Что изменилось
в Сирии за год

Инфографика
Виктория Волошина
о новых идеях сэкономить
на стариках

«Многие считают, что дипломатия — не женское дело»

Как женщинам-дипломатам приходится бороться за место под солнцем

Александр Братерский, Екатерина Шутова 08.03.2016, 16:31
Михаил Джапаридзе/ТАСС

Один из некогда главных бастионов гендерного консерватизма — МИД России — начинает постепенно открываться перед прекрасным полом: половина выпускников институтов, приходящих на работу в министерство, — девушки. Однако если говорить о послах, то женщин среди них по-прежнему единицы, а дамы-дипломаты признаются, что им часто приходится бороться за место под солнцем. Каково представительницам прекрасного пола на дипломатической работе, выясняла «Газета.Ru».

Глава департамента информации и печати МИД России Мария Захарова сегодня — самое заметное женское лицо российской дипломатии, которая многие годы была уделом мужчин.

Сама Захарова признается «Газете.Ru», что женщин на руководящих постах в МИДе по-прежнему мало, однако в последние годы ситуация начинает меняться к лучшему: «Каждый год половина, а иногда и больше выпускников, приходящих в МИД из различных вузов, — девушки. Все идет естественным путем, ведь женщины начали массово приходить в МИД не так давно, да и поступление в МГИМО было исключительно мужской прерогативой».

МГИМО действительно долгие годы был исключительно «мужским» институтом, куда представительниц прекрасного пола старались не брать.

«Когда я поступал учиться, официально действовали ограничения на прием девушек. Это объяснялось тем, что работа по линии МИДа за границей была достаточно тяжелой.

Одно дело — мировые столицы, другое — условия Африки, Центральной Азии или Латинской Америки. Считалось, что женщины не слишком приспособлены для такой работы», — рассказывает выпускник МГИМО Георгий Кунадзе, в начале 1990-х замглавы МИД России.

Но сегодня именно африканские страны часто служат для девушек, желающих сделать карьеру в МИДе, «путевкой в жизнь».

«Когда я говорю, что работаю дипломатом в Джибути, в такой сложной и жаркой стране, то женщины чаще выражают сочувствие и поддержку, а мужчины настроены более скептически, полагая, что женщина должна «хранить очаг» и растить детей. На мой взгляд, на примере моих коллег, женщин-дипломатов, при разумном подходе это можно успешно совмещать», — рассуждает атташе посольства России в Джибути Вероника Новикова.

Однако у коллеги Новиковой, работающей в другой африканской стране, опыт оказался не столь положительным — в большей степени из-за того, что она готовилась к поездке в одну из европейских стран, язык и культуру которой изучала:

«Меня отправили в эту страну в командировку на месяц. Я вернулась в Москву, думая, что уже осенью стану атташе. Да, я стала атташе — правда, в Африке.

Сказали, мест больше нигде нет. А в ту европейскую страну отправили парня, который практически не владел языком. Потом сказали, что в Европе «нагрузка для женщин слишком большая». Зато в Африке, можно подумать, она маленькая! Более того, я оказалась в одной из самых опасных стран — как с политической, так и с экологической точки зрения», — говорит собеседница «Газеты.Ru».

Но при этом она подчеркивает, что не хочет жаловаться на судьбу: «У многих моих подруг, которые мечтали стать дипломатами в Германии, Франции, Америке, сложилась точно такая же ситуация. Их приглашали в командировку (оплачиваемую!), в командировке хвалили и мило улыбались, а потом или предлагали место в центральном аппарате, или в какой-то из стран, куда никто не хочет ехать».

По данным последнего правительственного доклада о выполнении конвенции ООН о ликвидации всех форм дискриминации женщин, количество дам в ранге дипломата составляет 13,7% от общего числа дипломатических сотрудников Центрального аппарата МИД России. В загранучреждениях МИДа женщины, имеющие ранги посла и советника-посланника, составляют около 9% от общего числа дипломатов.

Глава комитета Совета Федерации по международным делам кадровый дипломат Константин Косачев рассказывает «Газете.Ru», что небольшое число женщин на высоких дипломатических постах связано c объективными причинами: «Женщинам тяжело проходить все ступени дипломатической карьеры — не каждый муж поедет с женой в длительную командировку». Сенатор считает, что мужья «должны быть мобильнее и поддерживать своих жен-дипломатов».

Дамы-дипломаты, работающие в посольствах России за рубежом, рассказывают, что ситуация уже сильно отличается от советских времен, когда в женщинах видели исключительно «жен дипломатов». Однако «гендерные предрассудки» сохраняются, отмечает сотрудница одного из российских посольств: «Многие до сих пор считают, что дипломатия — не женское дело, и, как мне кажется, в этом и заключается основная сложность профессии».

Ее коллега, работающая в одной из стран Африки, рассказывает, что многие дипломаты старой закалки, работающие на руководящих должностях в МИДе, предпочитают не брать на работу женщин.

Часть из них руководствуется на первый взгляд благими побуждениями, считая, что дипломатическая служба в некоторых странах слишком опасна для прекрасного пола. «Кроме того, в ряде стран, например в некоторых арабских, женщину-дипломата не будут воспринимать как полноправного коллегу», — говорит собеседница «Газеты.Ru».

При этом сами мужчины-дипломаты отмечают, что женщины могут нестандартно подойти к делу и найти неожиданное решение. «Они часто обладают большей мудростью и кругозором и показывают результат на пятерку», — характеризует представительниц прекрасного пола сенатор Косачев.

В качестве одного из примеров успешной работы женщин на дипломатическом посту в МИДе приводят действия вице-консула России в Киргизии Анастасии Антоновой, которая в январе этого года смогла вернуть на родину 13-летнюю сибирячку Анну и ее 5-летнего брата Тимофея.

О русских детях узнали случайно — местные жители рассказали дипломатам, что цыгане заставляли их просить милостыню.

В Киргизию детей незаконно вывез бывший сожитель их матери. Как отмечали журналисты, освещавшие историю спасения, брат с сестрой привязались к Антоновой. Она лично отвезла обоих на родину в Новосибирск.

Женщины мечтают быть послами

Несмотря на трудности дипломатической работы, многие опрошенные женщины-дипломаты не исключают для себя карьеры посла. В России таких примеров пока единицы, несмотря на всемирную известность Александры Коллонтай, первой советской женщины на дипломатическом посту. В частности, в течение пятнадцати лет она была послом СССР в Швеции.

Начав дипломатическую карьеру в 1968 году и пройдя все ступени дипломатической службы, послом России на Маврикии стала Ольга Иванова, которая в 2011 году вышла в отставку. В прошлом году пост посла России в Малайзии покинула Людмила Воробьева, став директором третьего департамента Азии МИД России.

Некоторое время послом СССР, а потом и России на Мальте была нынешний спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко. Однако она не являлась кадровым дипломатом. После Мальты Матвиенко работала послом в Греции.

Одного из высших постов в МИДе все же достигла выпускница МГИМО Элеонора Митрофанова: в 2003–2004 годах она занимала пост первого заместителя главы ведомства, а в настоящее время работает в должности постоянного представителя России при ЮНЕСКО. Однако Митрофанова, несмотря на то что окончила МГИМО, так же, как и Матвиенко, «политический назначенец»: пришла в систему МИДа, поработав в других государственных ведомствах.

Сама Митрофанова признавалась в одном из интервью, что в системе МИДа ей приходилось в «два-три раза упорнее работать, чтобы доказать, что ключевой пост ты занимаешь по праву».

Подобные проблемы характерны не только для России. Одним из самых консервативных на Западе в этом отношении считается МИД Великобритании, где ключевые дипломатические посты по-прежнему занимают мужчины.

Единственным исключением была недолгая дипломатическая карьера баронессы Сайеды Варси, занимавшей пост замглавы МИДа с 2012 по 2014 год.

Она подала в отставку из-за несогласия с политикой правительства в отношении израильско-палестинского конфликта.

При этом пример Варси уникален — она была первой мусульманкой в кабинете министров страны.