Он нарисовал убийство

Следователь, подделавший доказательства убийства, избежал тюрьмы

Иркутский следователь, подделавший доказательства убийства и отправивший невиновного в колонию, сумел избежать тюремного заключения. Судья назначил ему условное наказание. Ежегодно за подделку доказательств осуждают около сотни человек. Юристы считают, что на преступления следователей толкает желание получить повышение.

В Иркутской области вынесен приговор следователю СКР, сфальсифицировавшему материалы дела, по которому был осужден не причастный к преступлению человек, сообщает пресс-служба управления Генпрокуратуры РФ в Северном федеральном округе.

Три года назад сотрудник районного следственного отдела СУ СКР по Иркутской области Юрий Федоров вел дело о причинении тяжкого вреда здоровью мужчине.

Правоохранитель подделал постановление о производстве выемки и протокол выемки вещей у одного из подозреваемых в совершении преступления.

Основываясь на подложных документах, судья вынес решение о виновности обвиняемого. Его отправили в колонию на четыре года по статье «Причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть потерпевшего».

Однако удача недолго улыбалась следователю. Его коллеги — сотрудники СУ СКР по Сибирскому федеральному округу выявили подлог, после чего решение суда было отменено, уголовное преследование оклеветанного мужчины было прекращено, а в отношении самого Федорова было возбуждено дело по статье «Фальсификация доказательств по уголовному делу об особо тяжком преступлении». Максимальное наказание по ней составляет семь лет лишения свободы, но судья вынес гораздо более мягкий приговор: фальсификатор был приговорен к условному сроку в три года с испытательным сроком в два года и с лишением права в течение двух лет занимать должности в органах госвласти.

Подробности громкого дела «Газете.Ru» сообщил руководитель отделения по расследованию преступлений, совершенных сотрудниками правоохранительных органов, окружного управления СКР Владимир Ануфриев. По его словам, после разоблачений махинаций следователя Федорова невинно осужденного мужчину пришлось возвращать из колонии.

«В Иркутске орудовала банда «молоточников». Преступники нападали на людей, было несколько серийных убийств. Один из эпизодов был совершен ими в 2011 году прямо в новогоднюю ночь — бандиты убили бомжа. По подозрению в совершении преступления был задержан Владимир Базилевский, 19-летний бомж», — говорит Ануфриев. По его словам, оперативники заставили его давать показания под давлением.

«Говорили: «Ты бомж, какая тебе разница?» И Базилевский оговорил себя, мол, я убил.

Приехал следователь, начал задавать ему вопросы и понял, что молодой человек непричастен к убийству. Задерживать его не стал, а только допросил в качестве свидетеля. Что называется, нормальный следователь, — резюмирует Ануфриев. — На следующий день дело почему-то передали уже другому следователю — Юрию Федорову. Он не стал заморачиваться и вникать в детали, сделал подложный протокол следственного действия о том, что у Базилевского была изъята одежда со следами крови, сходной по группе с кровью убитого. Федоров не стал выявлять генотип. Ну а что, мол? Группа сходится, признательные показания дает, что еще надо... «Сляпал» дело и отправил в суд. А когда Базилевского уже осудили и человек уехал в колонию, была задержана та самая банда «молоточников». И они стали сознаваться в своих преступлениях, в том числе и в убийстве в новогоднюю ночь. Сразу после этого наконец-то была проведена геномная экспертиза, которую надо было сделать сразу.

Это пример, как следователям не надо работать: спустя рукава, не заморачиваясь — сидит человек и сидит. Кому он нужен? Бомж и есть бомж.

После этого приговор в отношении Базилевского, разумеется, был отменен, а ему самому выплачена компенсация в размере 300 тыс. руб».

«Газета.Ru» связалась с помощницей судьи Нины Полкановой, вынесшей в отношении бывшего следователя столь мягкий приговор. Однако Анна Брыкова от каких-либо комментариев отказалась. «Вы могли присутствовать на заседании, процесс был открытым. Я не даю никаких интервью. Всю информацию, в том числе и приговор, вы сможете впоследствии взять на нашем сайте», — отрезала Брыкова.

Адвокат Владимир Козыдло, представлявший в суде интересы Юрия Федорова, в свою очередь сообщил, что экс-следователь пока не решил, обжаловать ли ему и без того мягкий приговор.

«У нас есть десять дней для того, чтобы обжаловать решение Куйбышевского суда. Мы пока не решили. Больше никаких комментариев от меня не будет», — заявил защитник.

Это не единственный случай, когда суды проявляют к бывшим сотрудникам правоохранительных органов, уличенных в фальсификации доказательств, несвойственный им гуманизм.

По статистике Верховного суда, за фальсификации доказательств, повлекшие тяжкие последствия, в 2013 году были привлечены к уголовной ответственности девять человек.

При этом подделка доказательств — достаточно распространенная практика. В прошлом году было осуждено 60 человек за подделку доказательств по гражданским делам и 16 человек — по уголовным делам. К сожалению, статистика не показывает, сколько из осужденных были следователями.

В этом году суды уже выносили решения по аналогичным делам. В июне Ленинский районный суд Мурманска вынес мягкий приговор бывшему следователю городского УМВД за подделку протокола обыска. Он был приговорен к полутора годам лишения свободы условно, с испытательным сроком два года и лишением права занимать должности в правоохранительных органах в течение двух лет.

В августе бывший следователь следственного отдела ОМВД России по Майкопу Надежда Чеботарева была приговорена судом к двум годам ограничения свободы (осужденной запрещается выходить из дома в определенное время суток, выезжать за пределы города и посещать массовые мероприятия. — «Газета.Ru»). Как следует из обвинительного заключения, «желая в кратчайшие сроки закончить предварительное следствие, она изъяла из уголовного дела протоколы допроса шести свидетелей, которые опровергали причастность обвиняемого к расследуемому преступлению». Кроме того, Чеботарева сфальсифицировала протокол допроса одного из свидетелей, якобы указавшего на виновность фигуранта уголовного дела, и приобщила подложный протокол к материалам дела в качестве доказательства вины подследственного. Тем самым Чеботарева искусственно создала условия для незаконного привлечения лица к уголовной ответственности.

Однако справедливости ради надо добавить, что не всегда подделка доказательств заканчивается для правоохранителей условным сроком. В августе в Ростове-на-Дону завершился процесс в отношении двух бывших полицейских. Лев Панков, желая улучшить свои служебные показатели, сфальсифицировал доказательства по делу о крупной растрате в отношении местного жителя. Ему помог его коллега Игорь Карпенко. Подложные показания стражей правопорядка стали основанием для возбуждения уголовного дела, а позднее и для вынесения обвинительного приговора. После разоблачения суд приговорил Панкова к семи годам колонии общего режима, а Карпенко — к трем годам условно.

Столичный юрист и правозащитник Юрий Падалко убежден, что в фальсификациях доказательств виновата «палочная система» отчетности правоохранителей. Правда, в органах уверяют, что давно отошли от такой практики.

«Что касается ситуации со следователем, очевидно, что это самое типичное наказание без лишения свободы, в той ситуации, когда виновного абсолютно спокойно можно было наказать, и наказать показательно. К слову, тут вам и борьба с коррупцией. Если внимательно прочитать статьи 290 и 291 Уголовного кодекса (дача и получение взятки), можно убедиться, что сама взятка — это не обязательно деньги. Это также продвижение по службе. А что такое «палочная система»? Чем больше показатели раскрываемости преступлений, тем больше вероятность продвижения по службе, повышения заработной платы и так далее. Руководство дает правоохранителям обещание продвижения по службе: «Парень, рисуй, что хочешь, — мы все подтвердим», — считает юрист. — Если говорить о деле с невинно осужденным, оно ведь утверждалось начальником следственного управления, прокурором, и никто не собирался проверять сфальсифицированное доказательство. То есть вся система с радостью скушала то, что было откровенно «нарисовано». И именно эта система и отмазала следователя-фальсификатора».