Пенсионный советник

Мифы и легенды Советского Союза

В прокат выходит байопик хоккеиста Валерия Харламова «Легенда № 17»

Владимир Лященко 17.04.2013, 09:44
__is_photorep_included5258993: 1

В прокат выходит спортивная драма «Легенда № 17» — рассказанный без полутонов миф о легенде советского хоккея Валерии Харламове.

Воспитанник армейской хоккейной школы Валерий Харламов (Данила Козловский) не проходит отбор в команду Центрального спортивного клуба армии (ЦСКА) — ростом не вышел — и вынужден играть за коллектив «Звезда» из города Чебаркуль. Испугавшись вечного забвения в четвертом дивизионе с бабами и водкой, Валера превращает себя, а заодно и своего товарища по несчастью Гуськова (Александр Лобанов) в суператлета, забрасывает 34 шайбы за сезон и получает вызов в Москву, к самому Анатолию Тарасову (Олег Меньшиков). Москва встречает семейным теплом и холодом ледовой арены: великий тренер ЦСКА и сборной СССР маринует талантливого новобранца на трибуне, в коридорах интригует спортивный чиновник Балашов (Владимир Меньшов), все живут мечтой сыграть против канадских профессионалов из НХЛ.

Спортивные легенды — идеальный материал для кино, не нуждающийся даже в фантазии сценаристов.

Драматургия иных матчей и событий выстроена столь виртуозно, что редкий автор способен создать нечто, выдерживающее конкуренцию с реальностью. Финал футбольной Лиги чемпионов 2005 года, в котором Ливерпуль отыграл три мяча у Милана и одержал победу в послематчевой серии пенальти. Другой финал того же турнира в 2008 году и еще одна серия 11-метровых, когда капитан «Челси» Джон Терри поскользнулся на московском газоне и кубок достался «Манчестер Юнайтед». «Чудо на льду», которое сотворила студенческая сборная США в 1980-м на Олимпиаде в Лейк-Плэсиде, обыграв грозную советскую команду. И, конечно, Суперсерия СССР — Канада 1972 года, в которой еще не такие грозные в глазах заокеанских игроков и болельщиков советские хоккеисты удивили мир.

Собственно, идея экранизировать историю первой канадско-советской суперсерии появилась после того, как американцы сняли в 2004-м «Чудо» про ту самую Олимпиаду-1980. В том фильме Курт Рассел в роли тренера Хёрба Брукса вел студентов на бой с грозными солдатами «Империи зла» (знаменитое рейгановское выражение появилось спустя три года, но образ врага существовал уже давно). Авторы «Легенды №17» даже позаимствовали оттуда сцену изнуряющей послематчевой тренировки, в ходе которой тренер доводит игроков до осознания того, что они теперь играют за страну, а не за себя или клубы. Хорошая сцена. К сожалению, спорт и идеология связаны теснее, чем хотелось бы.

Состязания, в том числе олимпийские, которые, по идее, должны объединять народы, становятся демонстрацией силы и превосходства, а легенды превращаются в мифы.

Фильм «Легенда № 17» исключением не стал. Это и экскурс в биографию великого игрока, и кино про создание суперкоманды, и личная драма тренера, и даже романтическая мелодрама. Первые три пункта сработаны убедительно, а последнюю составляющую легко можно вырезать без ущерба для целостности картины. Видимо, продюсеры посчитали, что если на фильм с Данилой Козловским придут девушки, а там сплошной хоккей, то девушки расстроятся.

Хочется верить, что продюсеры ошибаются, а зрительницам милее герой на льду и в душевой после тренировки или матча, чем на балконе с букетом и томиком стихов.

Но жанровая чехарда не так интересна, как некоторые сценарные решения. Кино, даже если это байопик, не обязано точно следовать букве истории, особенно если сохраняется ее дух. Упаковывая события нескольких лет в два часа, авторы вынуждены что-то пропустить, кого-то оставить в тени, могут для большего драматизма сконструировать из нескольких эпизодов один. Вопрос в том, как и с какой целью обрабатывается материал.

Например, автомобильная авария, в которой Харламов едва не лишился возможности ходить, случилась годы спустя после событий фильма, но эпизод с волевым возвращением на лед и в большой хоккей добавляет драматизма, так что его хронологический перенос выглядит уместно и вписывается в выигрышную сценарную формулу.

Другое дело — ключевой для сюжета матч со «Спартаком».

Плохи ли с точки зрения драматургии сложные характеры? Хороши. Взять того же Тарасова: тренер-титан, приводил ЦСКА и сборную к чемпионским титулам десятки раз, не боялся партийных и спортивных чиновников, слыл диктатором, нетерпимым к критике. Говорят, когда его со скандалом лишили звания «Заслуженный тренер СССР», заказал себе свитер с заглавной Т во всю спину. То ли Тарасов, то ли тренер с большой буквы, но в любом случае человек, чей авторитет не нуждается в официальном признании.

Скандал, о котором идет речь, случился за три года до суперсерии, и о нем в связи с фильмом стоит поговорить подробнее. Перед решающим матчем чемпионата СССР 1969 года со «Спартаком» армейцы отставали от соперника на одно очко и проигрывали перед финальной десятиминуткой (по правилам того времени команды менялись воротами в середине третьего периода) со счетом 1:2. Игрок легендарной тройки Михайлов — Петров — Харламов Владимир Петров забросил шайбу. Следивший за временем судья сообщил, что случилось это после его свистка, когда на секундомере истекла 10-я минута.

Гол отменили, Тарасов увел команду с площадки и не возвращал ее более чем полчаса.

На трибуне сидели генсек Леонид Ильич Брежнев, поклонник «Спартака», и министр обороны маршал Гречко, в каком-то смысле верховный начальник и покровитель армейцев. Помогали ли судьи «Спартаку» в том матче? Возможно. Но возможны и другие интерпретации инцидента. Интересный эпизод для фильма? Конечно. Судьба золота, спорная ситуация, столкновение характеров, интриги — куда уж лучше.

Авторов фильма исторический сценарий не устроил.

Матч превратился в искусственно навязанный Тарасову и ничего не значащий, а эпизод с незасчитанной шайбой — в вопиющий произвол. Тренер остался белым рыцарем. Добавим еще вложенные в уста ушлого функционера намеки на его «сталинские» методы руководства — получается образ сурового, но справедливого, а главное, эффективного менеджера.

Столь подробный пересказ может показаться неуместным в рецензии на кино, но он показывает разницу между манипуляциями драматургическими и идеологическими.

В реальности после скандального матча Тарасова не отстранили от руководства ни в клубе, ни в сборной — случилось это уже перед поездкой в Канаду, после победы на чемпионате мира в 1971-м.

То ли и правда припомнили историю трехлетней давности, то ли побоялись доверить политически важную игру слишком своевольному тренеру. На открытый конфликт с хоккейным руководством тогда пошел только Анатолий Фирсов — его в Канаду тоже не взяли, но фильм выстраивает на материале легенды свой новый миф. В нем нет полутонов и спорных моментов — только честные рыцари, отдельные кабинетные вредители и противник, показанный в лучших традициях госпропаганды. Это как раз тот случай, когда сама история настолько хороша, что не нуждается в приукрашивании. Матч столетия, рождение сверхновой звезды, даже с точки зрения патриотического воспитания все хорошо, но, видимо, кому-то показалось, что недостаточно хорошо.

Создатели фильма предпочитают характеры попроще реальных.

Канадские игроки, а они и правда играли довольно грубо, особенно когда игра не складывалась, оказываются карикатурными быками. Быки — отличный образ для метафоры: баск по матери, Харламов становится на льду тореадором, изящно ускользает меж защитников, кружит и забивает. Не хватает только прямого перехода от плаща к реющему над ареной красному знамени. Фильм, разумеется, заканчивается после первого матча серии. Про восьмой, заключительный, московский, пусть канадцы снимают.