Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Мировая эрозия в действиях

30.12.2010, 09:17

Десять основных событий и явлений, определивших лицо последнего года первого десятилетия века

2010 год не изменил тенденцию, которая наметилась еще в середине нулевых и ускорилась в результате мирового экономического кризиса. Многообразные политические процессы, которые развивались в минувшем году, объединяет одно: продолжается размывание существующих институтов, а страны, имеющие амбиции, ведут себя все более независимо. Вот десять основных событий и явлений, определивших лицо последнего года первого десятилетия века.

1. Прекращение российско-украинского противостояния. Победа Виктора Януковича на выборах президента Украины и последующие события показали, что острый конфликт Москвы и Киева в годы правления Виктора Ющенко носил конъюнктурный характер. С его уходом все вернулось к норме — тягучий экономический торг и политическая лояльность, но без рвения к сближению. Харьковская договоренность о размене пребывания в Севастополе Черноморского флота на льготные условия газоснабжения сняли взаимную напряженность, но не создали фундамента отношений.

Внешние силы не проявляют почти никакого интереса к Украине, хотя еще совсем недавно события там казались судьбоносными.

За неполный год пребывания у власти Янукович и Партия регионов взяли под контроль всю политическую систему, практически не встречая сопротивления, что трудно было представить себе еще год назад.

2. Смена власти в Киргизии и реакция России. Переворот в Бишкеке, погромы на юге страны и относительная стабилизация после референдума и выборов примечательны прежде всего реакцией Москвы, которая вопреки ожиданиям повела себя крайне осторожно. Военное вмешательство всерьез не обсуждалось, политические и дипломатические усилия были скромными.

Россия начинает по-новому осмысливать свои интересы на постсоветском пространстве, соизмеряя желания с возможностями.

И логика жесткого соперничества с США за геополитические активы уступает место трезвому анализу рисков и пониманию ограниченности инструментов.

3. Российско-американская перезагрузка. Политика выхода из тупика, в который отношения Москвы и Вашингтона зашли к концу правления Джорджа Буша, увенчалась успехом. К концу 2010 года Барак Обама и Дмитрий Медведев выполнили все то, что намечалось в рамках перезагрузки.

Для Обамы российское направление совершенно неожиданно оказалось чуть ли не главным: ратификация договора СНВ стала тестом на способность администрации чего-либо добиваться. Тест Белый дом прошел, но дальнейшее не предопределено: атмосфера в американской политике изменилась в пользу противников президента, а содержание диалога с Россией на новом этапе неясно.

Каков будет российский политический климат в 2011-м, году принятия решения о следующей модели власти, тоже трудно предсказать. Очередное раздувание внешних угроз, как это было 4 года назад, не исключено.

4. Ужесточение позиции Китая по региональным вопросам. Пекин ощущает себя главным «победителем» экономического кризиса. Решительное заявление о том, что КНР рассматривает Южно-Китайское море зоной своих непосредственных интересов, всполошило не только соседей, но и Соединенные Штаты. Рост трений КНР с Японией и эскалация напряженности на Корейском полуострове — приметы того, что конфликтный потенциал Восточной Азии начинает оказывать воздействие на глобальную политику. Непонимание между Пекином и Вашингтоном постепенно нарастает, что выражается в намечающейся региональной гонке вооружений.

5. Фактическая денонсация Союзного государства России и Белоруссии. Острый политический конфликт между Москвой и Минском, в который переросли экономические разногласия, показал, что имитация сближения, чем на протяжении многих лет занимались две страны, себя исчерпала. Далее нужно либо переходить к реальной интеграции в рамках Таможенного союза и Единого экономического пространства, либо «разбегаться». Итог года противоречив. С одной стороны, Россия и Белоруссия вроде бы пошли друг другу навстречу: пакет документов под самый занавес подписан, Кремль сквозь зубы поздравил Лукашенко с победой на выборах. Но очевидно полное отсутствие взаимного доверия, так что противоречия выплеснутся по первому же поводу.

6. Кризис зоны евро. Конфликт в Евросоюзе между глубокой экономической интеграцией и отсутствием соответствующего уровня интеграции политической привели к острому кризису. Две страны пришлось спасать от банкротства, список, вероятно, не закрыт.

Год действия Лиссабонского договора (принят в декабре 2009 года) стал не временем укрепления международных позиций ЕС, как предполагалось, а периодом погружения во внутренние проблемы и роста напряженности.

Предлагаемые меры носят половинчатый характер, и будущее объединения все менее определенно.

7. Резкое поправение европейской политики. В Германии бестселлером стала книга респектабельного финансиста и функционера Социал-демократической партии Тило Заррацина о том, как страна гибнет из-за иммигрантов. В Голландии правительство опирается на поддержку антимусульманской партии. В шведский риксдаг впервые прошли ультраправые. В Швейцарии запрещены минареты. Президент Франции инициировал шумную антицыганскую кампанию.

Страх граждан перед неизвестностью глобального будущего ведет к росту ксенофобии, что заставляет европейский мейнстрим смещаться вправо.

Процесс будет продолжаться с очевидными последствиями для всего ЕС — противники иммиграции автоматически выступают против единой Европы.

8. Переориентация Турции. Провокационный рейд в Газу «Флотилии свободы», который закончился атакой израильского спецназа и гибелью турецких граждан, едва не привел к разрыву отношений Турции и Израиля, а также символизировал поворот политики Анкары от прозападного курса к политике, более ориентированной на исламские страны. Утвержденные на референдуме поправки к конституции ослабили власть военных и укрепили позиции умеренно исламского правительства Эрдогана. И в самой Турции, и вне ее заговорили о «новом османизме» — стремлении Анкары к восстановлению прежней имперской сферы влияния. В регионе заявил о себе амбициозный и влиятельный игрок.

9. Сближение России и Польши. Невероятная катастрофа под Смоленском, жертвами которой стала половина польской политической элиты, стала мистическим знаком того, что страшную страницу истории, связанную с Катынью, пора закрыть.

Примирение Москвы и Варшавы началось еще до этой трагедии и продолжалось на протяжении всего года.

Желание подвести черту под мрачной историей имело и прагматический аспект: плохие отношения России и Польши мешают обеим сторонам реализовывать свои внешнеполитические интересы.

10. Скандальная отставка командующего силами НАТО в Афганистане. Откровения генерала Стэнли Маккристала, который в интервью журналу «Роллинг стоун» крайне уничижительно высказался о политическом руководстве страны и персонально главнокомандующем, продемонстрировали глубину противоречий в американском руководстве относительно афганской стратегии. Об этом же рассказал в своей новой книге самый знаменитый американский журналист-инсайдер Боб Вудворд. Замена Маккристала на героя иракской войны Дэвида Петреуса не решила главной проблемы — что делать с безнадежной войной, где на кону престиж Америки и репутация НАТО.