Слушать новости
Слушать новости

Демократия на Марсовом Поле

Митинговать в Санкт-Петербурге без согласования можно будет лишь на Марсовом Поле

Губернатор Петербурга Георгий Полтавченко внес в местное заксобрание законопроект, ужесточающий проведение митингов в городе. Несогласные смогут протестовать без разрешения властей только на Марсовом Поле, приближаться к госучреждениям ближе чем на 200 метров им будет нельзя, проводить одиночные пикеты разрешается на расстоянии 50 метров друг от друга. Дворцовая, Исаакиевская площади и Невский проспект для оппозиционеров закрыты. Эти ограничения не распространяются на религиозных активистов и болельщиков. Часть местных коммунистов уже готовится маскировать свои мероприятия под религиозные обряды.

Власти Санкт-Петербурга решили, что устраивать оппозиции свои акции без согласования с чиновниками можно будет только на Марсовом Поле. Проводить публичные акции гражданам будет запрещено в пределах 200 метров от зданий госучреждений, школ и больниц. По мнению эксперта, эта норма фактически запрещает как таковые шествия в Санкт-Петербурге, так как данные учреждения находятся на большинстве улиц города.

В первоначальном варианте законопроект «О внесении дополнений и изменений в Закон Санкт-Петербурга «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях в Санкт-Петербурге», который летом готовила комиссия заксобрания по вопросам правопорядка и законности, запрещал протестные акции почти на всех площадях в центре Петербурга: на Дворцовой, Исаакиевской, Сенатской, Сенной, Казанской, Конюшенной, Греческой, Манежной, Московской, Биржевой, Восстания, Диктатуры Пролетариата, Растрелли, Искусств и Островской. Делалось это на основании того, чтобы привести местное законодательство в соответствии с федеральным.

Парламентарии не хотели видеть демонстрации в местах, расположенных ближе 50 метров к зданиям, занимаемым органами государственной власти, прокуратуры, к комплексу Константиновского дворца, Смольному, резиденции полпреда, Таврическому дворцу, зданиям консульств, зданиям и сооружениям религиозного назначения, зданию ВГТРК «Петербург».

Однако работа у комиссии по вопросам правопорядка и законности застопорилась, ее глава Константин Серов комментировал документ крайне неохотно, законопроект, казалось, отложили в долгий ящик. Однако позже эстафетную палочку перехватил комитет по законодательству горпарламента и комитет по вопросам законности, правопорядка и безопасности Смольного — там документ существенно подкорректировали и в декабре вынесли его на общественные слушания, на которых разнесли проект в пух и прах.

Впрочем, критика инициаторов поправок не смутила — сразу после новогодних каникул документ был внесен в заксобрание губернатором. На заседании комитета по законодательству, прошедшем 11 января, закон был включен в повестку ближайшего пленарного заседания. Для многих это стало неожиданностью, поскольку, несмотря на упорные слухи о том, что и первоначальный вариант писали в Смольном, Георгий Полтавченко публично о законе не высказывался.

Авторы закона, подгоняя его под федеральную норму, воспользовались всеми лазейками, позволяющими максимально ужесточить документ. Например,

если в федеральном законе говорится, что численность в 100 человек является минимальной для проведения акции в так называемых специально отведенных местах, то, согласно губернаторскому проекту, митинговать, не подавая в администрацию уведомления, можно лишь при численности «не более 100 человек». Если заявлен 101 человек — уже надо уведомлять власти.

Зоной, свободной от Смольного, то есть специально отведенным местом для митингов, где не требуется разрешение властей (аналог Гайд-парка, в Москве это ЦПКО им. Горького и «Сокольники»), станет Марсово Поле, где 6 января, по иронии судьбы, задержали участников флешмоба «Снежная битва» — школьники собирались закидать друг друга снежками. Ранее летом там же были задержаны, а впоследствии и оштрафованы участники флешмоба «Бой подушками».

Также, по новой редакции закона, минимальное расстояние между гражданами, проводящими одиночные пикеты, должно составлять 50 метров (недавно «Газета.Ru» писала об аналогичном законе, который приняла Московская городская дума). В то время как федеральный закон требует, чтобы это расстояние было не более 50 метров.

Кроме того, проект запрещает проведение публичных акций в пределах 200 метров от зданий, занимаемых органами госвласти Петербурга, образовательными учреждениями и учреждениями здравоохранения.

Эта норма фактически запрещает проведение шествий, поскольку все органы власти города находятся в зданиях на главных магистралях, а на большинстве городских улиц расположены или образовательные учреждения, или учреждения здравоохранения.

Директор Центра общественных экспертиз ЭКОМ Александр Карпов накануне направил в заксобрание список мест, которые подпадают под ограничения: таковых общественник насчитал 3600. Только зданий, в которых располагаются образовательные учреждения и учреждения здравоохранения, находящиеся в ведении органов исполнительной власти Санкт-Петербурга, более 3100.

По мнению Карпова, если первоначальная версия закона «перекрывала» центр города с акцентом на федеральные органы власти и политически резонансные места, то итоговый вариант перекрывает все дворы жилых районов.

«Судя по всему, нужно создать условия для запрета любых собраний собственников квартир, ТСЖ и т. п., чтобы можно было их разгонять.

Это может быть заказ от «Реновации» («СПб Реновация» осуществляет программу правительства Санкт-Петербурга по «развитию застроенных территорий». — «Газета.Ru»), от каких-нибудь криминальных УК — откуда угодно. Это не федеральные интересы, это местные», — убежден он.

Также несогласным запрещено массово приближаться на расстояние менее 100 метров к зданиям, территориям и входам в вестибюли станций метрополитена.

Любопытно, что такая жесткость объясняется городскими властями «целями защиты прав и свобод человека и гражданина, обеспечения законности, правопорядка и общественной безопасности, в том числе если проведение публичных мероприятий может повлечь нарушение функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, связи, создать помехи движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной инфраструктуры».

Петербургским ноу-хау стало выведение из-под действия закона верующих и фанатов.

В документе, в частности, говорится, что «действие настоящего закона Санкт-Петербурга не распространяется на проведение религиозных обрядов и церемоний, а также на культурно-массовые, спортивные и иные мероприятия, проводимые в связи с празднованием дней воинской славы и памятных дат России, нерабочих праздничных дней, установленных законодательством Российской Федерации, а также праздников и памятных дат, установленных законом Санкт-Петербурга от 12 октября 2005 года «О праздниках и памятных датах в Санкт-Петербурге».

С чем связана такая избирательность — остается загадкой, оппозиционеры полагают, что питерские власти пытаются окончательно «застолбить» за собой репутацию «столицы мракобесия».

«Какая принципиальная разница между митингом протеста, шествием болельщиков «Зенита», крестным ходом или празднованием Курбан-байрама? Почему то, что запрещено для одних, разрешено для других?

Как бы отреагировали православные жители Петербурга, если им было бы разрешено собираться только в «специально отведенных местах» и числом не более 100 человек? Одно разрешенное место на пятимиллионный город… Абсурд!» — возмущается депутат заксобрание от «Яблока» Борис Вишневский, направивший в юридическое управление местного парламента альтернативный законопроект, подготовленный вместе с гражданскими активистами.

Секретарь центрального комитета партии «Коммунисты России» Михаил Машковцев убежден, что «Христос был первым коммунистом, поскольку предлагал богатых всех отправить в ад». «Теперь мы все наши мероприятия будем проводить как религиозные обряды», — пообещал он.

Депутат от КПРФ Ирина Комолова демонстраций в виде крестных ходов и публичных молебнов во славу Владимира Ленина устраивать не собирается, поскольку «это клоунада». «А власть именно того и хочет, чтобы оппозиция выглядела, как клоуны», — полагает она.

В то же время один из участников крестного хода, прошедшего в Петербурге 4 ноября (на нем, напомним, молились за здравие «его высокопревосходительства господина президента Владимира Владимировича и его высокопревосходительства губернатора Георгия Сергеевича»), депутат заксобрания Андрей Анохин, изгнанный из «Справедливой России», видит существенную разницу между митингом и религиозным обрядом.

По его мнению, в Петербурге есть все возможности для того, чтобы высказывать свое мнение. «Губернатор не делит горожан по политическому признаку», — убежден он.

На реплику корреспондента Газеты.Ru, предположившего, что горожан делят не по политическому, а религиозному признаку, Анохин возразил: «Религия в душе, а политика в светской плоскости. Крестный ход и митинги — две совершенно разные вещи. Крестный ход — это тысячелетняя традиция, это историческая память нашего народа. — говорит Анохин. — Во время крестного хода нет агрессии, нет разжигания нетерпимости, идут люди, объединенные чувством любви и веры в Бога. Они молятся за Россию и вспоминают все доброе и светлое. А во время митингов кричат «Долой!», зачастую много пьяных».

Экс-«эсер» полагает, что от крестного хода пользы для общества больше, поскольку он «объединяет верой православной и осознанием себя как народа». Что касается таких мелочей, как Конституция, то Анохин не хочет ограничивать права других людей, но при этом убежден: Марсова Поля для криков «Долой!» достаточно.

На замечание корреспондента «Газеты.Ru», сославшегося на опыт европейских стран, где людям не согласовывают митинги в зависимости от вероисповедания, Анохин парировал: «Я не сторонник европейского пути развития. У России другой путь. Путь к спасению человеческой души».

Поделиться:
Новости и материалы
Все новости
Найдена ошибка?
Закрыть