Пенсионный советник

Майнинг над пропастью: кто пойдет по пути Венесуэлы

Зачем государствам национальные криптовалюты

Президент Венесуэлы Николас Мадуро с компьютером для майнинга во время запуска национальной... Marco Bello/Reuters
Президент Венесуэлы Николас Мадуро с компьютером для майнинга во время запуска национальной криптовалюты Petro в Каракасе, 20 февраля 2018 года
Венесуэла первой в мире запустила национальную криптовалюту El Petro, привязав ее к нефти. Каракас обещает на следующей неделе выпустить еще один вид криптоденег с привязкой к золотому запасу. О возможности выпустить национальные криптоденьги говорили и другие государства, вопрос о создании крипторубля прорабатывал и Минфин. Кто и зачем может решиться на создание национальной криптовалюты и насколько эффективным может быть этот механизм, — читайте в материале «Газеты.Ru».

El Petro не потянет

Венесуэла решила показать всему миру новый путь выхода из кризиса. Страна первой в мире запустила национальную криптовалюту El Petro, подкрепленную нефтяными запасами страны.

Реклама

Каракас заявил уже, что намерен выпустить 100 млн токенов El Petro. Предварительная стоимость одной криптоединицы с привязкой к цене барреля венесуэльской нефти составляет $60. Таким образом, ожидается, что эта мера позволит стране привлечь около $6 млрд.

Пойти на такой нетривиальный шаг, как выпуск национальной криптовалюты El Petro, правительство Венесуэлы заставило критичное состояние экономики. Финансовая система, основанная на боливаре, трещит по швам: по итогам 2017 года инфляция в Венесуэле превысила 2610%.

ВВП страны, по оценкам Международного валютного фонда, к концу 2018 года сократится на 15%, а инфляция достигнет 13 000%. За минувший год боливар девальвировался примерно в 80 раз.

За счет El Petro правительство Мадуро намерено гасить свой госдолг и рассчитывает провести две трети выплат иностранным инвесторам по облигациям, которые должны быть погашены в 2018 году. Власти также гарантируют, что с помощью новой валюты можно будет оплатить налоги, штрафы и государственные услуги. Правда, достаточных технологических условий для этого в стране не создано.

Руководитель ведомства по созданию национальной криптовалюты Карлос Варгас отмечал, что

El Petro может привлечь инвесторов из Турции, Катара, США и Европы.

20 февраля были начаты предварительные закрытые продажи, которые планируется проводить до 19 марта, после чего будет запущено ICO.

Президент Николас Мадуро написал в своем Twitter, что за первый же день предварительных продаж новой валюты удалось привлечь $735 млн.

В пятницу Мадуро заявил, что интерес инвесторов к сделкам с Petro превысил $1 млрд.

Однако Национальный банк официально не подтвердил эти данные, информация об инвесторах также не была обнародована. По словам Мадуро, есть инвесторы, которые готовы оплатить Petro долларами, евро или биткоинами.

Эксперты довольно скептически относятся к венесуэльской криптовалюте и заявлениям Каракаса.

Не исключено, что Мадуро выдает желаемое за действительное. Более того, американское правительство уже предостерегло инвесторов о последствиях инвестиций в El Petro, как способ обойти санкции США в отношении Венесуэлы, отмечает финансовый консультант TeleTrade (ООО «ТелетрейдБел») Михаил Грачев.

Не факт, что на криптовалюту не распространятся санкции, которые были наложены в отношении страны. Это ограничит спрос на нее, предупреждает начальник аналитического отдела ИК РУСС-ИНВЕСТ Дмитрий Беденков.

Кроме того, вопросы вызывает и сама привязка к нефтяному рынку. Для прихода капитала его владельцы должны ожидать существенный рост своих вложений, при этом уверенности в сильном росте цен на нефть сейчас нет ни у кого – 100 долларов за баррель выглядит маловероятным, отмечает Богдан Зварич, старший аналитик ИК «Фридом Финанс».

Между тем, в четверг Мадуро анонсировал выпуск еще одной криптовалюты — золотого Petro Oro, «у которого будут те же характеристики, что и [нефтяного El Petro]».

Пример для неудачников

Искушению последовать по пути Венесуэлы вполне могут поддаться и другие страны. Так, недавно о возможности создания национальной криптовалюты заговорила Турция. Заместитель председателя Партии националистического движения Турции Ахмет Кенан Танрикулу подготовил отчет, в котором предложил создать криптовалюту, поддерживаемую государством.

По его словам, Turkcoin должен токеницизировать подкрепленные реальными активами ценные бумаги.

Ранее Израиль не исключал возможности создания криптошекеля. На этой неделе было объявлено, что в Малайзии будет воздана первая в мире халяльная криптовалюта GOLDX, соответствующая нормам и законам шариата.

Для того чтобы понять, насколько вероятно, что государства начнут выпуск криптовалют, можно поставить вопрос: «А зачем?», рассуждает Грачев. У развитых стран существуют сильнейшие финансовые системы, основанные на фиатных валютах, проверенные временем и находящиеся под жестким государственным регулированием.

Финансовые системы развивающихся стран несколько слабее, но, тем не менее, в основном они также отвечают требованиям национальных экономик и способствуют их развитию. Более того, несколько основных валют, например, доллар США, евро, японская йена и т.д. являются основой мировой экономической системы, то есть выполняют функцию глобальных денег и делают это достаточно успешно, подчеркивает консультант.

По словам эксперта «Международного финансового центра» Ольги Прохоровой, для того, чтобы другие страны могли решиться на запуск собственных криптовалют, необходимо наличие трех факторов:

значительные запасы ресурсов, серьезные экономические проблемы, которые вынуждают прибегать к нестандартным решениям и экспериментам, и достаточная смелость, и в некоторой степени безрассудство правительства.

Для развитых стран венесуэльский сценарий маловероятен по той причине, что у них нет проблем Венесуэлы, и нет необходимости проводить такие «национальные ICO», которые больше напоминают «сбор денег с протянутой рукой», полагает она.

Кроме того, инвестиции в цифровые валюты способны привлечь игроков специфичного типа — согласных на солидные риски для получения повышенной прибыли и готовых в любой момент закрыть свои позиции, что крайне отрицательно влияет на котировки активов, обращает внимание аналитик социальной сети для инвесторов eToro в России и СНГ Михаил Мащенко.

Опыт Венесуэлы могут перенять страны с аналогичной экономической ситуацией или испытывающие трудности в привлечением капитала из-за международных санкций. Однако, гарантировать успех в этом деле абсолютно невозможно,

отмечает эксперт.

Крипторубль нам не нужен

Каракас, однако, активно продвигает свою криптовалюту по всем направлениям, в том числе пытаясь заманить в эту авантюру одного из своих самых терпеливых кредиторов – Россию.

Так, 21 февраля председатель финансового комитета Госдумы Анатолий Аксаков подтвердил «Газете.Ru», что министр экономики и финансов Венесуэлы Симон Серпа проводит в Москве консультации по национальной криптовалюте.

«Мы по всем криптовалютам встречаемся, не только по El Petro, но и по эфиру и биткоину, например, и изучаем их. Это ровно ничего не значит, просто изучаем опыт создания других криптовалют, в том числе и El Petro. Это никак на законотворческую деятельность не повлияет», — сказал Аксаков.

При этом со своей позицией по поводу криптовалют Москва до конца еще не определилась.

В январе Минфин опубликовал проект закона о регулировании цифровых активов, в котором дается определение майнингу, криптовалюте и токену. Документ был признан «сырым» и отправлен на доработку.

В четверг в СМИ появились выдержки из письма министра финансов Антона Силуанова президенту РФ Владимиру Путину по поводу декабрьского поручения главы государства проработать вопрос о создании национальной криптовалюты.

«Минфин России не возражает против возможной реализации частного проекта по созданию российской криптовалюты при условии обеспечения соответствующего контроля со стороны финансовых властей, а также отсутствия необходимости осуществления инвестиций за счет государственных средств», — цитирует «Интерфакс».

Глава Минфина отмечает ряд ограничений в применении криптовалют: число транзакций в системе криптовалюты Bitcoin достигает семи штук в секунду, у Ethereum — 20 штук, а в платежной системе Visa за секунду осуществляются 2 тыс. транзакций.

Кроме того, «попытка использования национальной криптовалюты как средства привлечения иностранных инвестиций в национальную экономику, по всей видимости, столкнется с проблемой ее обмена на иностранную валюту», отмечает Минфин.

При этом в последнее время появились сообщения об ограничении доступа российских пользователей к иностранным криптовалютным биржам.

«С учетом вышеизложенного представляется, что создание национальной криптовалюты с единым эмиссионным центром невозможно из-за технических особенностей «эмиссии» криптовалют, основанных на технологии распределенных реестров»,— поясняет Силуанов.

Общего представления о том, что должна представлять собой национальная криптовалюта в РФ, сейчас пока нет, отмечает Прохорова. Ясно одно: крипторубль не станет заменой традиционному рублю, скорее некой «прослойкой» для совершения обмена криптовалют на рубли, если ЦБ и Минфин все-таки узаконят подобные сделки, отмечает эксперт.

Для России, обладающей крепкой финансовой системой и национальной валютой, нет необходимости пополнять государственный бюджет таким сомнительным образом. Развитие экономики на основе современных технологий более вероятно приведет к росту благосостояния государства, чем выпуск El Petro или El Russo, отмечает Грачев.