Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Света Бахмина из нашей школы

17.10.2008, 16:56

Каждому человеку в нашей стране рано или поздно придется уткнуться в это. В ненависть сограждан. Моя подруга Ольга Калашникова, написавшая письмо президенту Медведеву в защиту своей одноклассницы Светланы Бахминой, с этим столкнулась. Вор должен сидеть в тюрьме, говорят многие люди. В интернете и так. Они уверены, что лучше ненавидеть, чем любить.

Знаете, «ашки» вечно дружат против «бэшек». Мы тоже в это играли. До тех пор, пока детство не закончилось. Дело в том, что мы из параллельных классов. Бахмина училась в классе «Б», я училась в классе «А».

Я все думала — как сказать, что написать, чтобы не было лишнего, зряшного, бессмысленно-позерского и вредного для конкретного страдающего человека. Не абстрактного вора, который должен сидеть в тюрьме, а для Светки Бахминой, которая училась в классе «Б», пока я училась в классе «А». Я думала, что написать, если Ольга Калашникова, подруга и одноклассница, уже все сказала. Она ее хорошо знает. А я толком про Бахмину ничего и добавить не могу. Обычная московская девочка, каких, может, сотни тысяч было и есть. Не помню ничего особенного за ней — ни злодейств, ни искрометностей. Помню, что была она очень скромная, улыбчивая и незлая. Не то чтобы трибун или заводила. Девочка как девочка. Каре и челка на глаза. Щеки круглые. Школьная коричневая форма. Знаете, у нас школа была из серии «алло, мы ищем таланты», и очень много достойных людей в этой школе обнаружилось. Например, Максим Галкин. Но Максим еще и тогда отличался — хорошо пародировал директора. А Светка Бахмина прошла тихо, скромно, незаметно.

Таких в нашей школе не очень отмечали. Любили ярких, дерзких. Зато учили хорошо. Почти стопроцентное попадание в институт. Отсюда юрфак МГУ. И этот ЮКОС несчастный. Но это не моя тема. Я не буду писать о юридической стороне дела. Я мало про это знаю. И не буду говорить о правозащитном аспекте. Есть другие люди. Мне важно про судьбу человека. Про то, как она разворачивается в наших обстоятельствах.

Вы правда понимаете, что ЮКОС этот — случайность? Это мог быть «ЛУКойл», «Роснефть», ОНЭКСИМ, Альфа-банк. Я не в том смысле, что кто-то в этих уважаемых структурах в чем-то виноват, я в том смысле, что Светка Бахмина могла устроиться в любую из этих контор юристом и тогда все сложилось бы иначе. Но она устроилась в ЮКОС. К сожалению.

И радовалась, небось, что так все хорошо вышло. Я не знаю, я ее после школы не видела. Просто догадываюсь. Я кое-кого из работавших в ЮКОСе знала. Они радовались, что зарплата хорошая и компания достойная. А потом выяснилось, что все не так. Компания недостойная. Не сложилось. Все плохо. И многие тогда порадовались, что они-то как раз в другие компании устроились.

Если бы кто-то лет 20 назад мне сказал, что Бахмина будет сидеть в тюрьме, я бы подумала — сумасшедший.

Вот, говорят, воровала. Я понимаю, в это сложно поверить, но из выпускников нашей школы никто не вышел в крупные капиталисты. Из девочек, во всяком случае. Ни у кого капитала нету. Мы как раз думали, что это недостойно — обманывать, класть себе в карман, спекулировать. Нас учили, что надо много и хорошо работать. Не представляю, как Бахмина умудрилась научиться в нашей школе чему-то другому. Вы спросите: а как же она тогда в тюрьме оказалась? Я не знаю, я не юрист, просто училась в классе «А», пока Света училась в классе «Б». Но я знаю: законодательство несовершенно. Особенно в России.

У меня в голове все время вертится фраза из фильма Рязанова «О бедном гусаре замолвите слово». Помните, граф Мерзляев — Басилашвили, приехавший проверять благонадежность полка и устроивший грандиозную подлость, говорит арестованному актеру Бубенцову: «Господи! Как это получается? Обыкновеннейшие мещане, обыватели, вдруг становятся врагами Отечества». Гениальный сюжет у Рязанова: ход вперед, два назад, и вот твой дом — тюрьма. Актер Бубенцов — Леонов отвечает: «А вы от имени Отечества не выступайте. Оно само разберется, кто ему враг, а кто друг. Со временем...»

Это я к тому, что ученики из класса «Б» не меньше любят Отечество, чем ученики из класса «А».

Еще я думаю, как обстоятельства разделяют людей на ненавидящих и ненавидимых. Я уважаю посыл правозащитников, но знаете, что меня настораживает? Что они во всяком действии власти видят злой умысел. А я, может, ничего не понимаю, но не вижу. Вот я смотрю на Путина, которого только ленивый не обозвал ледяным, бесчувственным, не способным к сопереживанию. А я так не думаю. Честно. Я смотрю на его фото с тигренком и вижу человека, который радуется, загорается, любит. Живет и чувствует. Нормальный живой человек. Но вы попробуйте, будучи живым и нормальным, быть президентом или премьер-министром. Ужас. Правда, ужас. Здесь на культурное мероприятие придешь, так не заснешь потом после встречи с ньюсмейкерами. А политика с экономикой, там какие персонажи?

Жизнь беспощаднее любого рефери разводит людей по разные стороны. Враг — друг, предатель — союзник, вор — государственный деятель.

В интервью Акунину Ходорковский много говорит про государство и гражданское общество, про баланс государственных интересов и личных свобод. Например, в Канаде холоднее, чем в США, поэтому экономической свободы там меньше, чем в Штатах, объясняет он. Это очень важный момент. Человек, видящий страну из тюрьмы, а не из кабинета с окнами на Садовое кольцо, вдруг рассуждает как государственник. Хотя я, возможно, чего-то не поняла. Я всего лишь про судьбу человека. Женщины.

Сложись жизнь по-другому — Света Бахмина могла бы работать в президентской администрации и достойно выполнять свою работу. Честное слово, она была бы хорошим сотрудником. Откуда я знаю? Просто потому, что она училась в классе «Б», а я в классе «А», нас одному и тому же учили. Это я не к тому, чтобы подвергнуть сомнению кадровую политику или чистоту рядов, боже упаси, я к тому, что иногда человек просто садится не в свой вагон. А поезд уже едет в Мордовию. Все же знают — от сумы и от тюрьмы…

Вы скажете: к чему все эти сопли? Вор должен сидеть в тюрьме. Да, он должен. Я готова на лопатки. Но это не он, это она. Женщина.

В этой стране мужчины все решают и будут решать еще долго. История с ЮКОСом — это мужская драка. Дрались деньги и власть. Государство и бизнес. Олигархи и президенты. Закон и порядок. Понятия и договоренности. Честь и совесть. Это мужские игры.

Но горе той женщине, которая оказалась между мужчинами. Я сейчас очень отчетливо понимаю, что такое — стать между ними, такими мужчинами. Но это случайно получилось, вот о чем я хотела написать. Кроме того, что она училась классе «Б», а я в классе «А». Скажете, случайностей не бывает? Бахмина сидит, потому что так ей и надо? Я про это уже все сказала. Важно, что даже из этой точки можно двигаться. В обратную сторону. Домой, домой.

Одноклассница Светы Оля Калашникова написала президенту Медведеву. Я хочу обратиться к ним обоим — Дмитрию Медведеву и Владимиру Путину.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемый Владимир Владимирович!

Вы понимаете, нашим девочкам, «бэшками» и «ашкам», не очень повезло. Многие из наших мальчиков ушли в Афганистан, из которого не вернулись, потом начались 90-е, когда стреляли всерьез. Девочки очень много работали вместо того, чтобы выходить замуж и рожать детей. Свете Бахминой повезло — у нее есть муж и двое сыновей. И еще ребенок будет. А некоторые из наших только что малышами обзавелись, в тридцать с чем-то лет.

Вы же знаете, какие травмы наносит ребенку отсутствие любящей матери. Вся эта злость, которой мы больны, это потому, что не было мамы рядом. Она или работала, или просто была несчастна, и тогда уже не до детей. Я не знаю, каких еще придумать слов…

Вы сильные, у вас были хорошие матери, иначе вы бы не стали президентами. У вас хорошие семьи, иначе вы бы не удержались, не смогли бы справиться с испытанием властью. И вы не только государственные деятели и исторические фигуры — вы мужчины.

Пожалуйста, помогите ей. Ей самой не выбраться.

И еще. Однажды я спросила своего знакомого, который где-то на заоблачной высоте работает, недалеко от вас: «Ты скажи, неужели люди во власти только о себе думают?» А он мне отвечает: «Ну конечно, нет! Набить карман — для этого на местный уровень идут, а на федеральный — люди, которые судьбой страны хотят заниматься. У них может быть разное видение ситуации, но в любом случае это не личный интерес, а стремление Россию обустроить».

Я честно в это верю. В самое лучшее во власти. Иначе бы я не смогла жить в нашей стране.