Цивилизация
«Текущие показатели экономики оказались лучше ожиданий экономистов, которые высказывались в самые напряженные моменты прошлого года, но при этом, я считаю, преждевременно говорить о том, что все кризисные явления миновали. Риски смягчились, но, по сути, остались теми же самыми, и мы это должны это осознавать», — заявила Набиуллина на открытии XXIV Международного банковского конгресса.
Только из-за падения экспорта, по словам Набиуллиной, Россия ежегодно будет недополучать $150–170 млрд. Цены на нефть на мировых рынках будут в полтора раза ниже средних за последние пять лет, прогнозирует она.
Цены снижаются не только на энергоносители, но и на другие традиционные товары российского экспорта.
Зато еще один важный системный российский риск — ограниченный доступ на рынки капитала — сейчас несколько сглажен относительно мягким графиком предстоящих платежей. «По нашим оценкам, в оставшуюся часть года за вычетом внутригрупповых платежей крупных компаний платежи по долгу составят около $40 млрд. Это примерно в два раза ниже темпов погашения долгов в прошлом году. На наш взгляд, такой уровень платежей по внешнему долгу экономика может пройти достаточно спокойно», — считает глава ЦБ.
Два пути
«Позитивный сценарий — это тот, при котором будет меняться отраслевая структура экономики в сторону большей доли обрабатывающих секторов, секторов услуг при существенном повышении производительности труда», — рассказала Набиуллина.
«Негативный сценарий — тот, который при стабилизации нефтяных цен позволит нам расслабиться и в старой структуре экономики с низкой производительностью удовольствоваться 1–2% роста», — отметила она.
По мнению руководителя Центробанка, оба сценария реальны.
Цель — полтриллиона
Начатые в середине мая покупки валюты со стороны ЦБ для пополнения международных резервов не говорят об отказе регулятора от таргетирования инфляции (цель ЦБ — 4% в 2017 году), настаивает Набиуллина. Она приводит в пример Израиль, Чили, Новую Зеландию и Мексику, которые придерживаются режима инфляционного таргетирования, но тоже в те или иные моменты проводят политику накопления резервов. «Одно другому никак не противоречит», — отметила глава ЦБ.
Российские резервы составляют $360,5 млрд и легко покрывают трехмесячный импорт, что более чем в два раза превосходит уровень достаточности резервов по международным стандартам.
Однако с учетом ограничения доступа на рынки и оттока капитала резервы, по мнению ЦБ, должны быть еще выше.
Одна из задач ЦБ на ближайшее время, по словам Набиуллиной, нарастить в течение ряда лет запас резервов до $500 млрд, чтобы покрывать значительные оттоки капитала на протяжении двух-трех лет.
«Такая политика регулятора приведет к дополнительному спросу на валюту и может оказать негативное влияние на перспективы рубля», — говорит Ярослав Лисоволик, главный экономист Deutsche bank. По его словам, политика слабого рубля снижает вероятность проведения структурных реформ, так как вместо них фактически используется своего рода паллиатив в виде ослабления обменного курса.
Наталия Орлова, главный экономист Альфа-банка, обращает внимание на условность названных Набиуллиной сценариев, говоря о том, что пока внятной экономической стратегии нет.
По ее мнению, надо либо проводить структурные изменения, и это будет позитивный сценарий, или же оставаться в нынешнем статус-кво, то есть в негативном или стагнационном сценарии. «Если в ближайшие месяцы мы не увидим новую повестку, а предпосылок для этого нет, то вряд ли стоит говорить о реформах», — считает эксперт.
