Самозащита усыновителя

Конституционный суд приступил к рассмотрению дела об усыновлении детей бывшими уголовниками

Конституционный суд начал рассматривать жалобу гражданина, которому из-за уголовного преследования не разрешили усыновить ребенка. Совершив преступление средней тяжести впервые и под угрозой насилия, заявитель имеет законные права на усыновление, говорят его защитники, требуя признать норму закона, на которую опирался суд при отказе в усыновлении, неконституционной. КС примет решение в закрытом режиме в декабре.

В четверг Конституционный суд РФ приступил к рассмотрению дела об усыновлении детей бывшими уголовниками. С жалобой обратился житель Архангельской области Сергей Аникиев. Он считает, что Семейный кодекс РФ не соответствует Конституции, поскольку в нем содержится норма, запрещающая усыновление гражданам, когда-либо имевшим судимость или являвшимся фигурантами прекращенного уголовного дела по целому ряду статей УК. Судья-докладчик Николай Селезнев зачитал материалы дела. Сергей Аникиев с мая 2011 года проживает совместно с женой и ее двухлетним ребенком. Он занимается содержанием, воспитанием и развитием пасынка с полуторамесячного возраста. Родители Аникиева считают мальчика своим внуком, ребенок называет его папой. Биологический отец дал согласие на усыновление, заявив, что не желает заниматься его воспитанием.

В 2012 году Аникиев обратился в Коряжмский городской суд Архангельской области с заявлением об усыновлении. Но суд ему отказал. Основанием стало то, что заявитель в 2009 году подвергался уголовному преследованию за «умышленное причинение вреда здоровью средней тяжести», причем дело против Аникиева было прекращено в связи с примирением сторон. Однако по УПК это не является реабилитирующим основанием. Поэтому суд руководствовался положением абзаца десятого п. 1 ст. 127 Семейного кодекса, согласно которой

Аникиев не имеет права усыновлять детей, так как не был реабилитирован по уголовной статье за преступление против жизни и здоровья.

Аникиев считает такую норму закона неконституционной и парадоксальной. Он указывает на следующий абзац той же статьи, который дает право стать усыновителями лицам, судимым за тяжкие и особо тяжкие преступления, если судимость была снята или погашена. Он же, уточняет Аникиев, привлекался к ответственности не за тяжкое преступление, осужден не был. На взгляд заявителя, такой противоречивый подход несправедлив. По его мнению, оспариваемая норма вводит бессрочный и неукоснительный запрет на усыновление. Тем самым она не соответствует целям социального государства, противоречит обязательствам по поддержке семьи, нарушает право на эффективную правовую защиту и справедливое судебное разбирательство.

Заявитель на заседание КС в четверг не пришел. Его интересы представлял адвокат Владимир Цвиль.

«В 2009 году гражданин Аникиев, оказавшись под психологическим давлением и угрозой применения физической силы со стороны нескольких нетрезвых граждан, причинил одному из них средний вред здоровью, — сообщил адвокат. — Совершение такого поступка не может свидетельствовать об угрозе гражданина Аникиева как усыновителя».

Цвиль считает, что сложно говорить о «бессрочной опасности лица», которое однократно совершило преступление небольшой или средней тяжести «в силу противоправности или аморальности поведения самого потерпевшего».

Теперь, по мнению адвоката, от нормы закона страдает не только отчим, но и сам ребенок, который государством не считается родным. Более того, у четы Аникиевых в 2012 году родился второй ребенок, и это может привести к неравноправному положению детей.

«Посредством охраны прав детей фактически происходит ущемление прав ребенка на полноценную семью», — заявил адвокат. По его словам, Аникиев, соглашаясь на прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, не мог предполагать правовые последствия, поскольку на то время ограничений для усыновления не существовало — поправки в ст. 127 были внесены в 2010-м, год спустя после суда над Аникиевым.

Кроме того, адвокат апеллировал к недавнему постановлению КС, в котором были смягчены нормы, запрещающие всем педагогам, воспитателям и тренерам, привлекавшимся к уголовной ответственности, работать с детьми. Абсолютный запрет теперь касается только педофилов и осужденных по тяжким статьям, а дела несправедливо уволенных учителей пересмотрят.

По мнению защитника, суды должны иметь больше полномочий, определяя возможность усыновления в зависимости от личности усыновителя. И эту норму необходимо прописать в Семейном кодексе. «Регулирование, которое действует в отношении усыновителей, в нынешнем состоянии имеет пороки неконституционности, — подытожил Цвиль. — Запрет на усыновление для широкой категории лиц не предполагает учета индивидуальных качеств конкретной личности и фактической ситуации. Мы просим признать оспариваемую нами норму не соответствующей Конституции РФ».

Полпреды законодательной и исполнительной власти в КС выступили против того, чтобы Аникиев мог усыновить ребенка. Представитель Совфеда в КС Александр Саломаткин рассказал, что Совет Федерации одобрил поправки в Семейный кодекс в декабре 2010 года. Они были необходимы для «создания правового механизма, позволяющего не только обеспечить интересы детей, но и установить гарантии их безопасности». «Сегодня у Совета Федерации сомнений в конституционности абзаца 10 пункта 1 статьи 127 СК нет», — заявил Саломаткин.

Михаил Кротов, полпред президента в КС, обратил внимание суда, что в перечне оснований, которые запрещают усыновление, содержится еще 14 пунктов. Причем они более мягкие, например — невыполнение обязанностей по содержанию, уклонение от выполнения родительских обязанностей. Состав преступления такие деяния не образуют, тем не менее они приводят к потере прав на усыновление. Кротов заявил, что для государства приоритетнее права ребенка, нежели интересы усыновителя, а решения судов, запретивших Аникиеву усыновить мальчика, соответствуют Конституции.

Полпред Путина в КС был эмоционален. «Что нам предлагается? А давайте попробуем! Давайте разрешим! Пусть суд даст ему возможность усыновления, а если что — мы всегда можем лишить. Не слишком ли дорогой эксперимент, даже если пострадает хотя бы один ребенок?!»

Представитель Генпрокуратуры Татьяна Васильева также сообщила, что, на взгляд ведомства, оспариваемая норма не противоречит Конституции. Но сделала оговорку — в законы следует внести коррективы, чтобы учесть права детей, подлежащих усыновлению. «Полагаем, что в Семейном кодексе РФ могут быть установлены определенные условия и критерии, при наличии которых суды, рассматривая дела об усыновлении, будут вправе отступить от положений абзаца 10 пункта 1 статьи 127 исходя из интересов усыновляемого ребенка».

По словам Васильевой, такими критериями могут быть совершение преступления небольшой и средней тяжести впервые (потерпевшими не должны являться дети), погашенная судимость по нереабилитирующим основаниями при наличии положительных характеристик по месту жительства и работы, введение дополнительных процедур контроля за усыновителем со стороны уполномоченных органов.

Суд примет решение по делу об усыновлении в закрытом режиме, после чего огласит постановление. Вероятнее всего, это произойдет в декабре. «Газета.Ru» сообщит о решении КС.