Родимое пятно социализма

В прокат выходит «Ласковый май»

Ксения Рождественская 01.10.2009, 15:04
Каропрокат

В прокат выходит «Ласковый май» — истинно народное кино, фонограммный оммаж триумфальному возвращению поздних восьмидесятых.

В романтизированной кинобиографии Андрея Разина и группы «Ласковый май» все неправда. Уф, с этим разобрались.

Фанатов надо любить. Фанаты составляют большую часть человечества. Не лучшую, нет, но платежеспособнейшую. Кроме того, именно фанаты поддерживают миф, создаваемый продюсерами. Полезные люди фанаты, но фильм Владимира Виноградова «Ласковый май» не только для них.

Детдомовец Андрюша Разин (Вячеслав Манучаров) мечтает быть певцом. Скользкий парень с плакатной улыбкой, выдавая себя за племянника Михаила Сергеевича Горбачева, протыривается куда хочет — хоть на телевидение, хоть с концертом на стадион. Но сам он петь не очень-то умеет, поэтому находит детдомовского мальчика с уже готовыми песнями и становится гениальным продюсером.

С бендеровской залихватскостью он превращает распадающийся СССР в поле чудес.

Фильм безыскусен и нагл, как творчество группы «Ласковый май», и вызывает такой же восторг, как ласковомайская легенда. Он сделан «сериальной» командой, режиссер Владимир Виноградов, если верить интернету, автор документальных фильмов (в том числе «Андрей Макаревич. Правила движения») и сериалов «Сваха» и «Безмолвный свидетель». Законы мыльного жанра оказались идеальными для попсовой темы, история об аферисте превратилась в достойную Астрахана сказку о том, что «все будет хорошо» — а слово «хорошо» сегодня популярно лишь в последних сериях мыльных опер.

Получилось по-настоящему народное кино, из тех, которые показывают по телевизору под Новый год сквозь пустые бутылки и серебряную мишуру.

Здесь все на месте, все штампы, драмы, трагедии и заголовки конца 80-х спрессованы в тугую денежную котлету. Внебрачные дети, комсомольские изнасилования, оборона осажденного города, драка с плохими парнями, денежные ванны, фанатки, раскачивающие автобус, мать, которая обещает больше не пить. А в финале — это не спойлер, мы в этом живем — рыдающие от близости Юры Шатунова девочки-подростки вдруг превратятся в немолодых, жирных, рыдающих от близости Юры Шатунова баб, точно так же размазывающих тушь по щекам. И когда камера взглянет на сцену, там окажется не конфетный мальчик, а заматеревший зомбиобразный сегодняшний Юра Шатунов, поющий ту же старую песню, а на заднем плане — сегодняшний Андрей Разин с хищным оскалом хорошо откормленной акулы.

И тут вот уберите от экранов детей из детдома, потому что это бесконечно страшно — видеть, как матереет и жиреет миф о 80-х.

К этому фильму бессмысленно подходить с точки зрения исторической правды, все претензии можно предъявлять лишь мифу. В «Ласковом мае» есть гениальный, без преувеличения, ход, который оправдывает вообще все, от мелких ляпов вроде того, что с пяти рублей не сдашь два с полтиной парой монет, до крупных ляпов вроде того, что биография Разина на самом деле была абсолютно другой. У Михалсергеича в фильме нет родимого пятна.

Не знаю, кто это придумал, но именно этот человек превратил глуповатую рождественскую сказку в удивительную метафору.

От настоящего Горбачева в фильме остался только смутно похожий голос и интонации. Это принципиально: точно так же от настоящего «Ласкового мая» в бесконечных «клонированных» гастролях оставалась лишь фонограмма. И точно так же только голос, только фонограмма осталась в фильме от реального времени конца 80-х. И да, это голос Юры Шатунова. И теперь клоны 80-х будут ездить под фонограмму по кинотеатрам большой страны.

Отличный фильм, честное слово.