Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Талант и его почитатели

23.08.2011, 11:10

Глеб Черкасов о любви к спецоперациям

Въезд «дорогого руководителя» Ким Чен Ира в Россию держался долгое время в секрете, скрытым от посторонних глаз его маршрут остается и сегодня. Известно, что едет к Дмитрию Медведеву, известно, что на бронепоезде. «Дорогой руководитель» уделяет чрезвычайное внимание обеспечению своей безопасности и в силах заставить весь остальной мир учитывать его пожелания. Когда Ким Чен Ир приезжал в Россию в прошлый раз, он ехал через всю страну. Тем, кто попался на его пути, это запомнилось. В 2011 году пассажирам поездов дальнего следования облегчение вышло: бронепоезд дойдет только до Улан-Удэ, всем, кто живет западнее, можно по данному вопросу не беспокоиться.

Ким Чен Ир живет и работает в режиме спецоперации. Скорее всего, лидер тоталитарного государства по-другому просто не может — дай только слабину, как быстро отправят на пенсию (в лучшем для лидера случае). Если от обстоятельств нельзя отказаться, то ими лучше всего наслаждаться. А встреча с почитателями таланта — отдельный и очень приятный бонус. Российским руководителям наверняка импонирует манера Ким Чен Ира превращать все в своей жизни в спецоперацию — они бы и сами того очень хотели, стараются по мере сил, но до совершенства пока еще очень далеко.

Оговоримся сразу — путинско-медведевская Россия не КНДР и вряд ли станет ее напоминать по устройству жизни в ближайшее время. Нет оснований считать, что опыт северокорейского государственного строительства в целом является образцом для российского начальства. Речь идет исключительно о том, что наши руководители любят спецоперации ничуть не меньше, чем Ким Чен Ир. Хотя, конечно, до совершенства им еще далеко: и возможности пока не те, и опыта не хватает.

В режиме спецоперации решается в последние 11 лет вопрос о власти. Главное условие кадровых решений на самом высоком уровне состоит в том, что до самого последнего момента никто ни о чем не должен даже и догадываться. В 2008 году один важный государственный человек сел в самолет и полетел в Москву занимать вполне определенную должность, все было оговорено. По прилете он узнал, что ждет его совсем другой кабинет и несколько иная сфера деятельности. Отсюда и кадровая непредсказуемость, и появление поразительных людей на самых ответственных постах, и крушение, казалось бы, незыблемых фигур.

Возможно, понять логику было бы проще, если бы хотя бы после окончания спецоперации ответственные лица объясняли причины принимаемых решений. Однако этот режим предполагает строгую секретность и после ее окончания — вот, может быть, лет через 50 напишут мемуары или откроют архивы.

Режим спецоперации активно используется при решении вопроса о собственности, особенно в тех отраслях, которые наиболее интересны руководству страны. Самая известная история случилась с «Байкалфинансгрупп», которая хватанула крупный кусок ЮКОСа. Пришли из ниоткуда, взяли то, что должны были взять, отдали куда нужно и растворились в предрассветном тумане. Таких историй и до того, и после того было много.

Когда режим еще только формировался, спецоперации были необходимым инструментом его строительства. Теперь это привычка, стиль, от которого нельзя отказываться ни на секунду. Форма начинает определять содержание. Поэтому спецоперации проводятся даже там, где этого совсем не нужно. Валентина Матвиенко выиграла бы муниципальные выборы в Санкт-Петербурге, и не пряча свое выдвижение, и без помощи курсантов академии имени Можайского. Однако стилю работы руководства страны надо соответствовать, поэтому маленькая предвыборная кампания велась под большим секретом. Не хотелось бы думать, что это был экзамен на право стать спикером Совета федерации.