Слушать новости
Телеграм: @gazetaru

«Чудовищное извращение правосудия»

, , ,
Политики и эксперты, которых опросила «Газета.Ru», не удивились приговору, который суд вынес Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву. При этом они сомневаются, что приговор будет пересмотрен в ближайшем будущем.

Ирина Хакамада, лидер партии «Наш выбор»:

— Реализовался самый худший сценарий из трех возможных. Более мягким были бы условный или сокращенный срок. Приговор демонстрирует заказной характер дела. Обвинение в лице прокуратуры требовало десяти лет, и суд дал всего на год меньше. Доводы защиты и ее доказательства вообще не были приняты во внимание.

Я даже не могу сказать, что это был процесс, — это было судилище.

Заявление президиума политсовета СПС в связи с вынесением приговора

Впервые в истории России крупнейший предприниматель страны получил девять лет тюрьмы. При этом срок назначен за налоговые и приватизационные правонарушения...

Вопиюще жестокий и несправедливый приговор лишний раз показал, что у нас нет независимого суда, а есть только всесильная Генеральная прокуратура, обслуживающая интересы новых олигархов от власти. Это означает, что власть выбрала репрессивный путь, давая понять, что демократические принципы и независимые суды не имеют для страны никакого значения. Цель оправдывает средства, а цели были просты: запугать всех остальных, продемонстрировать, что будут использованы все методы для подавления политического инакомыслия. Заодно происходит банальный передел собственности в пользу своих олигархов.

Последствия данного решения будут долгосрочными и тяжелыми. Запугивание бизнеса станет очень эффективным и распространенным, отток капитала усилится. Иностранные инвесторы будут вкладывать в Россию только при наличии государственных гарантий, а на свободный рынок выходить не будут. Совершенно точно можно сказать, что приговор вызовет недоверие примерно 30% населения страны, которые не поддаются пропаганде. Эти люди перестанут верить в безопасную и стабильную Россию.

Валерий Драганов, председатель комитета Госдумы по экономической политике, «Единая Россия»:

— Вопрос о справедливости срока очень сложен. Тюремное заключение означает человеческие мучения. Неуместно ставить вопрос, много или мало дали. Тем более если не знаешь досконально дела, неправомерен вопрос об адекватности срока выдвинутому обвинению. Я лично не убежден в этом. Адвокаты должны заявить кассацию, и мне кажется, что кассационные инстанции по совокупности всех обстоятельств могут изменить срок в сторону сокращения. Достаточно сильное давление извне, внимание к этому процессу говорят о том, что каждый день, проведенный в тюрьме обвиняемыми, можно считать за два или три. Не случайно уголовное законодательство предписывает засчитывать дни, проведенные в тюрьме во время предварительного следствия не день в день, а намного больше. Так что значительную часть срока Ходорковский отбыл.

Справедлив ли суд в России? Это не риторический вопрос. Я не уверен, что приговоры, выносимые нашими судами в разных местах, справедливы. Стоит надеяться, что рассмотрение в следующих инстанциях будет диктоваться не столько жесткостью наказания, а возвратностью материального ущерба. И компания ЮКОС, и сам Ходорковский сполна это сделали. Ходорковский в этом смысле активно сотрудничал со следствием.

Борис Березовский, предприниматель:

— Это было совершенно неизбежно. Принципиален был один вопрос: выпустят Ходорковского из тюрьмы или нет. Ответ: ни при каких обстоятельствах.

Я с самого начала говорил, что Ходорковский будет сидеть до тех пор, пока Путин будет президентом.

Заявление «Яблока» о приговоре Ходорковскому и Лебедеву

Приговор по «делу ЮКОСа» является актом устрашения. Ход процесса ярко показал, что российское правосудие — инструмент не права, а решения политических задач и передела собственности...

Поэтому ничего неожиданного для меня не произошло. Все последствия, которые могли случиться, случились. Кремль ставил несколько задач: устранение независимого бизнеса, ликвидация источников финансирования независимых от Кремля политиков, и, наконец, главная цель — воссоздание атмосферы страха. Все три цели достигнуты. Все они разрушают Россию. Цели Кремля противоположны интересам страны. Россия нуждается в независимых политиках, в независимых деньгах, нуждается не в страхе, а в свободе.

Легитимную оппозицию можно задавить, но оппозицию в сознании нельзя запретить. Кремль, по сути, потерял свою легитимность. Это означает, что методы борьбы с властью станут другими: конституционными в ответ на неконституционную власть. Революционные методы борьбы теперь приобретают первостепенный характер и являются конституционными. Судьба власти теперь будет решаться на улицах, а не на избирательных участках.

Виктор Плескачевский, председатель комитета по собственности Госдумы, фракция «Единая Россия»:

— Я, честно говоря, не знаком со всеми деталями обвинения, поэтому не хотел бы комментировать то решение, которое суд вынес, тем более что я не судебная инстанция. Что же касается экономических и политических последствий приговора, то бизнес, в принципе, проанализировал происходящее, предприниматели готовы признавать, что в процессе реформ 90-х годов не все было гладко. Какого-либо дальнейшего ухудшения экономической ситуации я не прогнозирую.

Аркадий Вольский, президент РСПП:

В Америке дают больше

Судебные разбирательства вокруг компаний, обвиняемых в финансовых махинациях, в мире не редкость...

— Вы подождите еще, будет еще городской суд, будет еще федеральный суд. Адвокаты говорят, подождите еще. Реакция бизнеса очень плохая. Вовсю развивается настроение «бей богатых». Вы же видели, сколько там рядом с судом стояло нанятых людей. Все это идет по стране, касается и макроэкономики, и социальных вопросов, и политической нестабильности. Начинается падение диалога бизнеса и власти. РСПП будет обсуждать ситуацию, мы договорились собраться в эту пятницу.

Представители компаний «Роснефть», «ЛУКойл», «Сургутнефтегаз», ТНК-ВР, «Интеррос», «Северсталь», СУАЛ, МасDonalds, Coca-Сola, Nestle, «Тройка Диалог», «Московский завод «Кристалл», «Патэрсон», «Объединенные кондитеры»,
«Ростик Групп», «Веста-Центр интернешнл»,
Philip Morris, «Вимм-Билль-Данн», «Русский продукт»
Kraft Foods, «Сан Интербрю»
отказались комментировать приговор.

Александр Шадрин, пресс-секретарь НК ЮКОС:

— Нефтяная компания ЮКОС расценивает приговор бывшему главе компании Михаилу Ходорковскому как чудовищное извращение правосудия, совершенное судебной системой. Эта система не только с готовностью выполнила заказ уничтожить Ходорковского, но, похоже, намерена разрушить и саму компанию ЮКОС. Работники ЮКОСа глубоко разочарованы приговором. Все, кто в прошедшие годы работал вместе с Ходорковским, создавая самую успешную и международно признанную российскую компанию, сохраняют чувство огромной гордости за его и свои достижения. Для огромного большинства людей этот приговор — трагический пример использования властями правоохранительной и судебной систем в политических целях.

Валентин Завадников, председатель комитета Совета федерации по промышленной политике:

— Нужно четко понимать, что это приговор не Ходорковскому и Лебедеву, а российскому правосудию. Оно доказало, что правосудием не является.

Дмитрий Рогозин, лидер партии «Родина»:

— Михаилу Ходорковскому был вынесен показательно строгий приговор. Я думал, что Ходорковский получит меньше - наша экспертная оценка была где-то в пределах пяти лет, а 9 лет — это практически верхняя планка наказания, применимая за инкриминируемые Ходорковскому статьи Уголовного кодекса. Стоит заметить, что обвинения, которые были предъявлены Ходорковскому, в принципе, распространяются на весь крупный бизнес. Почему власть ограничилась только Ходорковским, непонятно было лишь в начале, потом же все прояснилось, так как причина оказалась очевидной: стало понятно, что Ходорковский собирался финансировать коммунистов на прошлых выборах.

В целом я не могу сказать, что вынесение такого приговора означает реальную позицию российской власти в отношении налоговых преступлений в вопросах борьбы с коррупцией. Ходорковский в данном случае выбран в качестве козла отпущения, и вряд ли столь строгий приговор говорит о намерении власти предъявить аналогичный спрос и к другим олигархам. Я думаю, власть этим и ограничится. Серьезной работы по борьбе с коррупцией, по предотвращению абсолютного разъедания государственного аппарата через связи с олигархией не будет. Что же касается возможной реакции Запада, то надо помнить, что Запад корыстен в отношениях с Россией и он предпочтет работать с сильным, а сильной в этой ситуации является российская власть, которая примерно наказала ослушавшегося Ходорковского. Таким образом, никаких осложнений здесь не предвидится. Запад продолжит свое сотрудничество с Кремлем. Интерфакс

Сергей Иваненко, зампред партии «Яблоко»:

— Приговор по «делу ЮКОСа» — это акт устрашения всех, в том числе и политической оппозиции, которая находится в первых рядах борьбы с режимом. Он жесточайше несправедлив и означает, что мы находимся в новой политической реальности. Все демократические силы должны объединиться перед нависшей над страной опасностью. К сожалению, надо признать, что сейчас мы недостаточно сильны, чтобы противостоять тем действиям, которые совершает власть.

Иван Мельников, зампред ЦК КПРФ:

— Дело не в количестве лет, которые получили обвиняемые. Дело в политике власти, в судебной системе страны, которая от Мещанского суда до суда Верховного стала политическим инструментом этой власти. Политическим, потому что закон применяется выборочно. У нас в стране не два и не три олигарха. Но вместо того, чтобы спокойно, системно и в рамках закона расследовать все нарушения, власть предпочитает одних олигархов сажать в клетку, а других приглашает в Кремль пить чай и обсуждать «текущую ситуацию». Или, как Чубайсу, разрешает наживаться на энергетической системе страны в ущерб безопасности всех граждан.

Это не просто непоследовательность. Озвученные в послании президента шаги по упрощению процедуры легализации накопленных капиталов и по ограничению срока на пересмотр приватизационных сделок с 10 до 3 лет — это политика в интересах нынешних олигархов. Именно такие предложения, а не 9 лет Ходорковскому, показывают отношение власти к олигархическим группировкам. А «дело ЮКОСа» служит прикрытием для такой антиобщественной политики.

Игорь Бунин, директор Центра политических технологий:

— Все это настолько противно, что говорить не хочется. Все физически противно: и приговор, и тема. У меня крайне негативное отношение к тому приговору, который вынес суд.

Алексей Кондауров, депутат Госдумы от КПРФ:

— Я надеялся, что судья осознает свою историческую роль с точки зрения воздействия на правоохранительную и судебную систему, но или она не осознала свою миссию, или ей не дали осознать. Я согласен с мнением Ходорковского, который не предъявляет претензий Колесниковой и считает, что приговор утверждался в Кремле.

Произошла такая же катастрофа, как неделю назад техногенная авария в Москве. Только сегодняшнее событие касается судебной системы. Последствия этой катастрофы мы поймем со временем. Страна окончательно развернулась в сторону прошлого. Рассчитывать на свободу Ходорковский и Лебедев теперь смогут, только когда поменяется режим. Чем быстрее он сменится, тем лучше. После вынесения приговора людей в этом заинтересованных стало больше.

Алексей Макаркин, эксперт Центра политических технологий:

— Альтернатива тому, что сегодня произошло, в Кремле была одна. Если Ходорковский признал свою вину хотя бы по одному из пунктов обвинений и тем самым обрек бы себя на политическую смерть как общественная фигура, стал бы преступником, то приговор мог бы смягчиться. В этой ситуации о каких-либо его политических перспективах говорить было бы нельзя. Но так как он занял принципиальную позицию, отказался заплатить сумму, которую требовали налоговики, произошло то, что произошло.

Последствия очевидны. Инвесторы, которые и без того скептически относились к перспективам вложения в Россию, будут еще осторожнее. Те предприниматели, которые работают в России и с некоторым оптимизмом восприняли слова Путина в президентском послании, теперь, очевидно, оставят свои капиталы на Западе. По тому же адресу, видимо, будут отправляться и вновь заработанные средства. Уровень утечки капитала и без того достаточно высок, теперь будет еще выше. Что касается отношения Запада к России, то дело Ходорковского еще одна составляющая критики России. Есть, например, проект по исключению России из восьмерки. Есть масса симптомов, которые свидетельствуют о резком ухудшении отношений с Западом и о росте конкуренции на территории СНГ, например, за контроль над Белоруссией. Приговор — один из факторов в этой борьбе, который не идет на пользу России.

Президент Института энергетической политики Владимир Милов:

— Теперь есть все основания утверждать, что судебная система в России ангажированна и полностью зависима от воли исполнительной власти. Судя по материалам дела, которые были доступны в открытой печати, обвинения Ходорковского и Лебедева не доказаны ни по одному из эпизодов. Доказательная база приговора просто отсутствует. Приговор по большинству пунктов совпал с обвинительной частью — ясно, что суд просто пошел на поводу у исполнительной власти. Это не только мое личное мнение, но мнение многих людей в нефтегазовой сфере. Учитывая факт недоказанности, приговор выглядит слишком суровым.

Последствия этого решения суда: Россия окончательно превращается в Колумбию. Там тоже есть инвестиции и ведется бизнес, но нет верховенства закона и хорошо развита коррупция. Теперь между Россией и Колумбией можно ставить знак равенства.

Владимир Рыжков, депутат Госдумы РФ:

— Аплодирующие приговору в отношении Михаила Ходорковского не осознают всех возможных последствий «дела ЮКОСа». Эти люди пока не связывают «дело ЮКОСа» и их жизнь, а это связано. У нас в этом году худшие экономические показатели за последние пять лет, самое масштабное бегство капитала, быстро растет инфляция при падающих темпах роста, все это прямо связано с «делом ЮКОСа», и многие, кто сегодня аплодирует, уже страдают. Люди часто не видят всей картины, многие не понимают, что разгром ЮКОСа ударит и по ним, предприниматели не понимают, что такой же срок светит и им. Роман Абрамович и Ходорковский делали одно и то же, но один сейчас — губернатор и владелец футбольного клуба, а другому дали девять лет. Все это говорит о том, что Россия остается страной абсолютного, беспредельного произвола. Эхо Москвы

Вячеслав Игрунов, директор Международного института гуманитарно-политических исследований:

— Приговор беспрецедентно жестокий по экономическому делу для России. Безусловно, приговор, как и весь процесс, вызовет негативную реакцию в бизнес-сообществе и, как следствие, рост оттока капитала из страны. Я даже не исключаю, что руководство некоторых западных стран, например США, готово выступить с предостережением для своих бизнесменов, чтобы те с опаской инвестировали в Россию. Хотя вряд ли это предостережение будет иметь официальный статус.

Тем не менее реакция зарубежного бизнеса на этот приговор не будет однозначной. Многие западные бизнесмены изначально негативно относились к процессам «дикой» приватизации девяностых годов в России, и от этой прослойки зарубежных инвесторов трудно ожидать болезненной реакции на приговор Ходорковскому. Кроме того, значительная часть бизнеса на западе не обременяет себя политическими проблемами, поэтому они с готовностью ринутся в ту инвестиционную нишу, которая может открыться в России при оттоке инвесторов. Это не спекулятивный капитал, это могут быть вполне солидные и крупные фирмы, для которых бизнес важнее всего.

Министр торговли США Карлос Гутьеррес:

— Как уже неоднократно писали, «дело ЮКОСа» заставляет людей беспокоиться по поводу обстановки, которую они не понимают. Это создает неопределенность, которая влияет на бизнес. Когда компании наблюдают что-то, что негативно влияет на их бизнес, они либо не хотят инвестировать, либо инвестируют неохотно.

По словам Гутьерреса, американский бизнес нуждается в предсказуемой законодательной и законоприменительной обстановке в России. «России необходима репутация страны главенства закона», — подчеркнул министр. Интерфакс

Евсей Гурвич, руководитель Экономической экспертной группы:

— Весь ход процесса показывал, что мягкого приговора ожидать не стоило. Поэтому мгновенной сильной негативной реакции бизнеса на жесткий приговор Михаилу Ходорковскому, скорее всего, не последует.

«Дело ЮКОСа» уже оказало очень сильное влияние на экономику России — темпы экономического роста замедляются. Причем очагом замедления служит нефтяная отрасль, которая раньше была локомотивом роста. И это происходит на фоне экстремально высоких экспортных цен на нефть. Причина замедления — ухудшение инвестиционного климата. Основное условие благоприятного инвестклимата состоит в обеспечении защиты прав собственности и независимой судебной системе. «Дело ЮКОСа» показало, что ничего этого в России нет. По прогнозам экономической экспертной группы, валовый отток капитала из России, вызванный многими причинами, и не в последнюю очередь процессом над руководителями ЮКОСа, в 2005 году увеличится на $3–5 млрд — до $42–44 млрд.

Дело даже не в конкретном приговоре, а в том, что такое завершение «дела ЮКОСа» свидетельствует, что власть готова зайти сколь угодно далеко. Главный вывод, который можно сделать из всего процесса над Ходорковским и Лебедевым, заключается в том, что это может повториться с любой компанией в России, если власть вдруг решит, что ее руководство ведет себя неправильно.

Григорий Томчин, руководитель Всероссийской ассоциации приватизируемых и частных предприятий:

— Надеюсь, что приговор еще не окончательный, процесс продолжится, будет обжалование, апелляция. Снизят срок или не снизят — не знаю. Уж больно плохо на инвестклимат влияет происходящее. Трудно сказать по этому поводу что-то новое, все демонстрируют данные статистики. Возмущался я два года назад. Постоянно возмущаться бессмысленно. Надо что-то делать, но, что в России сейчас можно сделать, непонятно.

Василий Солодков, директор Банковского института при Высшей школе экономики:

— Я только что с переговоров с очень серьезной западной компанией, занимающейся многомиллиардными инвестициями. Люди говорят, что им непонятно, почему только Ходорковский, хотя очевидно, что все деньги, приходящие в страну, — от природных ресурсов, по непонятной причине оказавшихся в руках пяти-шести человек. Чем Абрамович отличается от Ходорковского? Непонятно. Они пытаются понять, каковы здесь правила игры. И приходят к выводу, что блефуют все, а государство выборочно ловит. Это не делает чести ни государству, ни блефующим.

Отток капитала связан с неопределенностью: хочет ли власть навести порядок в стране или выбрало конкретную жертву и с ней разбирается. Скорее всего, вариант второй, а он, с точки зрения инвесторов, чреват чем угодно. К тому же инвесторы убеждены, что колоссальное неравенство в доходах в стране неизбежно приведет к социальному взрыву. Именно политика государства, игнорирующего эти сигналы, приводит к оттоку капитала из страны. События на Украине показали, что неравенство в доходах, ложь, которая слышна с утра до вечера по телевизору, выводит людей из себя. А мы ничем от Украины не отличаемся.

Сергей Григорьев, вице-президент «Транснефти»:

— На инвестиционный климат «дело ЮКОСа» уже повлияло, так что по оглашении приговора особых изменений не будет. Сам приговор был ожидаем, а судебный процесс, судя по прессе, нельзя назвать образцом объективности.

Посол Великобритании в Москве Тони Брентон:

— Мы все время внимательно следили за ходом процесса. Его исход и приговор могут оказать серьезное влияние на бизнес и на уверенность инвесторов. Мы считаем, что для российского народа и для будущего России чрезвычайно важно создание судебной системы, не зависимой от государства и прочих структур; чрезвычайно важно, чтобы была создана система, которая бы действовала последовательно, транспарентно и объективно. Это важно и для поддержания атмосферы, в которой бы инвесторы оставались уверены, что они могут заниматься бизнесом и что их собственность и права будут должным образом соблюдаться. Вместе с партнерами из Евросоюза мы будем и впредь разъяснять российскому руководству нашу позицию, которая заключается в том, что закон не должен применяться избирательно и непропорционально. Интерфакс

Кирилл Дмитриев, управляющий директор инвестиционной компании Delta Private Equity Partners:

— Конечно, грустно, что так происходит, но большинство инвесторов ожидали подобного вердикта. Поэтому, как ни иронично, завершение этого процесса по «делу ЮКОСа» позволит России двинуться вперед экономически, если подобная ситуация не повторится в будущем.

Владимир Лысенко, президент Института современной политики:

— Как ни странно это прозвучит, но я думаю, что этот жестокий приговор будет иметь и положительные последствия: те, у кого еще оставались какие-то иллюзии относительно путей дальнейшего развития России, сейчас, после приговора, избавятся от них и поймут, что единственно правильное, что они могут сделать, это пополнить ряды демократической оппозиции. Столь суровое наказание Ходорковскому вынесено в том числе и потому, чтобы тот не смог так или иначе принять участие в будущих парламентских и президентских выборах. Полагаю, что все здравомыслящие люди сегодня убедились, что обещание власти либерализировать политический и экономический режим в стране абсолютно безосновательно. Приговор следует рассматривать как фактически еще один вызов не только российским предпринимателям, но и четкий отрицательный сигнал западному бизнес-сообществу, возможным потенциальным инвесторам. Интерфакс

Михаил Касьянов, бывший премьер-министр РФ:

— После сегодняшнего приговора по «делу ЮКОСа» объединение демократических сил стало уже не вопросом политических амбиций, а жизненной необходимостью для России. Сейчас все должны осознать: мы уже живем в другой стране. Объединение демократических сил уже не вопрос политических амбиций, а жизненная для страны необходимость. Интерфакс

Алексей Митрофанов, депутат Госдумы от ЛДПР:

— Они должны быть счастливы уже тем, что живы, что они не погибли в 90-е годы, как погибли десятки бизнесменов, убитых в ходе криминальных разборок. Так что и Лебедеву, и Ходорковскому надо радоваться. Интерес сейчас представляет вопрос, где бывшие руководители ЮКОСа будут отбывать срок. Впрочем, я считаю, что, где бы они ни сидели, условия будут весьма приличными. Надо быть готовыми к тому, что это дело станет еще одной картой в дискуссии Запада с Россией наряду с темой независимости российских СМИ и чеченским вопросом.

Владимир Жириновский, лидер ЛДПР:

— Этот слишком мягкий приговор. Власть пошла на поблажки. Президент — слишком большой демократ, генпрокурор — слишком мягкий человек, который теперь должен подать в отставку. Народ требовал смертной казни или пожизненного заключения. Конечно, граждане России будут недовольны. Интерфакс