Прокурор достиг предела

Правозащитники жалеют об уходе Кафиля Амирова с поста прокурора Татарстана

Татьяна Колчина (Казань) 23.09.2013, 10:27
Прокурор Татарстана Кафиль Амиров Михаил Соколов/Коммерсантъ
Прокурор Татарстана Кафиль Амиров

Прокуратура Татарстана официально подтвердила отставку прокурора республики Кафиля Амирова. В Татарстане гадают, кто займет его место: это может быть как «варяг» из Москвы, так и местный назначенец. В то же время правозащитники жалеют об уходе Амирова. По словам руководителя Казанского правозащитного центра, Амиров был единственным из руководителей региональных прокуратур, тесно работавшим с общественниками.

В понедельник государственный советник юстиции второго класса Кафиль Амиров, сложивший с себя полномочия прокурора Республики Татарстан, соберет пресс-конференцию, на которой объявит о причинах своего решения, сообщается на сайте ведомства. Прокуратура Татарстана официально подтвердила отставку прокурора республики Кафиля Амирова в минувшую субботу. Соответствующий приказ подписал генпрокурор РФ Юрий Чайка. Официальная причина выхода на пенсию – достижение предельного возраста. Согласно закону «О прокуратуре», предельный возраст для работников ведомства составляет 65 лет. В мае Амирову исполнилось 64, на должности республиканского прокурора он проработал последние 13 лет. Впрочем еще в пятницу пресс-служба прокуратуры слухи о близкой отставке Амирова упорно опровергала.

До назначения нового руководителя ведомства обязанности прокурора возложены на его первого заместителя Артема Николаева.

В том, что Николаев избавится от приставки «и. о.», никакой уверенности нет: свои кандидатуры на пост республиканского прокурора есть как у республиканских властей, так и у Москвы.

Второй вариант более чем вероятен: по такому же сценарию развивались события с назначением министра внутренних дел Татарстана. В прошлом году бывший глава ведомства Асгат Сафаров, возглавлявший министерство 14 лет, объявил о своей отставке после огласки трагических событий в ныне расформированном отделе полиции «Дальний». В итоге кресло министра занял Артем Хохорин, ранее работавший в республиканском МВД, а в 2011-м занявший пост начальника организационно-аналитического департамента МВД РФ.

Считается, что сейчас в роли «варяга» может выступить начальник управления Генпрокуратуры РФ в Приволжском федеральном округе Вадим Антипов, начинавший свою прокурорскую карьеру в Татарстане. За 10 лет, что Антипов занимает свою нынешнюю должность, он не раз приезжал в республику проверять работу коллег. В том числе и после скандала в «Дальнем». А за расследование преступлений, совершенных одной из крупнейших преступных группировок России «Хади Такташ», был представлен к государственной награде. Из-за участия в том деле после постоянных угроз к Антипову приставили усиленную охрану.

Наиболее вероятной кандидатурой на пост прокурора «из местных» наблюдатели называют прокурора Казани Илдуса Нафикова, в чьем прокурорском «портфолио» в том числе разгром влиятельной ОПГ «тагирьяновские».
Наконец, третий кандидат — первый заместитель прокурора Татарстана, уже названный Артем Николаев, которому уже с понедельника и до момента назначения нового руководителя татарстанской прокуратуры предстоит исполнять обязанности прокурора. Пришедший в прокуратуру республики в 2005 году Николаев считается правой рукой Амирова: именно на нем лежала основная ответственность в деле надзора за исполнением законодательства по борьбе с организованной преступностью и незаконным оборотом наркотиков.

Сама же отставка татарстанского прокурора неожиданностью ни для кого не стала, и не только в силу его возраста. Его «отречения» от должности ждали еще в прошлом году — опять-таки из-за скандала в «Дальнем».

Прямого отношения к тому делу прокуратура вроде бы не имела (до того момента, как в сентябре прошлого года, после завершения следствия, материалы были переданы в прокуратуру), однако история с пытками бросила тень на все силовые ведомства республики. Тогда республиканские СМИ со ссылкой на информированный источник в прокуратуре писали, что Амиров был готов к уходу, однако местные власти якобы убедили его отложить торжественные проводы — как минимум до окончания летней Универсиады, как максимум до достижения 65-летия.

Одной из своих главных задач на посту прокурора республики Амиров считал борьбу с экстремизмом и терроризмом. После терактов 2011 года, в результате которых был тяжело ранен тогдашний муфтий республики Илдус Файзов и убит его заместитель, известный богослов Валиулла Якупов, Кафиль Амиров инициировал принятие поправок в республиканский закон «О свободе совести и религиозных объединениях в Республике Татарстан», в соответствии с которыми деятельность религиозных организаций, по сути, становилась подконтрольной государству. К слову, расследование дела о покушении на муфтия не закончено до сих пор.

Впрочем, некоторые региональные эксперты полагают, что деятельность Амирова и возглавляемого им ведомства в части борьбы с экстремизмом, мягко говоря, была недостаточной.

«Силовики без преувеличения проморгали развитие ваххабизма в Татарстане, — считает доктор политических наук, профессор, академик Российской академии политнаук Владимир Беляев. — Его очаги надо было душить еще в зародыше, причем самыми жесткими методами. А вместо этого мы постоянно наблюдали, как качается маятник — то в сторону лояльного отношения к ваххабитам, то в сторону усиления борьбы с ними.

Да и сегодня, вместо того чтобы признать проблему и начать бороться с ней, прокуратура часто занимается лакировкой действительности. Последний и самый наглядный тому пример – вынесение предупреждения со стороны прокуратуры Раису Сулейманову (руководитель Приволжского центра региональных и этнорелигиозных исследований Российского института стратегических исследований. – «Газета.Ru»), который является одним из немногих, кто открыто говорит об опасности распространения ваххабизма».

Кроме того, по мнению Беляева, прокуратуру в период, когда ее возглавлял Амиров, есть в чем упрекнуть и в части приведения республиканского законодательства в соответствие с федеральным в начале нулевых. «В Конституции РТ до сих пор есть положения, которые противоречат не только федеральному законодательству, но и здравому смыслу. Так, в одной из ее статей фигурирует формулировка границы между Татарстаном и субъектами Российской Федерации, как будто РТ не такой же субъект РФ, как и другие регионы. А в преамбуле последней редакции Конституции РТ, принятой в 2002 году, значится, что власть в регионе осуществляется от имени отдельного этноса, а именно татар, а не всего населения. Тем самым на уровне основного закона вводится неравноправие между гражданами.

Наконец, Беляев считает, что именно «благодаря» политике Амирова, татарстанская прокуратура начала бороться с гражданскими активистами, ставшими таковыми из-за невыносимых условий жизни, в частности из-за систематических нарушений законодательства в области ЖКХ, вместо того чтобы сосредоточить усилия на надзорной деятельности за предприятиями отрасли, как это предписано законодательством.

В свою очередь, руководитель Казанского правозащитного центра Игорь Шолохов не скрывает своего сожаления по поводу ухода Кафиля Амирова с поста прокурора республики.

«Амиров был единственным из руководителей региональных прокуратур, столь тесно работавшим с правозащитниками.

В 2002 году между прокуратурой и нашим центром был подписан договор о совместной работе, в соответствии с которым нам (правозащитникам. – «Газета.ру») никто не будет препятствовать, если действия сотрудников прокуратуры либо их решения не соответствуют закону, — сказал Шолохов. — У нас были абсолютно развязаны руки, чтобы обжаловать действия прокурорских в суде, чего мы неоднократно и добивались. Мы взаимодействовали и тогда, когда прокуратура несла функции по ведению следствия, сотрудничали в рамках уголовного делопроизводства. Кроме того, прокуратура поддерживала гособвинение по делам, которые курировал Казанский правозащитный центр. Мы много и тесно сотрудничали и по делу «Дальнего».

Шолохов, по его словам, готов к тому, что отношения с прокуратурой им придется выстраивать заново. «Столь открытый, интеллигентный и простой в общении чиновник такого ранга – по нашим временам большая редкость», — уверен он.