Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Правосудие с прогибом

24.03.2006, 11:38

«Приговор» нынешней России неутешителен: относительно справедливое - в соответствии с буквой и духом закона – правосудие по резонансным делам у нас возможно, только если дело не имеет никакого политического текста, контекста и подтекста.

Алтайский краевой суд отменил откровенно нелепый обвинительный приговор Олегу Щербинскому, в чей автомобиль 7 августа 2005 года врезался «Мерседес» алтайского губернатора и популярного артиста эстрады Михаила Евдокимова. Тогда погибли Евдокимов и его водитель. Губернатора Евдокимова хотела снять областная дума, писавшая подметные письма президенту России. Он был очень популярен в народе. Вскоре после трагедии проводился опрос, согласно которому 60% жителей края не верили, что гибель Евдокимова — случайность, обычное дорожно-транспортное происшествие. Проще говоря, люди полагали, что «народного губернатора» убили. Социальный заказ был получен. Хотя по всем признакам получалось, что произошла банальная автокатастрофа, что в ней даже скорее виновен погибший водитель губернатора, убийцей решили сделать Олега Щербинского. При этом, естественно, не умышленным убийцей (признать такое означало бы придать делу нежелательный политический оттенок), а просто нарушителем правил дорожного движения.

Тут уж взбунтовались автомобилисты. Белые ленточки на машинах в знак поддержки Щербинского, опросы, в которых уже две трети людей называли обвинительный приговор несправедливым, подключение Общественной палаты, которая не упускает случая попытаться сделать хотя бы одно доброе дело. В общем, приговор отменили, причем сделали это «как бы» под воздействием общественного мнения, чего обычно в путинской России никакая из ветвей власти не делает никогда. И… доказали тем самым, что, как подметил кто-то из авторов легендарной советской «Литературной газеты», единственными правами человека у нас до сих пор является водительское удостоверение.

В России каждый приговор по громкому делу политически ангажирован, а курсы кройки и шитья уголовных дел белыми нитками российские правоохранители с отличием окончили еще в сталинские времена. Так что традиции передаются из поколения в поколение. Разве могло бы, например, в путинской России закончиться отменой обвинительного приговора дело Ходорковского — Лебедева? Никого здесь не смущает, что людей судили за действия, не запрещенные законом, что их обвиняли в неуплате налогов задним числом, хотя до этого налоговики проверяли ЮКОС и не находили недоимок, что никто из налоговых чиновников, подписывавших те акты проверок, на скамье подсудимых почему-то не оказался. Никого не смущает и то обстоятельство, что главным добывающим активом такой «нехорошей» компании через откровенно аферистическую сделку завладели лица из ближайшего окружения президента. Потому что и сколько-нибудь способные мыслить «простые» люди, и наша чиновничья элита, и мастера искусств, подписывавшие грязное письмо в защиту откровенно варварского приговора Ходорковскому и Лебедеву, понимают: приговор по этому делу сочинялся в Кремле, а не в прокуратуре или суде.

Или, допустим, не менее громкое дело полковника Буданова. Тут наше басманное правосудие и его кураторы в верхах исполнительной власти угодили в конфликт политических интересов. Осудить полковника Буданова за зверское убийство чеченской девушки — значит обидеть российскую армию. Тем более что подобные преступления далеко не единичный случай. Оправдать — значит обидеть чеченский народ. Поэтому так долго специально обученные психиатры не могли решить, вменяем или невменяем полковник Буданов. Поэтому генерал Шаманов, будучи губернатором Ульяновской области, рискнул подписать прошение о помиловании уже осужденного Буданова, но не учел, что все-таки в этом конкретном случае Кремлю показалось, что все-таки политически «правильнее» признать полковника виновным и заставить его отсидеть весь срок.

О том, чтобы судить по закону, в России никто и не думает — ни власть, ни народ, ни органы правосудия.

А разве может закончиться оправдательным приговором в сегодняшней России хоть одно шпионское дело? В стране, где правит ФСБ, шпионские дела против ученых — это, можно сказать, пир духа для властей предержащих. Мол, гнилая интеллигенция продает нашим врагам секреты, а рыцари плаща и кинжала между отъемом бизнеса то у одного, то у другого олигарха спасают Россию от «предателей родины».

Так что если вы, по версии басманного правосудия, нарушили правила дорожного движения, у вас еще есть шансы на восстановление справедливости. Если вас сочли нарушителем неписаных правил политической жизни в сегодняшней России — шансов никаких. Таков приговор…