«Невский экспресс» увозит на пожизненный

Гособвинение требует пожизненного заключения для обвиняемых в подрыве «Невского экспресса»

Гособвинение требует пожизненного заключения для обвиняемых в подрыве «Невского экспресса». Защита заявляет о невиновности оказавшихся на скамье подсудимых жителей Ингушетии и будет настаивать в суде на их полном оправдании.

Гособвинение определилось со сроками для 10 фигурантов дела о подрыве «Невского экспресса»: в процессе, проходящем в Тверской области, суду предложено назначить четверым из них пожизненное заключение, остальным — наказание в виде 15 лет лишения свободы.

Прокуратура Тверской области поддержала государственное обвинение. Как сказано в сообщении Генпрокуратуры, четверо жителей Ингушетии — Зелимхан Аушев и братья Тархан, Татархан и Беслан Картоевы — обвиняются в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 208 УК РФ (организация незаконного вооруженного формирования и участие в нем), ч. 2 ст. 209 УК РФ (бандитизм), п. «б» ч. 3 ст. 205 УК РФ (террористический акт), пп. «а», «е», «ж», «з», «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство), ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 105 УК РФ (покушение на убийство), ч. 3 ст. 222 УК РФ (незаконный оборот оружия), ч. 3 ст. 223 УК РФ (незаконное изготовление оружия). Еще шестерым представителям клана Картоевых (все они приходятся друг другу родственниками и носят одну фамилию) инкриминируется организация вооруженного формирования, бандитизм и незаконный оборот оружия.

Напомним, теракт на следовавшем по маршруту Москва — Санкт-Петербург пассажирском поезде № 166 «Невский экспресс» произошел в Тверской области 27 ноября 2009 года. Погибли 27 пассажиров, почти 100 получили ранения. Потерпевшими по делу признаны 240 человек.

Уголовное дело о подрыве «Невского экспресса» рассматривается с 12 сентября 2011 года коллегией из трех профессиональных судей в Тверском областном суде. Процесс проходит в закрытом режиме: как пояснили в пресс-службе суда, некоторые материалы дела проходят под грифом «секретно». Ранее защита ходатайствовала о рассмотрении дела с участием присяжных заседателей. Однако после того, как процессы по обвинению в терроризме были исключены из списка дел, рассматриваемых присяжными, судить их может только «тройка».

Как считает следствие, подсудимые были участниками вооруженного формирования, входящего в террористическую организацию «Братья мусульмане», хранили у себя оружие, боеприпасы и взрывчатку.

Создал банду и спланировал подрыв поезда крупный идеолог ваххабизма Александр Тихомиров, известный также как Саид Бурятский (уголовное дело в отношении Тихомирова прекращено в связи с его смертью). Он и давал поручения членам банды приобретать оружие и взрывчатые вещества.

По версии следствия, 22 ноября 2009 года подсудимые прибыли в район деревни Лыкошино Бологовского района Тверской области. На 284-м км Октябрьской железной дороги, на перегоне между станциями Алешинка и Угловка, ими были заложены и замаскированы два самодельных взрывных устройства. 27 ноября около 21 ч. 30 мин. при прохождении через этот участок поезда неустановленным лицом был приведен в действие датчик цели и произошел взрыв. Бомба сработала под последними вагонами, с рельсов сошли несколько вагонов состава. «Поскольку время срабатывания такого взрывателя от 3,2 до 4,2 секунд, можно предположить, что преступники намеревались подорвать ведущий локомотив, однако не учли высокую скорость состава», — заявляли практически сразу после теракта сотрудники правоохранительных органов.

Большинство обвиняемых были задержаны в поселке Экажево на территории Ингушетии в ходе спецоперации в начале марта 2010 года. В ходе спецоперации в Экажево был уничтожен Тухан Картоев, которого представители ФСБ называли главарем банды, и Саид Бурятский, заявлявший незадолго до гибели о своей причастности к теракту с «Невским экспрессом».

Что касается причастности к теракту задержанных родственников Тухана Картоева, то на это, как утверждал глава ФСБ Александр Бортников, указывают результаты генетической экспертизы.

В декабре 2009 года оперативники обнаружили неподалеку от места аварии «Невского экспресса» укрытие предполагаемых террористов: в пустующем доме неподалеку от станции Лыкошино по полу были разбросаны четыре матраса. Тогда из укрытия были изъяты образцы ДНК. Еще один вещдок, обнаруженный ФСБ в Экажево, — взрывчатка, представляющая собой смесь на основе аммиачной селитры. Как уточнял Бортников, на месте спецоперации были найдены компоненты взрывных устройств, «идентичные тем, которые применялись при подрыве поезда «Невский экспресс» в 2007 году». Следы гексогена и тротила обнаружили на одежде задержанных.

В ходе судебного процесса о подрыве поезда «Невский экспресс» гражданский иск на сумму 148 млн рублей заявил глава ОАО РЖД Владимир Якунин.

Защитники подсудимых считают, что среди них нет не только исполнителей, но и заказчиков с организаторами теракта.

По мнению адвоката Тимура Картоева Муссы Плиева, следствие не представило никаких доказательств, указывающих на принадлежность подозреваемых к незаконным вооруженным формированиям и сотрудничество с их главарями, а также непосредственно на причастность к подрыву «Невского экспресса». «Не нашли никого. Подсудимым инкриминируют то, что они якобы помогали собирать взрывное устройство, находили к нему компоненты. Я в первый раз вижу такое следствие: все натянуто. Думаю, у дела нет перспектив», — заявил Плиев «Газете.Ru» перед началом рассмотрения дела. Намерена настаивать на полном оправдании своего подзащитного и несогласная с выводами гособвинения адвокат Тархана Картоева Татьяна Окушко.

По словам ссылающегося на мнение юристов главного редактора интернет-издания «Кавказский узел» Григория Шведова, процесс проходил с большим количеством нарушений: к делу было приобщено много данных, «полученных сомнительным, не самым правовым путем», отклонялись ходатайства.

«К сожалению, у меня нет оснований считать, что от этого судебного процесса можно ожидать иного приговора, отличного от «классического» сценария, — считает Шведов. — Ключевой виновник установлен — Саид Бурятский, он уничтожен, и сейчас на него можно списать все что угодно. Его связь с подозреваемыми установлена условно, доказательства такой связи не представлены. Но это тоже классическая модель, по которой проходит много дел, достаточно вспомнить Шамиля Басаева». «Типичной схемой» назвал Шведов разработку следствием родственной линии погибшего Картоева. «Родство не является свидетельством вины, — говорит эксперт. — Для дела было бы полезней найти и предоставить больше свидетельств связи непосредственно между людьми, а не родственных отношений».