От нефти до кокуя

Бизнес России в Венесуэле — $30 миллиардов на личной симпатии

,
Российские интересы в Венесуэле — это нефть, продажа оружия и авиатехники, золотой запас Уго Чавеса и атомная энергетика. Проекты на сумму свыше $30 млрд держатся на личных договоренностях и симпатиях высшего руководства государств и госкомпаний, в частности главы «Роснефти» Игоря Сечина. Источники в отраслях не исключают проблем с реализацией контрактов. В «Роснефти» это опровергают.

Формализация связей России и Венесуэлы в нефтегазовой отрасли в существующей на сегодняшний день конфигурации стартовала около пяти лет назад. В 2008 году в рамках межправительственной Российско-Венесуэльской комиссии высокого уровня ее представители впервые начали обговаривать создание совместного предприятия. Со стороны Венесуэлы в него должна была войти госкомпания Petróleos de Venezuela Sociedad Anonima (PDVSA), с российской стороны – «Национальный нефтяной консорциум» (ННК), объединивший пять крупнейших нефтяных компаний России: «Роснефть», «ЛУКойл», «Газпром нефть», ТНК-ВР и «Сургутнефтегаз». Каждая из компаний получила в новом предприятии по 20%.

В апреле 2010 года было создано совместное предприятие PetroMiranda, в котором PDVSA получила 60%, а консорциум – 40%.

СП создавалось для разработки блока «Хунин-6» в бассейне реки Ориноко. Его запасы, по разным оценкам, составляют 7,2–8,5 млрд тонн нефти. Для сравнения, в России в год добывается около 500 млн тонн. Добыча на «Хунине-6» началась в сентябре прошлого года: предполагалось, что на начальном этапе годовой объем добычи будет составлять около 2,5 млн тонн. За право вхождения в проект ННК заплатил $1 млрд.

Общие запасы бассейна Ориноко весьма велики — 235 млрд баррелей (около 32 млрд тонн) нефти. После того как все блоки пройдут международную сертификацию, эта цифра вырастет до 314 млрд баррелей (примерно 43 млрд тонн), что выведет Венесуэлу в мировые лидеры по нефтяным запасам.

Но это так называемая тяжелая и сверхтяжелая нефть, очень плотная и вязкая, с высоким содержанием битума, что осложняет ее переработку и, следовательно, делает дешевле. По оценкам отраслевых специалистов, Венесуэла сможет перевести в категорию извлекаемых не более 30% этих запасов.

На сегодняшний день ситуация с «Национальным нефтяным консорциумом» изменилась. Из состава ННК вышел «Сургутнефтегаз». Источники в нефтяной отрасли неоднократно отмечали, что создание ННК было инициативой нынешнего главы «Роснефти» Игоря Сечина, на тот момент курировавшего ТЭК в российском правительстве. «Сургутнефтегаз», по словам источников, в Венесуэлу не стремился. Именно этим объясняется выход компании из проекта. Долю «Сургутнефтегаза» в конце января 2013 года выкупила «Роснефть». Сумма не раскрывалась; по данным источников, госкомпания заплатила «Сургуту» $200 млн, то есть сумму, внесенную компанией при вхождении ННК в проект «Хунин-6».

Учитывая, что до конца первого полугодия «Роснефть» должна завершить сделку по поглощению ТНК-ВР, в перспективе госкомпания получит 60% в ННК. В связи с этим экс-оператор «Хунина-6» «Газпром нефть» 27 февраля заявила о необходимости подписания нового акционерного соглашения по проекту. Но «Газпром нефть» не намерена выходить из проекта даже в том случае, если ее инициатива не будет поддержана.

Не собираются выходить из «Хунина-6» и другие участники. «Венесуэла остается стратегическим направлением для нашей компании, — заявили «Газете.Ru» в «Роснефти», напомнив, что Сечин неоднократно говорил о том, что Венесуэла является самым перспективным в мире регионом в плане нефтедобычи.

В «ЛУКойле» также говорят, что заинтересованы в проекте. «У него хорошая рентабельность», — пояснил представитель компании. До 2011 года «ЛУКойл» работал на другом проекте в бассейне Ориноко – «Хунин-3»; когда истек срок контракта, российская компания решила не заключать новых соглашений. «Это был контракт на доразведку, мы выполнили свои обязательства и решили на этом остановиться, — рассказывает представитель «ЛУКойла». – Дело в том, что «Хунин-3» территориально располагается довольно далеко от «Хунина-6» — работать там в одиночку достаточно сложно».

В сентябре прошлого года «Роснефть» договорилась с PDVSA о вхождении в проект «Карабобо-2». Территория Карабобо, расположенная в нефтеносном поясе реки Ориноко, включает в себя три блока. Запасы первого и третьего составляют 8 млрд тонн и 4,6 млрд тонн нефти соответственно. Запасы «Карабобо-2» оцениваются в 5,1 млрд тонн. Как говорил осенью министр энергетики Венесуэлы Рафаэль Рамирес, на «Карабобо-2» «Роснефть» и PDVSA рассчитывают добывать 400 тыс. баррелей (около 55 тыс. тонн) ежесуточно. В январе Рамирес уже заявлял о суточной добыче в 1,12 млн баррелей (порядка 153 тыс. тонн). Доля российской компании составляет 40% — за это «Роснефть» заплатит $1,2 млрд плюс предоставит PDVSA кредит на $1 млрд.

В конце февраля Венесуэлу посетила делегация российских предпринимателей во главе с Игорем Сечиным. По итогам визита глава «Роснефти» заявил, что госкомпания намерена вложить в уже действующие венесуэльские нефтяные проекты $10 млрд. Срок инвестирования Сечин не уточнил. Зато он сказал, что «Роснефть» интересуется проектами по добыче газа на шельфе Венесуэлы. А министр энергетики Венесуэлы Рафаэль Рамирес, в свою очередь, заявил, что совместные инвестиции России и Венесуэлы в нефтяные проекты до 2019 года составят $46 млрд, $17 млрд из них внесут российские компании.

«У нас нет сомнений, что наши инвестиции являются защищенными, — говорил Сечин в конце января. — Мы убеждены в том, что наши проекты будут реализовываться в долгосрочном периоде и на них не повлияют внешние обстоятельства».

Источники в нефтяной отрасли говорят, что риск в любом случае остается. «Основные риски связаны с возможностью пересмотра новым правительством заключенных соглашений, — поясняет представитель одной из работающих в Венесуэле российских нефтяных компаний. – Сам Чавес в период национализации практически вынудил уйти из Венесуэлы американские ExxonMobil и ConocoPhilips, и компании потеряли все свои инвестиции».

Оружие для Чавеса

Венесуэла — один из основных рынков российского вооружения. В страну поставлялись зенитные ракетные системы С-300, танки Т-72С, Т-72М1М, многофункциональные истребители «Сухой» Су-30МК, военные вертолеты Ми-35 (экспортный вариант ударного Ми-24) и Ми-17, автоматы АК-103, установки ЗСУ-23х4, переносные минометы и бронетранспортеры. Для Венесуэлы Россия — практически единственный поставщик оружия. Автоматы Калашникова Чавес называл «знаменем вооруженных сил Венесуэлы» и поддерживал личные отношения с конструктором автомата Михаилом Калашниковым.

Совокупный объем уже заключенных договоренностей к началу 2013 года оценивается «Рособоронэкспортом» в $11 млрд. В основном российское оружие поставлялось в кредит.

В 2009 году Россия открыла Венесуэле кредитную линию на $2,2 млрд на покупку оружия. в 2011 году Россия одобрила Венесуэле кредит на $4 млрд для покупки оружия (половину его Каракас должен был получить в 2012 году, половину — в 2013 году).

Высокопоставленный источник в «Рособоронэкспорте» называет Чавеса «нашим большим другом». «Когда мы встречались в Каракасе, было понятно, что он любит нашу технику до того, что никакие тендеры не нужны. Он верил в российское оружие», — вспоминает он.

Политическая оппозиция в Венесуэле была настроена сворачивать программу закупки оружия, исходя из того, что у страны нет врагов. Кампания проходила под лозунгом «Тракторы вместо танков».

Великие миссии

Венесуэла — один из крупнейших торговых партнеров России. В 2011 году, одновременно с соглашением о кредите на $4 млрд, было подписано соглашение о создании совместной российско-венесуэльской банановой компании. Тогда же Чавес предложил России «кокуй» – национальный венесуэльский алкогольный напиток из агавы, крепостью 50 градусов.

«Наш кокуй составит конкуренцию даже русской водке», — сказал Чавес. Он пояснил, что из-за морозов, которые наступают в России зимой, пить крепкие напитки для русского человека — жизненная необходимость.

Тогда же Венесуэла договорилась об экспорте цветов, и еще в 2011 году было создано российско-венесуэльское совместное предприятие «Орхидея» (Empresa Mixta Russo-Venezolana Orquidea, S.A.). По проекту производство предполагалось разместить на участке в 81 га в районе штата Миранда, также было предусмотрено строительство двух логистических комплексов на территории Венесуэлы и одного в России, на территории аэропорта Домодедово. Помимо цветов СП собиралось поставлять в Россию манго, гуаву, ананасы, кокосы, бананы, авокадо, папайю, кальмаров, креветок, устриц, осьминогов, рыбу парго рохо и тилапию.

Долгое время обсуждалась идея создания российско-венесуэльского банка. В 2009 году проект был одобрен, а в 2011 году на встрече Чавеса и Сечина в Каракасе было подписано соглашение об увеличении уставного капитала банка до $4 млрд. Пакетами в 25% плюс 1 акция банка владеют Газпромбанк и группа ВТБ, в собственности венесуэльского Fondo De Desarrollo Nacional (Фонд национального развития) находятся 50% минус 2 акции. Дивиденды российско-венесуэльского банка, заявил Чавес в июне 2012 года, достигли $5 млн.

В 2011 году Чавес обещал перевести золото Венесуэлы в Россию. Он отдал банку Венесуэлы поучение вернуть в страну резервы золота на $11 млрд, хранящиеся в финансовых учреждениях развитых стран, чтобы перевести их в Китай, Бразилию и Россию.«Нам нечего скрывать. Экономики Европы и США идут ко дну. Поэтому настало время проверить основательность экономик таких стран, как Китай, Россия и Бразилия», — заявил Чавес.

Российские подрядчики с 2010 года принимают участие в проекте «Великая миссия жилья» — строительстве типового панельного жилья в Каракасе, в частности района «Оливковая ветвь», в рамках соглашения между Фондом жилищного строительства при мэре Москвы и министерством жилищного строительства Венесуэлы. Проект включает создание инфраструктуры и организацию девяти совместных предприятий для производства стройматериалов.

В 2010 году Россия и Венесуэла договорились о строительстве АЭС мощностью 4 тыс. мегаватт. Но после аварии на японской «Фукусиме-1» в 2011 году Чавес заявил, что его страна приостанавливает развитие программ мирного атома. В 2012 году сотрудничество возобновили — правительство России утвердило соглашение с Венесуэлой.

Переговоры о сотрудничестве с Венесуэлой ведут российские автомобильные компании. «Русал» Олега Дерипаски намерен реализовать в Венесуэле проект по добыче бокситов, глинозема и производству алюминия. Кроме того, продолжаются переговоры «Объединенной авиастроительной корпорации» о поставках дальнемагистральных самолетов, «Объединенная судостроительная корпорация» готовит ряд предложений по поставке Венесуэле танкеров и судов, указано в документах правительственной комиссии.

За месяц до смерти Чавеса источники Bloomberg утверждали, что «политический вакуум» в стране может спровоцировать сокращение финансирования инвестпроектов, в том числе со стороны ближайших партнеров — России, Китая и Индии.

Российские и индийские компании отказываются от планируемых инвестиций в венесуэльские нефтяные месторождения, говорили агентству восемь руководителей и консультантов нефтяных компаний. В частности, индийская Reliance Industries Ltd. отложила на несколько месяцев инвестиции в размере $2 млрд в четыре венесуэльских нефтяных месторождения, несмотря на крайний срок сделки 31 января этого года, так как не получила геологические данные от PDVSA, заявил источник Bloomberg. Задержки в финансировании ставят под угрозу способность венесуэльской PDVSA остановить снижение производства, предупреждал источник.

Источник в «Роснефти» это опровергает. «На встрече Сечина с президентом Владимиром Путиным, состоявшейся 22 января, глава госкомпании назвал Венесуэлу одним из приоритетных направлений. Ранее Сечин не раз подчеркивал, что Венесуэла является зарубежным приоритетом номер один», — напомнил он.