«Секретное» в кредитной истории

В материалы дела Натальи Гулевич вошли тома из дела против предполагаемого рейдера Александра Глуховского



Наталья Гулевич за решеткой Таганского суда

Наталья Гулевич за решеткой Таганского суда

ИТАР-ТАСС
Таганский суд допросил начальника службы безопасности Номос-банка Илью Клемчука, который рассказал свою версию кредитной истории с компанией ГП «Статус», гендиректором которого была тяжелобольная предпринимательница Наталья Гулевич. В суде вновь прозвучало имя Александра Глуховского, разыскиваемого Интерполом: оказалось, что почти половину дела Гулевич фактически составляют материалы дела, возбужденного против подозреваемого в рейдерстве.

В среду в Таганском суде продолжилось заседание по делу тяжелобольной предпринимательницы Натальи Гулевич, которая обвиняется по ч. 4 ст. 159 УК (мошенничество).

Перед судом выступил представитель потерпевшей стороны — начальник департамента экономической безопасности Номос-банка Илья Клемчак.

В своем рассказе он был краток и лаконичен. В 2005 году, по его словам, в Номос-банк обратились представители двух компаний — Наталья Гулевич (ЗАО ГП «Статус») и Анатолий Липатов (ООО «Маркеттеплосервис»). Согласно документам, сообщил он, обращались в банк именно они. «Суть обращений — получение кредитных средств на $5 и $21 млн, соответственно, — рассказал сотрудник банка. — Банк выдал кредиты. В качестве обеспечения кредита был оставлен объект недвижимости и 100% акций компании. Был ряд поручителей, ряд юридических лиц».

По его словам, с начала 2008 года компании начали допускать просрочки по выплатам процентов. «Представители компании договорились о реструктуризации, банк пошел навстречу, — сказал Клемчак. — Был выдан кредит в $23 млн, частично была погашена задолженность по первым кредитам. Но в итоге к погашению кредита реструктуризация не привела. К концу 2008 года кредит снова начал выходить на просрочку». По его словам, общая сумма задолженности на тот момент составляла порядка $30 млн.

«Затем был установлен ряд фактов, один из них — введение в заблуждение, а именно продажа ряда объектов недвижимости компании «Журнал интервью», — сказал Клемчак. — Она была подконтрольна Сергею Глембо».

По сути, говорил он, «Статус» далее не мог выполнять свои обязанности по погашению кредита и сдавать площади в аренду. После этого служба безопасности банка установила, что эти объекты недвижимости выступали обеспечением кредитов в других банках. Таким образом, в 2009 году банк принял решение взять под контроль акции «Статуса».

«К этому времени общая сумма погашения составила $14 млн, — отметил представитель банка. — Гулевич и Глембо заявили, что это их личные средства и они требуют вернуть их обратно. Вернуть хотели по договору займа».

При ответе на вопросы судьи, каким образом они требовали вернуть деньги обратно, Клемчак пояснил, что кредит ГП «Статус» гасили сторонние организации, а потом предъявили свои претензии к «Статусу». «Банк оказался в ситуации с необеспеченным кредитом и выросшей кредиторской задолженностью, — сказал он. — Мы подготовили заявление в правоохранительные органы по данному факту».

— Вы хорошо помните показания, которые давали на следствии? — спросил адвокат Номос-банка Василий Чебров.

— Это было достаточно давно, я не готовился, — признался сотрудник службы безопасности банка.

У судьи, подсудимой и ее защитника оказалось больше вопросов, которые, к сожалению, остались без ответа.

— Почему банк не обращался за взысканием залога? — спросил адвокат Андрей Штанько.

— Не могу прокомментировать.

— Что сейчас с объектом?

— Я не знаю.

— Какая структура сейчас обеспечивает эксплуатацию залогового строения?

— Не знаю.

— Есть ли претензии на это здание от третьих лиц?

— Не в курсе.

— Поступают ли платежи аренды в счет погашения кредита и уплаты процентов по кредиту?

— Ничего не известно.

— В сегодняшних показаниях вы упомянули, что некие организации инициировали иски о возврате средств. Вы не могли бы уточнить, о каких именно организациях шла речь?

— На стадии предварительного следствия я их указывал.

«Повествование имеет ряд неточностей, — заявила Гулевич. — Ни я, ни Липатов не обращались лично в банк».

«Предмет залога третьими лицами никогда не обременялся, — продолжала она. — Этот объект содержит 50% площадей. Они были оценены в $90 млн на момент выдачи кредита и застрахованы на 27 млн в пользу Номос-банка. Если я не выполняла обязательства, банк имел преимущественное право на возмещение. В 2008 году был период финансового кризиса и поэтому были просрочки. В конце 2008 года были сбои, потому что как раз тогда меня лишили должности. С момента, когда я начала гасить $14 млн, никаких сбоев не было. Платежи шли до 13 апреля 2009 года — до момента, когда Номос-банк лишил меня возможности на возмещение». Гулевич осталась крайне недовольна неосведомленностью свидетеля: «Ну вы же подавали заявление об уголовном деле, вы же должны были познакомиться с делом».

После этого адвокат Чебров попросил зачитать показания Клемчака в связи с имеющимися противоречиями. В целом они повторяли слова свидетеля, но были более точны: назывались компании, которые следствие считает «однодневками».

Половина этих компаний (в частности «Алтайхимпром») назывались как подконтрольные Сергею Глембо. А такая компания, как «Глэдис», подконтрольная Александру Глуховскому.

Глуховской разыскивается Интерполом по обвинению в серии рейдерских захватов, а Глембо в СМИ назывался как человек, приближенный к Глуховскому. В данное время Глембо проходит по другому делу по обвинению в мошенничестве. Он признал свою вину.

Гулевич, говорилось в показаниях Клемчака, предоставила банку заведомо ложную информацию, не указав о договоре с компанией «Журнал интервью» (гендиректором был также Сергей Глембо). Когда Гулевич и Глембо узнали, что банк взял акции ГП «Статус» под полный контроль, зачитывала прокурор, они предприняли попытку вывести объекты недвижимости. С декабря 2008 года по июнь 2009 года в банк были перечислены $14 млн со счета компании «Гринком», после чего эта компания потребовала у «Статуса» вернуть деньги.

После этого Гулевич попыталась заявить ходатайство о вызове в качестве свидетелей сенатора Алексея Лысякова и представителя Номос-банка Тарасова, который занял место гендиректора «Статуса», когда Гулевич понизили до должности исполнительного директора.

«Подождите, это мы потом успеем», — остановил ее адвокат. Потом Гулевич так и не вспомнила о своем ходатайстве, но перед началом процесса говорила, что знакома с Лысяковым лично и он был другом Александра Глуховского. «Пусть расскажет о Глуховском и его роли, — говорила она. — Устроим процесс для прессы».

Далее судья приступила к оглашению материалов дела, которое составляет 45 томов. Выяснилось, что 21-й том фактически «перекочевал» из дела Глуховского в дело Гулевич, а 8 томов отмечены грифом «секретно».

«Ваша честь, это выемка документов «Маркеттеплосервис», которые были получены по делу Глуховского, которое ведет следователь МВД России Николай Будило», — отметил Штанько. «А! Так они получены не напрямую, переданы выемки из другого дела», — сказала судья. «Глуховской уехал из страны в 2003 или 2004 году», — вставила Гулевич.

«Ваша честь, дело Глуховского очень большое, там около 16 эпизодов, общая сумма ущерба под миллиард долларов. 1243 страницы составляет только обвинительное заключение», — доложил адвокат Чебров.

— Будило любит Глуховского, — улыбнулась Гулевич.

— Он и вас любит, — ответил Чебров.

— Я знаю. Поэтому и посыл был.

В этом 21 томе были различные документы: бухгалтерские балансы «Маркеттеплосервиса», «Алтайхимпрома» и других предприятий, платежные поручения ГП «Статус» и «Маркеттеплосервиса» о перечислении денежных средств «Статуса». Как сказала сама Гулевич, документы из тома в том дублируют друг друга, остальные 20 томов также составляют различные выписки, а показания свидетелей заняли всего-навсего два тома. «О! А вот гендиректором «Статуса» значится некто Солнышкин», — воскликнула удивленная судья. Из того, что она прочитала, было понятно, что Солнышкин от лица компании пытался взять кредиты еще в двух банках.

Зачитала она и оценку залогового здания на Садовнической набережной, 69. В 2008 году «Ассоциация консультантов по оценке стоимости» оценила здании в почти 200 млн рублей ($6,3 млн).

«А «Журнал интервью» купил пять зданий за $200 тысяч», — усмехался Чебров. Судья еще какое-то время зачитывала материалы дела, свидетели так и не появились, и она объявила перерыв.