, электричество должно автоматически выключиться, горняков выводят на поверхность, а загазованный участок «проветривают». Но «Северная» не прекращала работу ни на день.
«Людей завязали: и начальство, и руководство, у всех зарплата зависит от объема. Чем больше наковыряешь, тем зарплата выше. А если ты будешь работать по правилам безопасности, то, соответственно, не будет заработка», — пояснял бывший шахтер Владимир Жарук, работавший в Воркуте на шахте «Воргашорская» (в 2013 году из-за взрыва метана на ней погибли 19 человек).
После гибели людей на «Северной» в интернете широко разошелся пост дочери одного из умерших (сейчас оригинал удален). Она выложила в соцсетях фото датчиков, показывающих превышение концентрации метана, и заявила, что они сделаны на «Северной» еще 11 февраля 2016-го. Также девушка написала, что до аварии датчики постоянно «шкалили», шахтеры жаловались, но недовольных просто переводили в другие места.
«Все всё знали и думали, что пронесет… Начальство просило прятать (скрывать) датчики… Правду тут никто не скажет, у всех кредиты, семьи, и все боятся потерять работу… Люди с шахты сейчас ездят по рабочим с бумагами, на которых сведения о датчиках, что все было в норме, и просят подписывать», — рассказала девушка.
«Мой Ромка лично подходил к высокому руководству, твердил ему про метан… Шахтерам велели заклеивать датчики, класть их на землю, чем-то накрывать, чтобы не пищали. Так и приказывали: «Что хотите делайте с датчиками, но в шахту вы обязаны спуститься», — подтверждали жены погибших.
Мордашов на фоне трагедии заявлял через СМИ, что в технику безопасности вложены большие средства, и показатели датчиков технически невозможно подделать. Предприниматель настаивал, что приборы опломбированы, ими «трудно манипулировать», и их нельзя как-то «закрыть». В то же время он отмечал, что нарушения на шахтах действительно происходят «при попустительстве людей самого разного уровня».
«К сожалению, наши умельцы демонстрируют большие таланты», — высказался олигарх на встрече с родными и шахтерами в Воркуте 28 февраля (ее записал на диктофон один из участников).
Сами шахтеры называли журналистам три всем известных способа подделать показатели: опустить датчик ниже к земле, перевесить ближе к свежей струе или «немножко замазать патрон», через который поступает воздух. Говорили и то, что пытались под разными предлогами приостановить работу на «Северной», потому что «становилось страшно».
«Но начинались звонки сразу сверху: «Что стоим?», «Будете писать объяснительную». Мы им: газ. Они: «У нас все нормально», — вспоминал горнорабочий Андрей Пирогов, работавший на участке, где произошел первый взрыв.
«У нас на шахтах русская рулетка. Деньги победили страх смерти», — резюмировал депутат Валентин Копасов, проведший десять лет на воркутинских шахтах.
«А эти люди будут наказаны?»
После трагедии в Воркуте боялись, что за аварию никто не ответит. В городе говорили, что также было после взрыва на шахте «Воргашорская» — человека, который отвечал на ней за безопасность, просто перевели на «Северную».
«А эти люди будут наказаны?... Вы в курсе, что такая ситуация почти на всех шахтах Воркуты? Везде газ, везде давление. Вы об этом знаете?» — кричали горожане на встрече Мордашову.
Следственный комитет после трагедии на «Северной» возбудил дело по статье о нарушение требований промышленной безопасности на опасных производственных объектов (ст. 217 УК). В конце 2016 года начались задержания. Выявили «группу руководящих работников» из руководства «Воркутауголь» и «Северстали», которые систематически передавали взятки надзорным органам.
«Все это делалось ради одного: повышения рентабельности шахт», — указывал следователь по особо важным делам республиканского управления СКР Алексей Артеев.
Всего привлекли 12 человек, включая технического директора «Воркутауголь» Дениса Пайкина и директора шахты Михаила Тимофеева. Расследование тянулось несколько лет, в деле накопилось 392 тома. В итоге следствие установило то же, о чем сразу рассказали местные жители — на шахте систематически нарушались требования «по проветриванию горных выработок».
В частности, из строя специально вывели систему, которая должна была автоматически выключать электричество после превышении метана. По версии СК, это сделал электрослесарь Денис Федюков. В 2022 году его приговорили к 3,5 годам лишения свободы.
Двое фигурантов не дожили до суда. Один из них покончил с собой в камере после ареста — главный государственный инспектор Воркутинского отдела госинспекции труда в Коми Петр Гильц. «Лента.ру» писала, что во время обысков мужчина случайно узнал, что его сын наркоман, и это его добило.
Самый большой срок получил бывший командир горноспасательного отряда Леонид Лобков. По версии СК, он брал деньги, чтобы закрыть глаза на происходящее в шахте. За взятку в 900 тыс. руб. Лобкова осудили в 2018 году на семь лет колонии. В том же году приговор выслушал экс-глава Ростехнадзора в Коми Александр Гончаренко. Суд назначил ему пять лет колонии за взятку в 800 тыс. руб.
Остальные фигуранты были осуждены только в 2022 году. Технического директора «Воркутауголь» Пайкина осудили на 2,5 лет лишения свободы, директору шахты Тимофееву — на 4 года 8 месяцев. Сроки других участников разбирательства варьируются от 4,8 до 2 лет 10 месяцев.
Лишь один обвиняемый относился к «Северстали» — генеральный директор «Северсталь Менеджмент» Вадим Ларин. Осенью 2016-го он сбежал с семьей в Лондон. Свидетели утверждали, что это он руководил системой взяток, но Великобритания отказалась выдать мужчину российским властям.
Саму же «Северную» в Воркуте не удалось сохранить. Пожар на ней так и не потушили, и шахту затопили. В мае 2016-го в нее залили 5,6 млн кубометров воды.
«Затопить шахту — значит, похоронить ее», — подытожили местные.
