«Ворон стало меньше, а вот дятлов — больше»

Почему в Москве стало меньше голубей

Виталий Тимкив/РИА «Новости»
В Москве стало меньше ворон и голубей, но больше дятлов. В Международный день птиц, который отмечается 1 апреля, орнитолог и кандидат биологических наук Евгений Коблик рассказал «Газете.Ru» о сокращении популяции птиц в столице и объяснил, почему ухоженные газоны угрожают жизни птиц, куда голуби прячут своих детей и какая птица может считаться символом Москвы.

— В последние пару месяцев москвичи обеспокоены исчезновением в столице воробьев. Действительно ли это произошло? Если да, то чем это грозит городской экологии?

Реклама

— Разные мнения существуют, но пока мы не видим каких-то глобальных трендов, которые бы говорили о том, что воробьи в Москве стремительно исчезают. Возможно, это просто какие-то колебания численности, которые бывают и межгодовыми.

Никаких серьезных экологических причин для полного исчезновения воробьев — усиления загрязнения или других — отметить нельзя. Мы ведем наблюдения, мониторинг — посмотрим, что будет дальше.

— Как обстоят дела с популяцией других птиц в Москве? Кого стало больше, кого меньше?

— Как правило, если одних птиц становится меньше, то популяция других возрастает. Собственно говоря, сейчас наблюдаются такие тенденции --

численность ворон и голубей снижается, а вот число и разнообразие дятлов в Москве, наоборот, увеличивается.

Также появляется большое количество южных видов, которые раньше в столице вообще не показывались. Например, на водоемах уже давно обосновались утки – кряква и огарь. Последний — как раз представитель южного вида, который начал свое расселение из зоопарка: птицам не подрезали крылья, и они свободно могли перемещаться, поэтому теперь в Москве и Подмосковье существует их стабильная популяция.

Увеличилось также число хищников, в частности ястребов. Ястреб-стервятник и ястреб-перепелятник спокойно селятся в лесопарках, у них прекрасная кормовая база за счет воробьев, голубей и ворон.

— Считается, что соловьи являются своего рода индикатором экологического благополучия местности. Так ли это? И как обстоит дело в Москве?

— В какой-то мере, да. По сути, любая птица может считаться индикатором, даже сизый голубь. Если уж совсем все плохо, мы видим, что даже они ходят какие-то больные.

Соловьев стало действительно меньше. Это связано с тем, что было проведено благоустройство парков — убрали кусты, валежник, стало больше ровных газонов, которые для птиц оборачиваются отсутствием корма.

Поэтому кустарниковые птицы, которые гнездятся в нижнем ярусе, пострадали довольно сильно — и соловьи не исключение. Но это тоже, возможно, окажется явлением временным, они могут и приспособиться. Да и парки все равно снова слегка захламятся, поэтому мы рассчитываем, что все будет нормально.

— Действительно ли сокращение популяции голубей и ворон положительно влияет на городскую среду — мол, освобождается место для других видов?

— Это правда. Во-первых, голубей действительно слишком много. Эти популяции в силу своей скученности сами непроизвольно регулируют свою численность.

Когда птиц слишком много, они слишком скученны, между ними более высок риск возникновения каких-то передающихся заболеваний. Понятно, что большинство птичьих заболеваний для человека не очень страшны, но лучше бы регулировать численность другим способом, нежели допускать подобную саморегуляцию.

Выход из сложившейся ситуации один: не надо кормить, не надо оставлять открытые помойки, открытые мусорные баки, и все нормализуется.

— Многие москвичи полагают, что хлеб — идеальная еда для птичек. Чем на самом деле лучше кормить городских птиц, стоит ли это делать вообще?

— Хлебом птиц кормить нельзя. Он, конечно, богат одними веществами, которых в итоге в организме птицы становится в переизбытке, зато беден минеральными добавками и витаминами. С одной стороны, птица сыта, а с другой — недополучает кучу микроэлементов и витаминов.

Если уж хочется помочь птичкам, то лучше покупать специальные зерновые смеси, которыми кормят тех же клеточных птиц. Они в любом зоомагазине продаются.

Для насекомоядных птиц лучше всего подойдет белковый корм — зимой, как известно, можно вывешивать кусочек несоленого мяса или несоленого сала. Семечки тоже хороши для подкормки, для снегирей можно развешивать рябину.

— Появились ли в «птичьем населении» города новички? Недавно сообщалось, что в Москве заметили полярную сову. Насколько ее появление типично для нашей полосы?

— Полярные совы вообще гнездятся в тундре, и естественно, что зимой там очень плохо. Поэтому на зиму они откочевывают. Насколько далеко совы улетают на юг, зависит от конкретного года: типа зимы, высоты снега, обильности мышевидных грызунов.

Зачастую полярные совы долетают до степной зоны. Зимой они могут встречаться даже в Тамбовской области, а то и еще южнее. Такие ежегодные кочевки на юг бывают разными. Полярные совы в Москве — все равно явление редкое. Однако Подмосковье находится в зоне их ежегодных кочевок.

— Куда голуби прячут своих птенцов, ведь их никто никогда не видел?

— Это как раз проблема. Дело в том, что голуби гнездятся не открыто, не на деревьях — они делают это в каких-то нишах, дырках, щелях, вентиляционных отверстиях. Обязательно, чтобы сверху не капало, чтобы было какое-то закрытое помещение. Там голуби обычно и выращивают своих двух птенцов.

Срок размножения голубей очень растянут. Вырастив один выводок, они тут же приступают ко второму гнездованию — потом к третьему, четвертому и так далее.

Сами посудите, ворона гнездится один раз в году, а голубь может пять-шесть — причем выводят по два птенца. И, собственно говоря, пока птенцы голубя не оперятся и не станут настолько похожими на родителей, что их уже не отличишь, они не вылезают из своих укрытий. Поэтому мы птенцов и не видим. Если мы хотим уменьшить численность голубей, нужно просто сокращать для них жилплощадь — не оставлять им укромных уголков.

— У многих городов есть свои птицы-символы. Какая птица может считаться символом Москвы?

— Есть такая синица, которая называется Московка. На самом деле, это искаженное слово «моховка». К Москве она не имеет никакого отношения — более того, в столице это редкий вид.

Тем не менее, такая птица существует, и на звание символа она может претендовать хотя бы из-за своего названия. Однако для объективности надо проводить полноценный конкурс, так как кулуарным решением здесь обойтись не удастся.