Пенсионный советник

«Мы призываем ИГ сдаться или умереть»

Почему взятие Мосула не приближает разгром ИГ в Ираке

Уничтоженный бронеавтомобиль ИГ в окрестностях Мосула, Ирак, 26 июня 2017 года Marius Bosch/Reuters
Уничтоженный бронеавтомобиль ИГ в окрестностях Мосула, Ирак, 26 июня 2017 года

У иракских правительственных сил так и не получилось приурочить победу над «Исламским государством» в Мосуле к окончанию священного для мусульман месяца Рамадан. Теперь они прогнозируют, что до полного освобождения города осталось несколько дней. Однако освобождение от ИГ Мосула вовсе не означает победу над группировкой в Ираке, а со временем может, наоборот, привести к реваншу джихадистов.

Иракская армия будет полностью контролировать всю территорию Мосула уже через несколько дней, заявил Reuters командир элитных подразделений контртеррористической службы Ирака генерал-лейтенант Абдул Гани аль-Ассади.

Реклама

По оценке иракских военных, территория, которая остается под контролем боевиков «Исламского государства» (запрещено в России) в Старом городе Мосула, составляет менее 2 кв. км.

«С военной точки зрения ИГ пришел конец. Они потеряли свой боевой дух, мы призываем их сдаться или умереть», — заявил аль-Ассади.

В воскресенье джихадисты попытались захватить районы за пределами Старого города, которые ранее у них уже отбили правительственные силы. Иракские СМИ сообщили о наступлении боевиков в западных районах Мосула аль-Танак, Ражм Хадид и аль-Ярмук. Во время наступления террористы, в частности, поджигали жилые дома, пишет «Би-би-си». Все контратаки были отражены правительственными силами.

Сейчас в Старом городе остаются около 200–350 боевиков ИГ, по оценке иракских военных и аналитиков. Также в Старом городе, предположительно, продолжают оставаться десятки тысяч мирных жителей.

Иракская армия наступает на последний оплот ИГ в Мосуле очень медленно: правительственным силам осталось отбить у ИГ самые труднодоступные районы, в которых остались преимущественно иностранные боевики с мощной обороной.

Боевики в целях обороны активно используют снайперов, которые имеют приборы ночного видения, что также осложняет продвижение иракской армии. Кроме того, джихадисты устраивают в городе теракты: как рассказал «Би-би-си» один из иракских солдат, за четыре дня они столкнулись с атаками 80 террористов-смертников.

Победа над ИГ еще далека

Освобождая территории, захваченные террористами, иракское правительство решает тактические задачи, но не стратегические. Штурм Мосула привел к значительным потерям среди самых боеспособных подразделений армии и полиции. По-прежнему на территории страны остаются районы, полностью подконтрольные ИГ. Все это в будущем может привести к реваншу террористов. Причем масштабы реванша, возможно, смогут сравниться с их триумфальным шествием летом 2014 года.

Командование иракской армии обозначило окончание операции по освобождению Западного Мосула. Военные надеялись, что город будет полностью взят под контроль правительственных сил к 25–26 июня — в эти дни заканчивается священный для мусульман месяц Рамадан. Это уже не первый раз, когда военные обещают закончить операцию к определенной дате. Ни разу их обещания не сбывались. Например, в предыдущий раз «окончательный срок» был назначен на начало месяца Рамадан — 26 мая. За две недели до Рамадана начальник генштаба иракской армии генерал-лейтенант Осман аль-Ганим заявлял, что «силы безопасности предпринимают большие и эффективные усилия» и «с ИГ будет покончено за несколько дней».

Не стоит надеяться, что операция закончится к 26 июня. Во-первых, оставшиеся в Мосуле боевики «Исламского государства» сопротивляются довольно эффективно. Их оборона носит весьма вязкий, наносящий ощутимые потери иракской армии характер.

Узкие улочки, тесная застройка Старого города, где сейчас продолжаются бои, затрудняют для иракцев использование их главных козырей — бронетехники и авиации.

Фактически штурм Старого города продолжается уже с середины марта.

Во-вторых, нет совершенно никаких гарантий, что даже после взятия города под полный контроль там закончатся стрельба и взрывы. Мосул — второй по размерам город Ирака. Чтобы полностью зачистить его от террористов, придется длительное время проводить спецмероприятия в различных районах, где могут укрыться боевики. Под Старым городом, в частности, расположены старинные катакомбы, где боевики, по сообщениям иракских военных, организовали мастерские и тренировочные лагеря для новых боевиков. Никаких точных карт старинных катакомб нет. Их зачистка будет достаточно сложной.

Можно констатировать, что освобождение Мосула, которое в начале операции осенью 2016 года представлялось иракским властям и американским военным как скорая и яркая победа, показала эффективность ИГ в Ираке.

Городская застройка помогает ИГ

Мосул являлся «столицей» иракских владений ИГ. Другое его символическое значение — именно там, в мечети ан-Нури в июле 2014-го Абу Бакр аль-Багдади провозгласил создание «Исламского государства», или «Халифата». Операция по его освобождению началась 17 октября 2017 года. Наземному наступлению предшествовали массированные удары артиллерии и авиации правительственных сил Ирака, Иракского Курдистана и возглавляемой США коалиции. Населенные пункты в районе линии фронта были серьезно разрушены.

Полностью руинированные дома, объекты инфраструктуры, разбитые дороги — даже спустя полгода после перехода под контроль правительства Ирака и вооруженных формирований Иракского Курдистана в этих населенных пунктах не созданы условия для возвращения жителей. Наибольшую проблему представляют села и города, где до лета 2014-го жили христиане-ассирийцы и езиды. Сами по себе ассирийцы и езиды являются целями для террористов. Силы безопасности Ирака до сих пор не могут гарантировать безопасность в этих районах. Поэтому ассирийцы и езиды по-прежнему предпочитают жить в лагерях беженцев.

Местность вокруг Мосула представляет собой равнинный либо умеренно холмистый рельеф. Поэтому продвижение к городу происходило сравнительно быстро. Но когда правительственные и коалиционные силы подошли к городу, темп их наступления резко снизился. Боевики ИГ весьма эффективно использовали условия города для своих действий. Поэтому штурм города превратился в две отдельные операции: первая — освобождение восточной его части, до января 2017-го; вторая — освобождение западной половины, с февраля, продолжающаяся до сих пор.

В городской застройке уменьшилось значение бронетехники — стало невозможно массовое применение танков, которые способны выдержать тараны автомобилей, начиненных взрывчаткой. Иракцы стали больше прибегать к применению броневиков, в частности «Хамви» американского производства. В свою очередь террористы, используя беспилотные летательные аппараты, выявляли скопления броневиков и направляли на них смертников — это приводило к большим потерям среди личного состава и техники правительственных сил. Также в условиях города уменьшилось значение тяжелой артиллерии. Боевики пробивали стены домов, таким образом, создавая своеобразные тоннели, легко меняли позиции для ведения огня. Артиллерия зачастую уничтожала дома и здания, которые боевики, отстрелявшись, уже покинули. Между некоторыми домами натягивались полотнища из ткани, что затрудняло авиаразведку и нанесение ударов с воздуха.

Чтобы уменьшить потери среди личного состава, иракцы прибегали к тактике, скопированной у израильской и американской армий: они продвигались до первого огневого контакта с противником, далее они останавливались, закреплялись на позициях и наводили на огневые точки террористов авиацию и артиллерию.

Такая тактика приводит к значительным разрушениям, но отнюдь не позволяет наносить серьезный урон противнику. Порой два-три снайпера могли сдерживать продвижение иракцев несколько часов: они просто меняли позиции и стреляли по военным, когда те в очередной раз начинали продвижение.

Отдельная тема — использование смертников на бронированных автомобилях и бульдозерах, начиненных взрывчаткой. Их массовое использование на начальном этапе битвы за Мосул породило настоящую истерию в рядах правительственных сил. Боязнь появления «шахид-мобиля» из-за угла в городской застройке также сдерживала быстрое продвижение иракцев. В качестве меры борьбы с «шахид-мобилями» используются нагромождения из сожженных автомобилей, навалы из строительных материалов, порой просто сгребают руины разрушенных домов, чтобы перекрыть улицу.

Нынешние бои в Старом городе идут вдоль линий самых широких улиц. На этих улицах можно еще использовать броневики. Но вот углубление в узкие улочки, где может пройти лишь пешеход, сразу приводит к потерям среди иракцев — террористы очень умело пользуются снайперами. В итоге артиллерия и авиация просто сносят застройку исторического центра Мосула, чтобы сократить свои потери.

Военные и гражданские

Одна из ключевых проблем для иракской армии и полиции — это то, что их готовили для подавления гражданского неповиновения внутри страны. Их подготовкой занимались американские военные специалисты и сотрудники частных военных компаний, которые создавали новую армию и полицию страны после оккупации Ирака в 2003 году. В условиях полноценной войны, хотя и имея техническое и количественное преимущество на своей стороне, иракцы оказались никудышными вояками. При этом противостоят им силы, которыми командуют бывшие офицеры силовых структур Саддама Хусейна, бывшие военные с постсоветского пространства и из арабских стран. Сама военная структура ИГ — очень разумный организм, который постоянно модернизирует свою тактику, исходя из реалий данного момента.

Непрофессионализм иракских правительственных сил приводит к массированным ударам по районам, где находится гражданское население. Бессмысленно обвинять террористов, что они удерживают в качестве «живого щита» гражданских.

Численность боевиков на начало битвы за Мосул оценивалась американскими военными экспертами в 10–15 тыс. человек. Численность жителей на захваченных территориях оценивалась не менее 1,5 млн человек.

При всем желании террористы не смогли бы сдерживать такую массу гражданского населения. В большинстве своем гражданские — это арабы, исповедующие суннизм. Американские оккупационные силы поддерживали в Ираке шиитов, так что суннитов вполне устраивало жить в условиях ИГ, которое декларирует защиту как раз суннитов. Поэтому тысячи гражданских вполне добровольно оставались в районах, подконтрольных террористам, когда битва за Мосул уже началась.

Среди самих иракских военных и полицейских корреспонденту «Газеты.ру» во время поездки в Мосул доводилось слышать разговоры, что «суннитам доверять не стоит и лучше бы от них совсем избавиться». Иракское правительство по-прежнему не создало разумного механизма интеграции в мирное общество людей, живших свыше двух лет под властью ИГ. Нерешенность проблем суннитов внутри Ирака создает предпосылки для нового триумфа ИГ либо структуры, похожей на нее. Поэтому окончательное взятие Мосула является лишь тактической победой Багдада, но стратегически правительство страны по-прежнему не может сломить террористическую организацию.